Моё решение! (СИ)

— Это всё, что вас интересует? А если я, решу эту проблему, вы примите положительное решение по моему вопросу? Только подумайте хорошо, печати уже чёрные, обманув меня, цвет станет ещё чернее, а значит и день смерти приблизится.
— Нам, нужно знать, откуда и чем это грозит? — Брови домиком, товарищ Брежнев решил подать голос.
— Да вам, я и так могу сказать, не придётся даже напрягаться. Хотите?
— Мы хотим, что бы вы, всем сказали. Это общее решение. Хотя я, как атеист продолжаю утверждать, что это какая-то мистика или розыгрыш. — Блин, а это уже мой кандидат, на место генсека, озвучивает мнение большинства. Товарищ Шелепин, нафига, ты вылез. Придётся работать Джону, наверное даже вместе с Ками.
— Я конечно могу посмотреть, что у вас не так, с печатями и кто виноват в их появлении. Но вы откажитесь участвовать в войне против Империи. Или, постарайтесь хотя бы откладывать до последнего. Это всё, что я хочу от вас. Что я могу предложить вам, озвучит товарищ Будённый. Все остальные вопросы, мы сможем обсудить в посольстве. И на этом всё, пора в конце концов заканчивать этот театр абсурда.
Я стал ходить рядом с этими людьми, водить руками, морщить лоб, да и вообще занимался всякой фигнёй, делая вид что занимаюсь делом. В моём времени была такая телепередача «Битва экстрасенсов», вот я и пытался повторить их телодвижения. Надеюсь у меня получилось.
Надоело это мне, где-то через пять минут, но я стойко продержался ещё столько же. Потом, сел на стул и решил сам уже, посмотреть шоу, которое приготовил джин. Но сначала пару слов, для антуража:
— Что я могу сказать, морали у вас нет никакой. Коммунисты все такие или есть исключения? Я хочу понять, стоит или нет вам показывать, кто или по крайней мере из-за кого, у вас, у всех потемнели печати. Готовы?
Молчание, было мне ответом, гордость плохое чувство, особенно в толпе, когда и стрёмно, и отступать нельзя. Сейчас мы увидим, у кого, здесь, действительно стальные яйца. По мыслеречи даю команду джину начинать шоу, а Ками поддержать его спецэффектами. Да и вообще, нагнать жути побольше, что бы этих кренделей пробрало до потери пульса. Конечно же Ками не подвела, жалко, что нельзя было это записать. В кинотеатрах это действо, стало бы лидером проката, среди фильмов ужаса.
Комната, вдруг резко стала меньше размером, неприятный звук, скрип, писк и непонятные шорохи, звуки разбившегося стекла и стук упавших осколков. Голос из самого тёмного угла, сначала непонятный, потом более разборчивый. И как финал, резкая вспышка красного света. Сначала размытый силуэт, который не спеша приближается, что-то бормочет себе под нос, но вот он выходит на красный ковёр и неожиданно всё меняется. Силуэт обретает знакомые черты, всё понимают кто это и ужас накрывает всех с головой. Даже мне, который и устроил это шоу, становиться не по-себе. Иосиф Виссарионович Сталин вытащил, изо рта, трубку и прищурившись стал рассматривать всех присутствующих. Потом пыхнул несколько раз и почти без акцента, но всё же, немного вытягивая гласные буквы обращаясь ко мне, спросил:
— Слышь, защитник, ты зачем, меня вытащил сюда, к этим предателям. Если что-то нужно тебе, спрашивай, а этим убийцам, обращаться ко мне, запрещаю. Иначе умрут сразу, а не как печать скажет.
— Товарищ Сталин, так они меня и просили узнать откуда у них печати и почему они потемнели? Мне-то, ничего не нужно, я и так нормально живу и работаю. Вот Антарктиду себе забираю, хочу Империю возродить. Надеюсь, что Советский Союз ко мне присоеденится и тогда уже можно будет думать, если не о коммунизме, то о социализме с сильным лидером во главе это точно.
— Я тебя понял, молодой Император, хорошая идея, если получится, о тебе будут помнить потомки. Представляешь, вот эти трупы сидят и думают, что они имеют власть, а делать для этого ничего не хотят, хоть что-то полезное они сделали, как ты думаешь? Могу сразу и ответить, ничего! Вот и потомки их помнить не будут, а там, куда мы уходим после смерти, очень важно это. Память. Меня помнят поэтому, я иногда могу, откликнуться на призыв такого сильного человека, как ты. Но лучше этого не делать. А вопрос их, ничего не стоит, ответ они сами знают.
 
— И всё же, Иосиф Виссарионович, мне самому уже интересно, что они такого сделали и кого предали? Отчего цвет печати радикальный и указывает на скорую смерть.
— Предали они дело партии, возродили дворянство, в самой худшей её ипостаси. Забыли, за что мы боролись, какие были идеи и мечты. Душат на корню, всё начинания, потому что, боятся прогресса, который может их смести с их насиженных мест. Держат людей в определённых рамках, не давая развиваться. Запретили артели, а ведь Ленин, ещё в двадцать третьем году, написал свою работу «О кооперативах и кооперации», где представлял коммунистическое общество как объединение кооперативов.
Всё пропало, джина, что называется понесло, теперь его не остановить. Уж очень близко к сердцу, он принял идеи коммунизма. Даже в игре, он под моим непосредственном руководством, продвигал идеи равенства, в массы неписей. По мыслеречи, просто ору Ками, чтобы прекратила эти безобразия. И тут-то всё и случилось, Джон что-то перемудрил с визуализацией, а Ками, немного ослабила магическое давление, вследствие чего поддержка здоровья тоже ослабла.
Сначала, по залу прокатилась волна зловония, ну это понятно и ожидаемо. Обсерились все, даже я и то еле сдержался, хотя знал, что это представление. А вот потом, все наши дедушки от политики, просто осели в креслах и больше не подавали признаков жизни. Сталин, резко развоплотился и получив по шее за испорченный праздник, сдристнул в неизвестном направлении. Единственный, кто остался при памяти это Будённый, да и то только внешне, потому что он сидел с закрытыми глазами и дышал, как паровоз на подъёме. Ками, быстренько кинула заклинание «улучшения самочувствия» и «морской бриз» для проветривания, затем, стала лечить всех, моим лечебным амулетом.
Когда все пришли в себя, то тут же стали расползаться по туалетам и душевым комнатам. Наверное, чтобы постирать штаны, хрям с ними подожду. Я же вышел в приёмную и сел на место секретаря. Как всегда, мне резко захотелось жрать. Надо, Ками послать чего-нибудь прикупить в буфете. Я надеюсь, здесь есть такой. Как-то не у кого, пока, спросить.
Ками поняла всё правильно и исчезла из кабинета, если здесь, где-то продают еду, то она обязательно найдёт. По мыслеречи передал ей, что бы отловила, какого-нибудь, аборигена и узнала всё у него. Хорошо, когда есть на кого переложить часть работы.
Еда начала появляться передо мной, вместе с членами политбюро. Блин, даже тут всё испортили, не дали пожрать нормально. Ничего, сейчас я на них отыграюсь, они всё сделают, как я хочу, иначе призрак Сталина, будет приходить, к ним, каждую ночь. Прямо в спальню, да и ещё товарища Берию с собой будет брать, для большего эффекта. Но, ладно, хорошо когда всё в меру, пока не буду их больше пугать. Они мне, ещё нужны и желательно вполне здоровые. Сейчас соберутся все и начнём второй акт Марлезонского балета.
Пока ждал, успел нормально поесть и попить. Кухня в этом заведении, вполне пристойно готовит. По крайней мере, борщ с пампушками и котлетки с картофельным пюре, улетели моментально. Даже Ками удивилась, такой моей скорости. Но дело, превыше всего и надо добивать эти экспонаты. Пора им менять политику партии и переходить к строительству настоящего социализма. А для этого нужен реальный лидер, за которым пойдёт вся страна. Пойдём в кабинет, меня уже ждут.
Всё, собрались, пора начинать:
— Ну что, товарищи, всё ответы получили? Теперь готовы работать? Или ещё что хотите узнать?
Отвечал, конечно Брежнев, кому ещё-то. Все остальные боялись глаза поднять, толи от стыда, толи спать хотели, пока не понятно.
— Товарищ Император, я могу вас, ещё об одной малости попросить? Очень надо, просто все так решили. Зато, от имени всех собравшихся, могу обещать, что ваш вопрос решён и СССР будет оттягивать решение о присоединении к военной операции, до последнего момента.