Огонь в его объятиях (ЛП)

Выражение его лица исполнено решимости. «Мы позаботимся об этой проблеме, чтобы сосредоточиться на других вещах. — Его глаза становятся прищуренными, страстными. — Например, убедимся, что ты вынашиваешь моих детенышей».
«Убедимся, да? Думаю, это вежливый способ сказать, что ты просто хочешь много трахаться».
«Я не хочу все портить. Я хочу стать твоей парой». — Его губы изгибаются в намеке на улыбку. В этом маленьком выражении столько обещания, что у меня перехватывает дыхание.
«То же самое, детка. То же самое».
Глава 38
Эмма
Как ни странно, Зор помнит дорогу к крепости Азара. Или, скорее, его собственный запах все еще достаточно густ на земле, даже спустя недели, чтобы он мог отследить его. Я еду верхом на нем, мой пистолет прижат к боку, на голове шлем и защитные очки. На мне даже пуленепробиваемый жилет, который я нашла в старом армейском магазине. Я готова ко всему.
«Никто не заходил сюда уже несколько недель».
Ладно, готова ко всему, кроме этого.
— Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, они ушли?
«Азар еще не ушел. Это все, что мы знаем. — Мысли Зора ироничны. — Но это странно. У его людей очень мало следов, указывающих на то, что они были здесь. Я также не чувствую запаха их металлических вещей».
Ни мотоциклов, ни мужчин. Я не понимаю.
— Значит, ты думаешь, что мы идем в ловушку?
«Я не знаю… но я знаю только один способ выяснить это».
— Да, я тоже. — Тьфу. Я не уверена, что мне нравится эта мысль, но пока мы знаем, что это ловушка, надеюсь, мы сможем противостоять ей. — Все еще хочешь идти вперед?
«Всегда».
Я тоже. Я не смогу спокойно спать, пока не узнаю, что этот ублюдок умер.
— Тогда мы продолжаем идти.
Мы идем по улицам, большие ноги Зора преодолевают землю. Я больше не устаю. Я слишком напряжена и готова к тому, что что-то — что угодно — должно произойти. Даже кучка вооруженных байкеров, выскочивших на нас, сработала бы для меня, потому что тогда мне больше не пришлось бы задаваться вопросом.
Но там просто… ничего нет.
Я имею в виду, что повсюду разбитые машины и пустые разрушенные здания. На холмах видны участки выгоревшей травы, сорняки, пробивающиеся сквозь трещины, и все то опустошение, которое сопровождает заброшенный старый город. Но по мере того, как мы подходим все ближе и ближе, я вижу на горизонте старый сетевой отель, а Азара и его людей по-прежнему нет и в помине? Я волнуюсь. На данный момент у них должна была быть какая-то охрана по периметру. Патруль.
Что-то.
— Здесь слишком тихо, — шепчу я Зору. — Мне это не нравится.
«Мне тоже. Запахов тоже нет. — Он поднимает свою огромную голову и нюхает воздух, затем оглядывается на меня одним большим драконьим глазом. — Однако я чувствую запах Азара поблизости. И еще один. Все остальные ароматы… очень старые».
— Насколько старые? — спрашиваю.
Он опускает голову и снова принюхивается. «Более свежие, чем мой след, но не недавние. Может быть, несколько дней или дольше».
Значит, где-то между нашим побегом и прошлой неделей все люди Азара исчезли? Они ушли? В этом нет никакого смысла.
Это приобретает немного больше смысла, когда мы продвигаемся вперед, и перед отелем появляется старый флагшток. Металл обгорел и обесцвечен, на бетоне вокруг него виднеется темный круг обуглившегося металла. Повсюду пепел и старые ржавые пятна, которые, очевидно, являются кровью. На самом столбе я вижу наручники, такие же обугленные и обожженные, как и все остальное.
Я морщу нос.
— Думаю, мы выяснили, как он заманивает драконов. — При виде этого у меня слегка подташнивает в животе, потому что ко всему этому пеплу примешаны человеческие кости и останки людей, с которыми я разговаривала и жила рядом в течение короткого периода времени. Я пытаюсь найти сочувствие в своем сердце к ним из-за той уродливой судьбы, которую они постигли… но они были ужасными людьми. Кочевники — особенно кочевники Азара — насильники, убийцы и изгои. Трудно испытывать к ним жалость, хотя никто не должен умирать так, как они.
 
«Он ждет внутри», — говорит мне Зор, ерзая на корточках. Его мысли показывают мне картинку больших двойных дверей отеля, и я не удивляюсь, увидев, что они все еще целы, а стекло очищено от пепла. В конце концов, Азар любит порядок. Может быть, именно поэтому он сохранил кому-то жизнь — как служанке.
«А другой? — я спрашиваю Зора. — Другой человек, которого ты почуял?»
«Внутри тоже. Я не думаю, что кто-то из них выйдет, если только они не услышали — или не почуяли — наше приближение».
— Тогда мы пойдем за ним, — бормочу я. — Однако будь готов сбежать в тот момент, когда тебе будет угрожать опасность. Мне все равно, какую часть здания ты заберешь с собой.
«Хорошо. Пока ты в безопасности, я буду «убегать» по мере необходимости». — весело урчит Зор.
Я отстегиваюсь от своей сбруи для верховой езды и соскальзываю с его спины, падая на землю. Мои ноги немного подкашиваются после долгой езды, и я осторожно потягиваюсь, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что на нас не набросятся. Мой дракон ласково обнюхивает меня, его мысли полны любви, а затем, в следующее мгновение, я слышу звон сбруи, когда она падает на землю. Из нее выходит Зор, совершенно голый, загорелый бог, и подходит ко мне.
Я с трудом сглатываю. Он очень обнажен, и это вызывает у меня не непристойные мысли, а беспокойство. Вся эта великолепная кожа незащищена в его человеческом обличье.
— Не хочешь одолжить мой бронежилет, детка?
«Нет. — Он наклоняется и притягивает меня ближе, потираясь носом о мою челюсть и шею. — Я бы обеспечил твою безопасность любой ценой».
Я не в восторге от этого, но уже слишком поздно поворачивать назад.
— Тогда держись позади меня.
Его глаза вспыхивают. «Нет. Я буду защищать тебя».
— Чем? Твоим потрясающим оттенком кожи? Твоими сияющими золотыми локонами? — Я фыркаю и показываю рукой на свой пистолет. — Извини, детка, но это превосходит все твои благие намерения. У меня есть пистолет и жилет. Я иду впереди.
Зор свирепо смотрит на меня.
Я свирепо смотрю на него в ответ.
«Если ты в опасности…»
— Тогда нам обоим крышка. Но давай не будем стоять здесь и спорить об этом весь день, хорошо? — Я протягиваю руку и притягиваю его к себе, импульсивно даря ему быстрый, крепкий поцелуй. — Давай сделаем это.
«Тогда веди, если ты должна вести». — Похоже, он не в восторге.
Он не должен быть в восторге. Это логично. Я засовываю штурмовую винтовку под мышку и двигаюсь вперед, стараясь быть незаметной и бесшумной. Это не так-то просто, когда мой жилет хлопает по одежде, а ремень пистолета покачивается, но я делаю все, что в моих силах.
Я подхожу к двойным дверям и заглядываю сквозь стекло, пытаясь заглянуть внутрь. Вестибюль пуст. В этом нет ничего удивительного. Стены покрыты граффити, но пол безупречно чист. Хм. Я открываю дверь, жестом приглашаю Зора следовать за мной, и мы заходим.
Внутри тихо. Я вообще ничего не слышу.
«Чувствуешь что-нибудь?» — я спрашиваю.
«Другой человек находится в той стороне», — говорит мне Зор и указывает на дверь в дальнем конце вестибюля, за стойкой регистрации.
«Давай сначала уберем его, — говорю я своему дракону и крадучись пробираюсь вперед. За стойкой никого нет, поэтому я подхожу к двери и тихо прислушиваюсь. Раздается тихий сопящий звук, и я удивленно морщу нос, пытаясь понять, что это. — Что это, черт возьми, такое?»
Зор тоже понятия не имеет. Его мысли — одно большое пожатие плечами.
«Полагаю, мы должны войти и выяснить это, — говорю я ему. — Люблю тебя, детка». — Я посылаю эти мысли яростным толчком, а затем распахиваю дверь, шагая внутрь со своим пистолетом.