Кодекс Инквизитора. Книга III (СИ)
В лобовую атаку не пойдём — будем изводить противника денно и нощно. Артефактные ловушки, противопехотные мины-невидимки, пули снайперов — всё пойдёт в ход, включая мою собственную магию: массовые проклятия, некрокинез, хаос и кровь. Агрессивная иномирная среда добавит перца в общий котёл боли и страданий. Мало не покажется никому. Так есть ли у меня шансы на победу невеликими силами?
Я бы сказала — пятьдесят на пятьдесят. Среди неприятеля найдутся архимаги, да и бойцы там не пальцем деланные, на этот случай у меня имелся план Б, а именно: рейд через тоннель, в коем нас чуть не схарчили крысюки. Пойдём на стимуляторах, не останавливаясь ни на секунду. Скорп в это самое время допиливает прототип, основанный на свойствах хероты, только ещё более ядрёную вариацию.
По заверениям артефакта, эффект будет ядерным, в чём ни капли не сомневалась, как и в том, что отходняки нас в могилу загонят. На этот случай Василиса закупила крупную партию чёрных фиалов исцеления, истратив огромную сумму золотом. Скупердяйничать не стала: тот кто не кормит свою армию, будет кормить чужую. В данном случае мной накормят голодную толпу, разорвав комиссарское тело на части. Никаких красных зелий, только хардкор!
Как выбираться из аномалии в случае победы? Так далеко я не заглядывала. Назад дороги не будет — только вперёд, через пресловутый тоннель, или же попробовать переместиться осколками зазеркалья. В предыдущий раз нелёгкая выкинула в Рейхе, как сложится в скором будущем — не имела представления.
У меня ведь всё на авось. Бог не выдаст, свинья не съест. В успех мероприятия не верил никто, даже наставница Морана со скепсисом наблюдала за приготовлениями, то и дело втыкая шпильки в мозг. Императрица, поди, похоронила уже. Лютый поклялся отомстить. Только лишь друзья взирали на меня с задором, а Яра так вообще — с любовью и преданностью.
Булька потрудилась на славу: ясноглазая цвела и пахла, будто подснежник, радуясь каждой прожитой секунде и упиваясь скудным питерским солнцем, до недавних пор не приносящим ничего, кроме страданий. Буля, очистив ауру от магического влияния, изменила саму структуру астральной ткани, сделав её более плотной. И без того мощный, источник заработал с удвоенной силой, всасывая и фильтруя ману. Ярославна владела боевыми заклинаниями, легко уходила в тень — из таких уникумов выходят отличные диверсанты.
Всё задуманное реализовала в авральном режиме. Сейчас же стояла в уголке огромного банкетного зала Аничкова дворца, наслаждаясь приятным послевкусием «Кристалл брют», и смотрела на то, как Безобразова рвут на части девицы в богатых платьях. Рядом пыхтела приревновавшая парня Лопухина. Весело хихикали Яра с Анной, подзуживая подругу.
Близняшки кружились в вальсе с юными братьями-баронами, которые им весь вечер проходу не давали. И даже обращались ко мне — с требованием подмахнуть вольную крепостным девкам, на что были без затей посланы на хер.
Вечер удался на славу. Не совсем то, на что я рассчитывала, конечно. Думала, оторваться на все деньги — с диджеями и стриптизом, но императрица решила иначе, устроив за счёт короны светский раут в мою честь. Пришлось в экстренном порядке вытаскивать из архива воспоминания предтечи о подобных мероприятиях и фактически разучивать заново танцевальные па. Благо, что тело само вспомнило, и я не оттоптала ноги бесчисленным желающим пригласить на танец виновницу торжества.
Не было только принцесс-кицунэ: по всей вероятности, государыне не удалось убедить министров, а может статься, побоялась личной ответственности и решила пренебречь просьбой. Не успела я подумать об этом, как музыка смолкла, а распорядитель вечера объявил о явлении принцесс народу. Прогнула-таки кабинет Анна Иоанновна! Моё почтение государыне!
Высоченные двери, сплошь покрытые золотом, распахнулись — в проёме появились личные телохранители монарших особ. Было их человек двадцать, не меньше, — все на стрёме, глазами зыркают в разные стороны, будто не во дворец явились, а в наркоманский притон.
Понимаю: случись какая оказия, головы шефу службы безопасности не сносить. Рассредоточившись по всему залу, бойцы заняли наиболее выгодные позиции, контролируя входы и выходы. Очень грамотно так заняли — муха не пролетит.
Появление принцесс вызвало настоящий фурор, как будто их в академии не видели. Кто-то пожелал сделать селфи, но был остановлен на подходах и едва ли не пинком отправлен в противоположную сторону. Желающих тут же поубавилось, и вскоре всё вернулось на круги своя. Первой к нашей компании подошла Касуми, за ней — рыжая Акеми и последней — Чернобурка-Кимико. Принцессы выглядели настоящими принцессами: умопомрачительные платья, отменные драгоценности, благородная величавая стать — всё в их образе говорило о сословии, к которому они принадлежали.
А тут я такая, жду трамвая, — в скромном шёлковом чёрном платье с разрезом до бедра и декольте, из которого норовят выскочить сиськи. Родовой перстень да браслетик из иномирной стали — вот и все украшения. Так себе наряд у самой богатой женщины Российской империи, мне бы стилиста нанять, что ли. На таком контрасте выгляжу как бедная родственница, понаехавшая из глубинки. Ну да ладно, чего уж теперь, не хватило у меня времени на подбор гардероба — я коробки с патронами паковала в хранилище.
Раскланявшись с Касуми и Акеми, первой протянула руку Кимико, но вредная лиса, пренебрежительно фыркнув, презрела жест примирения. Вот же стерва ушастая! Я так и осталась стоять с протянутой рукой, словно побирушка на паперти, а засранка ещё и носом поводила — принюхавшись, будто от меня дерьмом за версту несёт.
Убрав руку за спину, учтиво отвесила поклон.
— Кимико, я хотела бы извиниться перед тобой за ненадлежащее поведение. Пусть этот вечер ознаменует замирение сторон. — Кликнув официанта, взяла с серебряного подноса два фужера с шампанским, один протянула принцессе: — Выпьем же за это по чарке! — Глотком осушив фужер, выжидательно поглядела на Чернобурку.
Ушастая, гадливо понюхав напиток, выплеснула «Кристалл» мне в лицо. Вот же паскуда! И что теперь делать? На каторгу — я не хочу, но и упасть в грязь лицом не могу. Не тот мир, чтобы игнорировать прямое оскорбление. Дать по щам принцессе? Так у неё охраны — двадцать человек, придётся валить наглухо, а я пока не настолько тёмный пластилин, чтобы крошить людей, выполняющих свою работу. Ну на хера, Кимико? Ты же присутствовала на дуэли, видела, на что я способна! Ладно, не гордая, утрусь. Позлословят да на той жопе и сядут. Или нет?
Кицунэ своим жестом загнала меня в угол, мысли о войне отошли на второй план. Я даже не заметила, как стихла музыка и голоса приглашённых аристократов. Не обратила внимания и на три сотни пар глаз, выжидательно смотрящих в нашу сторону. Голова опустела — ни единой дельной мысли, лишь где-то на периферии сознания раздался незатейливый мотивчик… Еду в Магадан!
— Так и будешь стоять — мокрой курицей⁈ Я вызываю тебя, ничтожество! Поединок крови с одобрения императора Го-Мураками! Если у тебя осталась хоть капля чести, ты примешь вызов! — С этими словами принцесса достала из пространственного кармана родового перстня свиток, перевязанный алой лентой, и швырнула под ноги.
— Кимико, нет! — воскликнула Касуми и метнулась наперерез сестре.
Серебрушка не поспела: шустрая Чернобурка, призвав катану — на этот раз из бриллиантового браслета, молниеносным выпадом срезала прядь волос. Зал выдохнул, а я скорбно вздохнула. Надеюсь, в Магадане нет каторги.
Яра, подняв свиток, передала мне. Вскрыв императорскую печать, пробежала каллиграфический текст глазами. Не пойму, что не так с этими благородными? Дядь, ну ты же император, а не каблук! Доча накляузничала, поплакалась в жилетку, а ты и поплыл. Желает великовозрастное чадо дуэль насмерть — а почему бы и нет? Чем бы ни тешилась, как говорится, а то, что девочку могут в капусту нашинковать, а хвост на воротник пустить, в голову не пришло. Откуда такое тщеславие и самоуверенность? Чудны дела твои, Господи! Когда ж ты, наконец, лишишь рогов бодливых коров!