Кодекс Инквизитора. Книга III (СИ)

Оглядевшись по сторонам, заметила, как грубо обтёсанные каменные стены наклонного шурфа двигаются чуть быстрее скорости пешехода. В мозгу пронеслась мысль, что меня спеленали тихой сапой и волочат в логовище недобитые пауки.
Не помню, чтобы давала согласие на роль консервы. Призвав из подпространства вакидзаси, одним движением вскрыла плотный паучий кокон. Ужом выскользнув на неровный пол, перекатилась к стене. В нос ударил резкий запах ваксы, а следом показался армейский ботинок сорок пятого размера. Запрокинув голову, встретилась с заинтересованным взглядом полковника.
— С пробуждением, Ольга Фёдоровна, подымать не стали, уж больно сладко вы спали. — Шорох, ухмыльнувшись, протянул руку.
Окинув взглядом разрезанный вдоль спальник и эвакуационные носилки, пересчитала сгрудившихся рядом товарищей: бойцы в сборе, княжны на месте, только Новы недосчиталась.
На немой вопрос ответил Безобразов:
— Она в разведке, Ольга. У девочки талант или эхолокатор в башке, пещеры чует на ять, тридцать километров за шесть часов прошли — ни разу не обмишурилась. Здесь этих ходов нарыто, что в том муравейнике!
— Ты лучше скажи, как вы меня на полукилометровую высоту поднять ухитрились?
— Так мы понизу идём, Ваше Высочество. Тоннель наверху завален, а точнее, взорван. Полагаю, задолго до нашего появления, лет эдак за двести. Нова битый час вынюхивала нужный ход, отбраковывая один за другим, народ уже нервничать стал, но отыскала-таки неприметную расселину, а она, в свою очередь, вывела в вертикальную штольню. Пришлось попотеть малую толику. Тебя девчонка лично подняла, никому не доверила. Топаем теперича незнамо куда. Пути, конца и края не видать.
— Радуйся, что дорога есть. Здесь тепло и мухи не кусают. Время для нас не имеет значения. Там, наверху, враг каждую минуту теряет людей, а мы здесь в относительной безопасности. Надеюсь, паучье племя выгорело целиком и не придётся бежать сломя голову.
— Так я и не против, в успехе миссии не сомневаюсь, тут другое. Не знаю, как сказать, боюсь обмануться.
— Как есть, так и говори, давай без загадок, у меня жуткое похмелье! — Вынув кисет с херотой и термос c кофе, приготовилась внимать откровениям.
Княжич, взяв меня под локоток, увлёк в глубь тоннеля.
— Не уверен на все сто, но, кажется, во мне пробудился дар менталиста или нечто сродное. Когда близняшки вспыхнули огнём, разум будто всколыхнулся — всплыли схемы корректировки и прямого вторжения в человеческое сознание, чего совсем не ожидал. Проявилась склонность к эмпатии — отныне я влёгкую считываю эмоции. Чувствую и понимаю душевное состояние каждого члена группы. Всех, кроме тебя, Ольга!
— Рома, на полтона ниже, а лучше вообще заткнись от греха. — Воровато заозиравшись по сторонам, увлекла парня за собой.
Внимания никто не обратил: девочки отошли по нужде, а воины проверяли оружие. Отлично, не придётся лобызать всех и каждого, а то и вовсе стирать память. Не откладывая, заглянула в астрал. Аура парня изменилась кардинально, стала в разы плотнее, а свечение — интенсивнее. Мозговая активность кратно возросла, выделяя область ярко-красным фоном. В башке Безобразова будто мелкий Ктулху поселился, раскинув ментальные щупала в разные стороны.
Одно из них заинтересованно потянулось к моей астральной проекции, но тут же было схвачено кровавой аурой и оторвано напрочь. Роман, вскрикнув, рухнул наземь, а я выматерилась про себя, отмечая, как быстро регенерируют повреждения. Жестом остановив спешащих на помощь бойцов, влила в перекошенный от боли рот парня фиал с чёрной жижей.
Нет худа без добра. Мы оба опробовали на практике, что случается с теми, кто по дурости своей попытается прощупать оборону. Защита, не мудрствуя, калечит рассудок агрессора. Княжичу крупно повезло: его лишь слегка пожурили, подёргав за ушко, а ведь могло быть и хуже.
«Болезный, ты меня слышишь?»
В разум Безобразова постучалась корректно, с ноги открывать дверь не стала, Рома и так пострадал больше, чем предполагала. Нейронные связи в мозгу только начали восстанавливаться, но времени ждать не было. Слишком много очевидцев вокруг.
 
Соратникам я доверяла, но такого рода информацию лучше держать в тайне. Не зря же в империи приговорили менталистов, а знания засекретили. Да и в прочих государствах ситуация обстояла не лучшим образом.
Ни один сильный мира сего не позволит разгуливать на свободе человеку с подобным потенциалом. Узнай в верхах о навыке княжича, его попросту истребят превентивно, как банальный вирус. Нет ментала — нет проблемы. Я бы и сама так поступила, не будь у меня гарантированной защиты.
«Слышу, Ольга Фёдоровна! Будто говорю с тобой с глазу на глаз в приватной обстановке. Весьма необычно. Но не похоже, что я сошёл с ума. Когда ощутил эмоции паучьей матки, так и подумал, но затем пришло осмысление, подтверждающее дар. Всецело осознаю причастность, но совсем не понимаю, откуда бы ему взяться!»
«Наследственная память, Роман. Не исключено, что кто-то из твоих предтеч владел ментальной магией. До поры до времени она была запечатана в генах. Не знаю, что именно привело к активации… повышенный радиационный фон, остаточные эманации энергий первородных стихий, стресс, в конце концов. Выбирай на любой вкус — причина не имеет значения, а вот следствие несёт в себе угрозу. Надеюсь, ты никому не разболтал о даре?»
«Княжна, не держи меня за идиота. Я открылся только тебе, и то лишь потому, что дал вассальную клятву, а она обязывает стороны к обоюдной ответственности!»
«Что вы, что вы, господин Безобразов, не топайте ногами! Друг мой, ты по невероятному стечению обстоятельств обзавёлся редкой и очень опасной особенностью. Коли информация всплывёт, я за твою голову не дам и ломаного гроша. Иди ко мне, родной… да не робей, не укушу!»
Запечатав разум княжича поцелуем Тёмной Богородицы, продолжила мысленный диалог:
«Не смотри волком. Я целиком доверяю тебе, Рома. Пойми одно: беспечная жизнь окончена. Забудь всё, что было до. Отныне ты владетель великой силы, а это накладывает ряд ограничений. Даже не думай использовать навыки на соратниках без моей на то санкции. Я помогу развить в тебе ментальную магию. Подопытные завсегда найдутся, за этим дело не станет. Будешь постигать науку на практике. Недругов у ордена предостаточно. В остальном веди себя естественно, без нужды телепатией не пользуйся, уж больно харя у тебя глупая, будто запор одолел. Не напружинивай мозг, ментал и эфир находятся далеко за чертогами разума. Расслабься и выдохни. Поймай волну, и она подхватит тебя».
«Ольга Фёдоровна, а можно вопрос?»
«Спрашивай».
«Выдёргивать с корнем сенсор было обязательно⁈ Я оттого и тужусь! Калекой-то весьма трудно держать концентрацию!»
«До свадьбы отрастёт, а тебе наукой будет! Не суй тентакли куда ни попадя. За то, что быстро учишься, держи награду. — Протянув леденец, продолжила наставлять парня: — Боюсь ошибиться, но кажется мне, что ты настоящий самородок. Не всякому дано в первый же день инициации выйти за пределы физического тела, миновать астрально-эфирные оболочки, четыре ментальных слоя и разглядеть пятый. Будешь беспрекословно слушать сюзерена — далеко пойдёшь!»
«Княжна, а ты не ошиблась? Насколько я знаю из школьной программы, четвёртое атманическое тело является крайней точкой, за её рубежами ничего нет».
«У заурядного человека, может, и нет, а у тебя есть. Ты избранный, Роман!» — заявила я на серьёзных щах, едва сдерживая смех.
«Ольга Фёдоровна, у меня нет возможности считывать твои эмоции, но я великолепно чувствую палитру, включая полутона. Цвет у иронии ядовито-зелёный!»
«Не в бровь, а в глаз! Придётся искать и фиксить дыры в защите. Не люблю быть открытой книгой. Что касается избранности… Увы, Роман, ты не первый. И даже не второй. Высшим „я“ обладает каждый смертный. Не будем касаться атмана — он сам в себе, и речь не о нём. Пятая оболочка дана вышними силами как метка исключительности, доступная лишь узкой группе лиц. Вероятным архимагам, сильнейшим ведьмам и колдунам. Элите магического сообщества. По сути, это вырвавшийся за физические границы наследственный дар. Пределов у структуры нет — она могла бы развиваться до бесконечности, если бы не одно но… Об этом мы поговорим, когда выберемся. На сегодня информации достаточно».