Фантазия Огнекамня (ЛП)

Он твой враг.
Его Дом разрушил твой.
И он даже не попытался остановить их.
Я продолжала повторять про себя эти три предложения, снова и снова, всю дорогу до полицейского участка.
В участке двое полицейских отвели нас в комнату для допросов, где Элоди сидела, прикованная к столу. Она оживилась, когда увидела меня. И её брови приподнялись, когда Доминик вошёл в комнату вслед за мной. Я могла бы поклясться, что прочитала на её лице «Вау, а ты шустрая».
  
«Это не свидание. Мы просто работаем вместе», — попыталась транслировать я. Я сомневалась, что это сработает. Я не была телепатом и ещё не изобрела ничего, что могло бы превратить меня в него.
«Создать артефакт телепатии», — мысленно добавила я в свой список дел.
— Элоди, — сказала я. — Дом Дракона нанял меня расследовать убийства в театре балета.
— Убийства? — она побледнела. — Было ещё одно? Кто?
— Танцовщица по имени Жизель.
Элоди подпёрла голову рукой, как будто она только что стала в десять раз тяжелее.
— Как она умерла?
— Её пырнули ножом, — Доминик внимательно наблюдал за ней. — Оборотень.
— И вы думаете, что это я, — она издала измученный, безутешный смешок.
— Нет, — я бросила на Доминика раздражённый взгляд. — Это не так. Я знаю тебя, Элоди. И я знаю, что ты невиновна. Мне просто нужно, чтобы ты помогла мне доказать это.
— Как? — спросила она. — Что я могу сделать?
— Ты можешь помочь мне понять динамику отношений в Доме Балета, — сказала я ей. — Ты хорошо знала Ларк? Или Жизель?
— Жизель была новенькой. Я не очень хорошо её знала, — ответила Элоди. — Но я знала Ларк. Она была моей подругой.
— А что насчёт балетмейстера Брэдфорда? — спросила я её. — Что ты можешь мне о нём рассказать?
— Что он осёл.
— Я поняла это, услышав его слова. Он обвиняет Амели в том, что она получила травму.
Элоди закатила глаза.
— Ну естественно.
— Балетмейстер также упомянул, что вы первая в очереди, чтобы заменить мисс Ларк на главной роли, — сказал Доминик.
Я наступила ему на ногу. Он проигнорировал меня.
— Я была следующей в очереди на эту роль, — осторожно сказала Элоди. — Но это не значит, что я убила бы её, чтобы получить роль. Как я уже сказала, Ларк была моей подругой.
— И всё же факт остается фактом: мисс Ларк убил оборотень, и вы, оборотень, выиграете больше всех, убив её.
Элоди сложила руки на груди и сердито посмотрела на него.
— Я не убиваю людей.
— Само собой, она никого не убивала, — я толкнула Доминика локтем.
Конечно, в его доводах был смысл, но я знала Элоди. Убийца из неё такой же плохой, как из меня самой. К тому же, интуиция подсказывала мне, что эти убийства были связаны с чем-то гораздо большим, чем просто балетная постановка.
— Мы можем прояснить это прямо здесь и сейчас. Твою невиновность, — объяснила я, когда Элоди непонимающе посмотрела на меня. — У тебя есть алиби на три часа сегодняшнего утра? По оценкам коронера, это время смерти Ларк. И, похоже, Жизель была убита вскоре после этого.
На самом деле, я была почти уверена, что Жизель убили, потому что она оказалась свидетельницей убийства Ларк. Она скрылась с места происшествия на крыше, спустившись по лестнице. Убийца погнался за ней и убил в костюмерной. Я поняла это из магических отголосков на теле Жизель.
— У меня действительно есть алиби, — сказала мне Элоди.
— Это здорово! Кто?
— Подождите, — она подняла руку. — Я не могу вам сказать.
— Почему нет?
Она вздохнула.
— Я просто не могу, понимаешь?
Что ж, это определённо не то, на что я надеялась. Я потратила ещё несколько минут, пытаясь убедить Элоди назвать своё алиби, но она отказалась уступать. В конце концов, у меня не осталось другого выбора, кроме как сдаться.
— Она что-то скрывает, — сказал Доминик, когда мы вышли из комнаты для допросов.
— Очевидно, — раздражённо сказала я. — Но она не убийца. Я знаю это. Я знаю Элоди.
— Знаешь ли? Вы знакомы меньше месяца, и ты думаешь, что по-настоящему знаешь её?
— Абсолютно. Я готова поклясться своей жизнью, — сказала я с полной уверенностью.
— К сожалению, твоя готовность поставить на кон свою жизнь не является надлежащим доказательством в суде, — ответил он с той рассудительностью, которую я в нём любила и ненавидела. — И даже если она не убивала танцовщиц, она всё равно может покрывать того, кто это сделал.
— Зачем ей это делать?
— Бессмысленно строить предположения, не зная больше об этом её алиби, — сказал он. — В Доме Дракона работают очень компетентные дознаватели. Они могли бы убедить твою подругу заговорить.
— Ты хочешь её пытать? — в ужасе переспросила я. — Нет. Ни в коем случае.
— Я открыт для других предложений.
Я уже перебирала в уме возможные варианты.
— Арина, — подтолкнул он меня минуту спустя.
— Я разберусь с этим, хорошо? Мне просто нужно немного времени.
— У тебя есть остаток дня, чтобы доказать невиновность твоей подруги, — сказал мне Доминик. — После этого у меня не будет другого выбора, кроме как выдвинуть обвинения.
  
Глава 5
 
Секреты, Которые Мы Храним
 
— Мне нужно вернуться туда. Мне нужно поговорить с Элоди наедине. Никаких камер. Никаких микрофонов, — я взглянула на Доминика. — И никаких Драконов.
Он сложил руки перед собой.
— С какой целью?
— Элоди что-то скрывает.
Он издал нетерпеливый звук.
— Очевидно же.
— Что бы это ни было, она не станет откровенничать со мной, когда ты нависаешь над ней, как…
— Как что, например?
— Ну, как дракон.
Он хмыкнул, явно забавляясь сравнением.
— Хорошо. Мы попробуем по-твоему.
Я кивнула и вошла в комнату для допросов, на этот раз одна. Сдержав своё слово, Доминик отключил камеры и микрофоны.
— Так скоро вернулась? — спросила меня Элоди с усталой улыбкой.
— Да. Я хочу поговорить с тобой о твоём алиби.
Её плечи поднялись и опустились от тяжёлого вздоха.
— Я не могу.
Я села за стол напротив неё.
— Здесь только мы вдвоём, Элоди. Ты можешь поговорить со мной. Ты можешь доверять мне.
— Я знаю, что могу доверять тебе, Арина. Я просто не могу доверять им, — её взгляд метнулся к закрытой двери.
— Я велела им отключить все системы наблюдения, — я указала на неактивные камеры на стенах. — Больше никто не наблюдает.
Элоди наклонилась вперед на своём сиденье и прошептала:
— В Авалоне всегда кто-то наблюдает.
— Что это за алиби? И почему ты так боишься назвать имена?
— Арина… Я просто не могу.
— Ты должна, — я взяла её за руки и сжала их. — Где бы ты ни была этим утром, ты должна мне рассказать. Правда не может быть хуже, чем быть допрошенной, осуждённой и наказанной Домом Дракона.
Элоди вздрогнула.
— Я могу помочь тебе, только если ты мне доверишься, — сказала я ей.
— Хорошо, — вздохнула она. — Я расскажу тебе, Арина, но только тебе.
— Я слушаю.
— Нет, — она покачала головой. — Не здесь. Я должна тебе кое-что показать, — она крепко сжала мои руки. — Ты должна убедить их отпустить меня.
***
Было нелегко убедить Доминика позволить мне взять Элоди с собой на вылазку, но в конце концов он согласился.
— Я возлагаю на тебя ответственность за неё, — сказал он мне, когда мы с Элоди выходили из полицейского участка.
Мы оба знали, что это значит. Если я не верну Элоди, будут последствия. Ужасные последствия. Мне никогда не разрешат основать Дом Феникса, если я помогу сбежать подозреваемой в совершении преступления. Вот как Доминик мог гарантировать, что мы вернёмся.
  
— Мне нужно, чтобы ты пообещала мне, что никому не расскажешь о том, что я тебе покажу, Арина.
Мы остановились на углу улицы, в нескольких кварталах к востоку от полицейского участка, на берегу одной из Слезинок — маленьких одинаковых прудиков в форме слезы, которые словно нитка жемчуга опоясывали южные берега Великого Озера. Она долго смотрела на воду, словно искала мудрость в мягком ритме волн, затем повернулась ко мне лицом.