Кодекс Инквизитора. Книга III (СИ)

Гранит под ногами вздыбился — это я, стирая нестираемый протектор подошв, ринулась в сторону падающего некроманта, впечатывая кулак в район солнечного сплетения. До челюсти поди дотянись, если только в прыжке. Урона особого не нанесла, но чудодей всё же согнулся пополам, встретив подбородком бронированное колено. Не успел он завалиться назад, как я вернула его ударом локтя по затылку в исходное положение, а затем пнула армированным носком ботинка навесом в башку.
Капюшон балахона откинулся, и я, в конце концов, узрела, с кем или чем имею дело. Возможно, когда-то давным-давно некрокинетик был человеком, но то, что с ним сотворила некроэнергия, на голову не налезало.
Немало я повидала на своём коротком веку омерзительных харь, но пророк из былого мира, московский Ктулху-кровосос, Сухея в тошнотной ипостаси, аморфный Рок и многие другие персонажи не могли и сравниться гадливостью с особью, чью душу насквозь пропитал некроз.
Казалось бы, чего такого в малость вытянутом, деформированном лице? Сероватая пергаментная кожа, сочащиеся зеленоватым маревом глазные впадины, орлиный нос, тонкая нитка губ. Ничего особого, но чувство такое, будто головой нырнула в выгребную яму.
Скверна была внутри некроманта, а не снаружи. Собственно энергетика холода и тлена вызывала отвратное ощущение гадливости, и это у меня, носителя сродной ауры, доставшейся от полоза, а что было бы с соратниками, загляни они в мерклые зрачки мага?
Силён гад — даже лёжа на каменном полу, дезориентированный и оглушённый, силится погасить во мне искру жизни, только хрен ему по мертвенно-бледной морде. Дарованные первостихиями ауры не зря брали мзду энергией источника и в настоящий момент рвали на куски эфирное тело некроманта, не давая тому собраться с силами.
Левой рукой держала за горло чудодея, а правой — лупцевала в череп, тщетно пытаясь просадить защитный контур. Измочалив тактическую перчатку, а затем и пястные кости, припомнила, что на бедре без дела болтается «Скорпион». Заглянув в астрал, растеряла весь оптимизм.
Аура некрокинетика регенерировала с неслыханной скоростью и уже не просто оборонялась, а вполне успешно атаковала мою проекцию. Если не решу вопрос с неубиваемым туловищем, рано или поздно маг возьмёт верх. Наступив каблуком ботинка на острый кадык, вжала скобу.
Пуля попала куда надо — точно в глазницу, сплющившись о мутную пелену. Не мешкая разрядила обойму. Перезарядившись, выпустила ещё одну. Результата — ноль целых. Некрокинетик лишь глубже ушёл в себя от воздействия кинетических плюх.
Спасибо и на этом. Когти у него будь здоров, броньку покромсал на раз, в честном бою мне не выстоять. Благо хоть, за контроль астральной плоскости не приходилось беспокоиться: к битве сущностей примкнул источник, высасывая некроэнергию напрямую из ауры антагониста, но её было столь много, что зримого эффекта допомога не принесла, лишь накопитель споро начал пополняться концентратом. С таким же результатом я могла бы попробовать выпить море.
Раздражённо примагнитив никчёмного «Скорпиона» к закрепам, ударила тленом сверху вниз. Тщетно. Защита всосала магию не поморщившись. Использовать хаос в закрытом пространстве не осмелилась — несложно сообразить, чем бы это закончилось.
Испробовала родовой меч из истинного железа, затем карминовый, потыкала в ухо вакидзаси — поганый зелёный туман, будто глумясь, стал ещё гуще и насыщенней.
Тем временем некромант дёрнул рукой, затем — ногой. Зря он это сделал. Разряженная обойма в лоб на некоторое время утихомирила строптивца. Сплюнув в сердцах, кликнула Бульку. Питомица нехотя сползла со стены и пристроилась рядом с безжизненной тушей.
— Буль, сделай что-нибудь, а… Сил моих нет, он будто Кощей Бессмертный!
— Убей или умри!
Над ухом словно петарду подорвали. Взвизгнув от неожиданности, подскочила на метр, крутанув сальто назад. Выхватив с перепугу сразу три клинка, чертыхнулась. Голос прозвучал не в сознании, а рядом со мной — ошибки не было, с головой полный порядок. Просканировав пространство взором истины, никого, кроме довольной Були, не заметила.
 
— Убей некроманта, пожри душу, стань сильнее либо сдохни!
Наконец-то я осознала, откуда взялся голос, — из моего собственного рта, ясное дело! Только вещала не я, а она… безглазая поганка, что хоронилась внутри, ожидая у моря погоды.
— Вылазь и покажи пример, я всё перепробовала, не гранатой же его взрывать⁈ Стоп! Медальон!
Дожила, ору сама на себя.
Подбежав к телу мага, разорвала хламиду на груди, в надежде, что получится снять артефакт. Каково же было удивление, когда я не нашла искомого. Пусто, мля! И как это понимать? Приложив пару раз некроманта башкой о камни, извлекла последний аргумент.
Чем чёрт не шутит! Если гад очухается, пиши пропало. Вон дёргается уже, защита крепнет с каждой минутой, а я ничего сделать не могу! Активировать гранату не успела, мозг пронзила до боли простая мысль, ошеломив своей очевидностью. Щёки от стыда налились румянцем. Выжигатель! Вот же ж блудовместилище раскоряченное! Как я могла о нём позабыть⁈ Последний из двадцати артефактов, оставленный на крайний случай, дожидался своего часа в хранилище, и, похоже, представился момент! Раз нет артефактного медальона, значит, дело в источнике силы, то есть в колоссальном объёме маны, а цель у выжигателя одна.
Проявив в руке тяжёлый матовый шар, трясущимися пальцами принялась тыкать в рельефные пиктограммы на сферической поверхности, устанавливая радиус, мощность и таймер. Одним прыжком отскочила назад метров на семь-восемь. Две секунды задержки хватило, чтобы выйти из радиуса поражения.
Визуальных эффектов не последовало: хлопок и едва зримая концентрическая волна. Пусть не особо зрелищно, зато результативно. Бледно-зелёная хмарь, съёжившись, облетела мелкодисперсной пылью, а некроманта изогнуло дугой, поднимая на ноги. «Скорпион» прыгнул в ладонь, осушив пальцы, но мне было не до болевых ощущений. Говнюк пришёл в себя и заревел так, что уши заложило, а по позвонку прошла студёная волна.
Палец сам дёрнул спусковую скобу. Положение левой стопы мага поменялось, нога согнулась в колене, а корпус чуть отклонился в сторону. В правой руке возник тонкий стилет из неведомого зелёного металла, похожего на малахит. Если бы время не встало, я бы зевнула вероломный бросок, нацеленный прямо в сердце. Сталь явно была зачарованной, от некрояда никакая регенерация не спасёт. Не факт, конечно, но проверять на себе эффект концентрированной энергии мёртвых охоты не было.
Воспроизведя манёвр некрокинетика, только в противную сторону, выстрелила на упреждение, отослав три пули в то место, где через сотую долю секунды окажется голова мага. Время рвануло вскачь, первая пуля угодила в правый глаз, вторая — в левый, а третья раздробила переносицу. Потылица чудодея взорвалась багряным облачком, а я перевела дух. Не так-то и сложно оказалось. Подумаешь!
Стилета касаться не стала, подозрительный он какой-то… Обойдя по дуге, подступила к поверженному изуверу, про себя подумав, кто из нас ещё изувер. Жил некромант, никого не трогал, а тут припёрлась рыжая девка без царя в голове и креста на маковке. В его глазах я подлый вторженец, агрессор и кровожадный урод. А нечего на мою печёнку посягать, могли бы миром разойтись.
Покрутив в руке меч Рюрика, без каких-либо усилий оттяпала покоцанную пулями голову. Плечевой сустав, локтевой, повторить с правой рукой. Великолепно, как по маслу! Тазобедренные и коленные суставы не доставили проблем. Откинув остриём клинка рваные полы хламиды, вытаращилась на оголённый торс и ничем не прикрытую паховую область.
А вдруг у чудодея сила в яйце? Размашистый удар купировал вероятную угрозу. Гадливо поддев носком ботинка двадцатисантиметровый отросток, отшвырнула в сторону с глаз долой. Ну, вроде всё, справилась. Оглядев удовлетворённо расчленёнку, сделала шаг по направлению к кровавой сети.
Приятели праздновали победу, заключая друг друга в объятия. Я хоть и лоханулась по-крупному, но всё же умудрилась вывезти противостояние на чистом фарте. Если бы некромант не ржал как конь, а воспринял угрозу всерьёз, адекватно оценив возможности вторженцев, то вряд ли бы я увидала белый свет. Скорость и реакция ненамного уступали моей. В реальной схватке моментом бы истыкал тушку зелёной зубочисткой. Где она, кстати, надо бы в хранилище прибрать, не касаясь руками, вещица-то редкая, артефактная. У кулака в хозяйстве и бычий хер — верёвка.