Фантазия Огнекамня (ЛП)

Затем он повесил трубку.
  
Глава 2
 
Истории
 
Я убрала телефон. Элоди наблюдала за мной поверх своей чашки яблочного сидра.
— Ты слышала, что он сказал? — спросила я её.
— Да. Что ты собираешься делать?
— Точно не знаю, — я прижала колени к груди. — Его предложение звучит слишком заманчиво, чтобы быть правдой.
— Это не значит, что так оно и есть. Он может сколько угодно разыгрывать роль щедрого благодетеля, но, в конце концов, ты нужна ему больше, чем он тебе. В городе много инженеров Магитека, но ни один из них не может делать то, что умеешь ты. Три правящих Дома пускают слюни на твой щит, Арина, и это ещё до того, как ты начала его рекламировать. Это значит, что у тебя есть что-то ценное.
  
— Я знаю, — сказала я. — У меня есть то, что нужно им, но у них также есть то, что нужно мне. Я не могу создать свою компанию без Рекомендательного Письма. И я не могу управлять своей компанией без денег. Это означает контракты, заказы, работу.
— Значит, ты приняла решение?
— Нет. Ещё нет. Я не соглашусь на сделку с Сореном Фенриром, пока не буду уверена, что могу доверять ему в том, что он выполнит свою часть сделки.
— И как ты поймёшь, можно ли ему доверять? — спросила она.
— У меня есть идея.
Я снова достала телефон и набрала номер своего брата Лекса. Он был единственным из моей семьи, кто существовал вне системы Домов, был свободен от политики, но в то же время понимал эту игру и всех игроков.
Но Лекс не отвечал. Его телефон сразу переключился на голосовую почту. Должно быть, он на работе.
— Это Сумрак, — раздалось монотонное сообщение, затем последовал громкий звуковой сигнал.
— Привет, это Арина. Я хотела спросить, есть ли у тебя какая-нибудь информация о Сорене Фенрире. Он предложил мне союз, и мне нужно знать, могу ли я ему доверять, — сказала я и повесила трубку.
Элоди удивлённо посмотрела на меня.
— Что? — спросила я, теребя в руках телефон.
— Ты знаешь Сумрака? Того самого Сумрака?
Сумрак — это рабочий псевдоним Лекса, который он взял, чтобы жить вне системы. Давным-давно он был членом Охраны Дома Феникса, но сейчас он стал наёмником, причём высокооплачиваемым. Дома обращались к нему за помощью всякий раз, когда у них возникала необходимость в чём-то очень опасном и секретном. Все те непристойные действия, которые они не могли совершить сами. Вот зачем они нанимали Сумрака. Он добивался результатов, и он был нейтральной стороной, не связанной ни с одним Домом. Это означало, что его действия не могли связать ни с одним из них.
— Да, я знаю Сумрака, — сказала я Элоди. — Он мой брат.
Глаза Элоди расширились.
— И он… правда такой пугающий, как все говорят?
— Думаю, я не тот человек, которому надо задавать такой вопрос. Он мой брат. Я видела, как он делал разные неловкие, но совершенно не пугающие вещи.
Она наклонилась вперёд, и на её лице появилось нетерпеливое выражение.
— Какие, например?
— Ну… — я подумала об этом. — Например, однажды в детстве он съел слишком много конфет. Его тошнило несколько часов подряд. О, и у него была мягкая игрушка — маленький утёнок. Он назвал его мистер Квакерс. Лекс брал её с собой везде, куда бы ни пошёл, и сжимал клюв, когда нервничал, грустил или был напуган.
Элоди улыбнулась.
— Это так мило.
— Да, так оно и было, — согласилась я, слегка улыбнувшись приятному воспоминанию. — Ну, вот видишь. Вот почему я никогда не могу представить своего брата каким-то большим, страшным наёмником или призраком в ночи. Хотя все остальные видят его так.
Кассиан и Калани подбежали к нам.
— Вы говорите о дяде Лексе? — спросила Калани.
Ух ты, у них отличный слух, благодаря их магии. И их любопытству.
Я кивнула.
— Да, о нём.
— Дядя Лекс классный, — заявил Кассиан. — Но вы бы слышали, какие истории рассказывают о нём в школе. Как он убивает…
— Хватит, Кассиан, — сказала я ему.
— Почему? Так правда говорят!
— Перестань беспокоиться о том, что говорят другие люди. И начни думать о том, что чувствует твоя сестра.
Кассиан посмотрел на Калани, которая побледнела ещё сильнее. Она была умной маленькой воитнльницей в подвале Академии Авалона, сражаясь с этими монстрами, но она не любила говорить о телах. Особенно о мёртвых.
Несмотря на то, что Кассиану нравилось мучить свою сестру, он на самом деле любил её. Сейчас он доказал это, обняв её за плечи.
— Ну, как дела в школе? — спросила я.
— Нормально, наверное, — сказал Кассиан. — Большинство учителей нормальные — они учат нас кое-какой классной магии… но некоторые из них — настоящие зануды. О, и, судя по всему, взрывать мусорные баки запрещено правилами.
Я прищурилась, глядя на него.
— Почему тебе вдруг захотелось взорвать мусорный бак?
Он пожал плечами, как ни в чём не бывало.
— Чтобы практиковаться в магии.
— Скажи правду, Кас, — вмешалась Калани.
Он выпятил грудь.
— Я и сказал правду.
— Нет, не сказал, — Калани повернулась ко мне. — Он поссорился с другими мальчиками. Они хвастались, что их магия самая сильная в классе. Кас не согласился.
— Конечно, я не согласился! Я оставляю за собой право не соглашаться с людьми, которые на сто процентов неправы.
— И тогда ему пришлось доказывать, что его магия сильнее, — добавила Калани.
Я знала, к чему приведёт эта история. Мы уже много раз проходили этот путь раньше.
— И поэтому ты взорвал школьные мусорные баки? — спросила я у него.
— Ты так говоришь, как будто это плохо.
— Это плохо, — сообщила Калани своему брату, а затем повернулась ко мне. — Его за это даже оставили после уроков.
— Тебя оставили после уроков? В твой первый месяц в новой школе? — я с трудом выговаривала слова.
— Да, неплохо, правда? — Кассиан гордо кивнул. — Кажется, я установил новый рекорд.
Я закрыла лицо руками. Он наклонился и прошептал:
— Что случилось, мам?
Я издала слабый звук.
— Она беспокоится, что тебя исключат, — подсказала ему Калани.
Кассиан рассмеялся.
— О, тебе не стоит беспокоиться об этом, мам. Похоже, быть исключённым из Академии Авалон действительно тяжело. Один мальчик однажды взорвал кабинет директора, и даже его не исключили. Они предпочитают наказывать задержанием после уроков или работами, или просто бросить в яму, полную монстров, и заставить тебя с боем выбираться оттуда.
— Это не помогает, Кассиан, — вздохнула я.
Он пожал плечами.
— Эй, расслабься. Я без проблем справлюсь с любыми монстрами, которых они держат в школе.
— Возможно, — согласилась я, — но давай не будем проверять эту теорию, ладно?
— Ладно, ладно, — он похлопал меня по спине. — Я постараюсь вести себя хорошо.
Калани фыркнула. Кассиан резко повернулся к ней лицом.
— Насмехайся сколько хочешь, Мисс Паинька, — он оглянулся на меня. — Конечно же, все учителя её любят.
Она сложила руки перед собой и сладким голоском произнесла:
— Конечно, любят.
Он закатил глаза.
— Калани такая идеальная. Такая умная. Она такая лапочка на уроках. И, о, Кассиан, почему ты не можешь быть больше похож на свою сестру? — последнюю фразу он произнёс писклявым, пронзительным голосом, а затем издал несколько сдавленных звуков. — Вот что они все мне постоянно твердят.
Калани ухмыльнулась ему.
— Это неплохой совет. Меня не отправляют в кабинет директора за то, что я заменила коды всех студенческих шкафчиков на рандомные цифры.
— Только потому, что ты не знаешь, как это делается.
— Я знаю, как это делается. Я могла бы это сделать, если бы захотела.
— О, да? — переспросил Кассиан, приподняв брови. — Тогда докажи это.
  
Она отмахнулась от его слов.
— Ты что, считаешь меня глупой?
— Ты действительно хочешь, чтобы я ответил на этот вопрос? — спросил он, ухмыляясь.
Калани упёрла руки в бока.