Огонь в его объятиях (ЛП)

«Нет. А я должен думать так?»
— Мне кажется, остальные немного обеспокоены тем, что я жажду мести. И я думаю, что это часть проблемы. Иногда я думаю о своем брате. Я представляю, что бы с ним случилось, если бы он не связался с кем-то вроде Азара. Бойд не был ангелом, но и не отличался большими амбициями. Он, вероятно, долгое время жил бы сам по себе, разъезжая из города в город и ведя себя немного неуклюже и дерьмово, но в основном безобидно. Азар превратил его в проблему. Я не могу не винить в этом Азара. И все же, в то же время, это не то, почему я хочу уничтожить его.
«Наверное, потому, что он причинил мне боль».
Эмма кивает, и ее глаза поблескивают в темноте.
— Потому что он причинил тебе боль, и ему было все равно, сколько он разрушит, держа тебя в плену. Потому что ему все равно, скольких людей он погубит — твоих или моих, — просто чтобы посмотреть, сможет ли он вернуться через Разлом. Ему наплевать на любую жизнь, и пока он рядом, мы никогда не будем в безопасности. Мы никогда не будем свободны, и я хочу знать, что ты можешь спать по ночам и не беспокоиться о том, что кто-то собирается завладеть твоими снами. Я хочу, чтобы у тебя здесь была хорошая жизнь, даже если ты не сможешь вернуться. Я хочу, чтобы ты мог не торопиться и позволить своим крыльям восстановиться. Я хочу, чтобы ты мог жить хорошей жизнью. Ты заслуживаешь этого после того, через что тебе пришлось пройти.
«У меня действительно хорошая жизнь, — говорю я ей. — Мой разум цел. Мой живот полон. У меня есть пара, которая невообразимо красива, умна и сильна. Я больше ни о чем не могу просить».
— Ты мог бы попросить свои воспоминания, — шепчет она. — Ты мог бы попросить показать тебе свой дом.
«Мой дом здесь, с тобой, — просто говорю я ей, убирая волосы с ее лица. — И я создам новые воспоминания, когда моя пара будет рядом со мной».
Она поднимает ко мне лицо, безмолвно прося о поцелуе. Я нежно прикасаюсь губами к ее губам. Она прижимается ко мне, явно встревоженная, и через мгновение шепчет:
— Правильно ли мы поступаем?
«Ты считаешь, что это правильно?» — спрашиваю я ее.
Эмма кивает.
«Тогда это все, что имеет значение. — Я глажу ее подбородок, обводя нежные косточки. — У тебя доброе сердце. Никогда не сомневайся в этом».
— Может, у меня и доброе сердце, но это потому, что у меня потрясающий партнер, — бормочет она, и ее рука скользит ниже, чтобы погладить мой член. — Давай пойдем спать.
Я знаю свою вторую половинку достаточно хорошо, чтобы точно знать, чего она хочет. Она думает не о сне, и я издаю низкий горловой рык от удовольствия при осознании этого. Я запускаю когти в ее густые волосы, прижимая ее к себе. «Тебе придется молчать, пока мы будем совокупляться, иначе ты разбудишь своих друзей».
«Я могу молчать», — посылает она мне озорство и нужду в ее глазах.
«Ты хочешь сказать, что я шумная?»
«Да, это так, — отвечаю я и беру ее на руки, перенося на одеяла, которые мы расстелили для нашего сна этой ночью. — Каждый раз, когда я пронзаю тебя своим членом, ты кричишь, как будто тебя ранили».
Она прикрывает смех рукой. «Вранье. Все это ложь. Я тихая. Это ты такой шумный. Ты ворчишь, ревешь и производишь столько шума, что заглушаешь меня».
«Тогда мы посмотрим, кто будет шуметь, когда я прижмусь ртом к твоему влагалищу».
Ее глаза вспыхивают обещанием. «Я не буду шуметь, если ты дашь мне что-нибудь пососать».
И теперь я тот, кто стонет от желания.
Глава 36
Эмма
На следующее утро, ясное и раннее, я сижу верхом на своем драконе в своем новом шикарном седле, положив руки на луку, и жду.
— Есть какие-нибудь новости, детка?
«Кэйл говорит, что баннер скоро должен быть готов. Терпение».
— О, я терпелива, — говорю я вслух для нашего пассажира. — Это бедняжка Эми страдает.
Позади меня Эми морщится в своем странном наряде.
 
— Во всем этом пластике действительно жарко, — говорит она мне, крепко обнимая меня за талию. — Я более чем готова избавиться от этого на своем теле. Я потею как сумасшедшая.
— Твой аромат становится нежным и сочным для нашего следа.
— Отлично, — бормочет она, но в ее голосе нет энтузиазма. Я бы тоже не была такой, если бы мне пришлось надеть мешки для мусора с головы до ног, в которых для лица был вырезан лишь маленький кусочек. Это совершенно нелепый наряд, но драконы согласились, что, когда Эми вот так закутана в пластик, ее запах ничтожен. Что хорошо, поскольку мы не хотим, чтобы ее запах вернулся в башню Клаудии.
Все это — часть плана.
Вдалеке, на крыше соседнего здания, разворачивается что-то белое. В тот же момент Зор посылает мне сообщение: «Плакат готов. Кэйл говорит, что мы можем начинать».
Я прищуриваюсь на баннер и подношу к лицу бинокль.
— Думаю, мы готовы, Эймс.
— Все в порядке? — нервно спрашивает она.
— Ага, — я читаю баннер вслух. — «Помогите, моя сестра Фелиция пропала. Она очень молода. Если вы найдете ее, пожалуйста, приведите ее в это здание. Награда!!!» — Я убираю бинокль обратно в футляр и отстегиваю ремни безопасности, затем спрыгиваю со стороны Зора. — Хех. Твое вымышленное имя Фелиция. Мило.
— Отлично. — Она нервничает, неуклюже сползая на землю рядом со мной. — Так что я должна просто… э-э-э… сделать это?
— Ага. Не стесняйся раздеваться.
— Раздеться догола? — ее голос похож на писк. — Я думала, мы просто собираемся снять с меня одежду и таскать ее по городу?
— Так и будет, но если хочешь, можешь раздеться. Я просто поддразниваю. — Я одариваю ее жизнерадостной улыбкой. — Не волнуйся. Зора не интересуют ничьи сиськи, кроме моих.
Мой дракон весело урчит. «Твои сиськи просто великолепны. Меня совершенно не интересует тело другой женщины».
— Понятно, — голос Эми звучит неуверенно. Она снимает покрывало с мешка для мусора, а затем вздыхает с облегчением, вытирая лоб. Ее волосы прилипли к голове от пота, а щеки раскраснелись от напряжения. — Я надела дополнительные слои одежды. Я… я должна снять их все?
Бедняжке, похоже, действительно не по себе.
— Как насчет того, чтобы сначала отдать нам пропитанный потом нижний слой, а когда он высохнет, мы заменим его на свежий? Так что тебе не обязательно быть голой.
Взгляд, который она бросает на меня, застенчиво-благодарный. Она двигает своим телом под одеждой, снимая футболку, а затем юбку, обе вещи влажные от пота. Она протягивает их мне, а затем снова вытирает лоб рукой.
— Вытри пот своей рубашкой, — говорю я ей. — Мы хотим запаха как можно больше. — Я беру одежду и приношу ее Зору. — Как они пахнут, детка?
Дракон наклоняет свою большую голову, и его ноздри слегка раздуваются. Он слегка отшатывается, подергивая носом. «Они пропитаны ее ароматом. Мы можем это использовать».
— Ладно, хорошо. Я собираюсь привязать их к твоему хвосту. Дай мне знать, если узлы затянутся слишком туго, хорошо? — Я посылаю ему нежную мысль и спускаюсь трусцой к его задним лапам. Его большой хвост слегка приподнимается над землей, чтобы я могла надеть на него одежду Эми, а затем я играю с тканью, завязывая ее узлом, пока она плотно не прилегает к его чешуе. — Хорошо?
«Хорошо, — мой дракон соглашается. — Забирайся обратно, и мы пойдем».
Я подхожу к Эми.
— Хорошо. Мы возвращаемся наверх. — Я помогаю ей снова забраться в седло, а затем пристегиваюсь сама. Мгновение спустя мы трогаемся с места, и я оглядываюсь назад, наблюдая, как Зор волочит свой хвост по пыльной, разбитой дороге.
Идеально. План продвигается так, как и должен быть. Баннер — это, конечно, уловка. Никакой Фелиции нет, никто не пропал, и никого не собираются бросать в этом здании. Это все для того, чтобы избавиться от ублюдка. Он не умеет читать по-английски… но его люди умеют. Они захотят молодую девушку, и запах Эми подтвердит это, если чувства Азара хоть в чем-то похожи на чувства других дракони.