Огонь в его объятиях (ЛП)

Я беру себя в руки, когда кто-то подходит к двери. Я заперла ее изнутри на цепочку — я не тупица — и стискиваю зубы, ожидая, пока они попробуют ручку. Мгновение спустя подходит кто-то еще, и они бросают камень в стеклянную дверь, разбивая ее вдребезги.
Бл*ть.
Я поднимаюсь из своего угла, сжимая биту. Готова к атаке. Мужчина протягивает руку, дергает за цепи, чтобы расстегнуть их, а затем бросает их на пол. Другой парень толкает дверь и заходит внутрь в бейсбольной кепке. Его поза настолько знакома, что я с трудом могу поверить в то, на что смотрю…
Пока он не поворачивается и не видит меня в тот же момент, когда я вижу его.
— Бойд? — говорю я, потрясенная.
Его глаза расширяются, и я понимаю, что это действительно он — я бы узнала этот лоб где угодно, не говоря уже о небритой, всклокоченной бороде и широком лице. Когда он улыбается, я вижу один сломанный зуб, который всегда торчит наружу, как напоминание о том, что после этого стоматологической помощи не было. Это мой брат, все в порядке.
Я не знаю, испытываю ли я облегчение или ужас.
— Какого хрена? Эмма? Что ты здесь делаешь? — Взгляд моего брата откровенно скептический.
— Сижу на корточках, тупица. На что это похоже, что я делаю?
Он расплывается в улыбке.
— Черт возьми, я думал, ты направилась в Форт-Орлеан.
— Я передумала. — Я не указываю на то, что солгала ему. У Бойда чувствительное самолюбие. — Собиралась проверить Форт-Даллас, но ходят слухи, что они не самые дружелюбные, так что я решила побыть немного в одиночестве.
— Ну, ты больше не одна, — говорит мой брат, ухмыляясь. — Теперь ты в моей банде. — Он указывает на парк мотоциклов позади себя. — Я и парни позаботимся о тебе.
Это отчасти то, чего я боюсь, особенно потому, что улыбка моего брата не доходит до его глаз. Но он — дьявол, которого я знаю, поэтому я улыбаюсь ему, как будто это приносит облегчение.
— Отлично.
***
Я никогда не была особенно близка со своим братом Бойдом. Он очень похож на моего отца во всех плохих отношениях, а мой отец регулярно бил мою маму, когда мы были детьми. И мама, и папа погибли в Разломе, когда драконы впервые спустились, и это оставило нас с Бойдом на произвол судьбы. Бойду было четырнадцать, а мне двенадцать, поэтому мы путешествовали автостопом вместе с другими выжившими и пытались зарабатывать на жизнь в Форт-Талсе. К сожалению, это место было настоящей дырой, которой управляли самые отъявленные подонки. Когда мне было шестнадцать, мой брат проиграл меня в карточной игре старому беззубому ублюдку, а я в ответ выбила дерьмо из старого придурка своей битой. Это не понравилось местным жителям, и в итоге нам пришлось бежать из города.
После этого мы некоторое время бродили сами по себе, а потом в конце концов нашли Джека. Я не думаю, что это было его настоящее имя, но он называл себя «Мастером на все руки», и поэтому через некоторое время мы стали называть его просто Джек. Это был крошечный парень с бледной кожей, в очках, жилистого телосложения и лысой головой. Он был выживальщиком, и именно поэтому он так хорошо выжил во время апокалипсиса. Ему стало жаль меня и Бойда, и он приютил нас. Несколько месяцев все шло отлично, пока Бойду не стало скучно, он ограбил Джека и ушел ночью с большей частью наших вещей, включая ценное оружие Джека. С тех пор я не видела своего брата, а это было много лет назад.
Джека не было последние полтора года или около того, и я осталась одна, и каким-то образом мне удалось снова встретиться со своим дерьмовым, никчемным братом. Черт.
После того, как они подтвердили, что я говорю им правду и на заправке действительно никого нет, парк мотоциклов отправляется в путь, и у меня нет другого выбора, кроме как ехать с ними. Бойд заставляет парня, сидящего позади него, уступить мне свое место, и поэтому я еду позади своего брата, пока он перекрикивает ветер, рассказывая мне, чем он занимался.
Очевидно, его выгнали из другого форта в промежутке между этим моментом и тем, как он бросил меня и Джека. Он, конечно, не говорит мне названия форта. Мой брат любит хранить свои секреты, и я полагаю, что все, что он сделал, чтобы его выгнали, было чертовски плохо. Я не прошу больше подробностей. После того, как его выгнали, он присоединился к своей нынешней команде кочевников. «Банда Азара», как он их называет.
 
— Кто такой Азар? — спрашиваю я. Странное, долбанное имя. — Он иностранец?
Мой брат только смеется.
— Он какой-то странный гребаный альбинос, но он крутой сукин сын. Лучше не связывайся с ним. Я представлю вас позже.
Здорово. Я с трудом могу дождаться.
Один из мотоциклов начинает брызгать слюной из-за нехватки топлива, поэтому все мотоциклы заезжают на парковку старого сетевого отеля. У меня возникает странное предчувствие, потому что заведение выглядит относительно чистым и опрятным, а на двери висит картонная табличка с надписью «Посторонним вход воспрещен». Я подавляю свои возражения, когда несколько головорезов заходят в отель с пистолетами в руках. Что я могу сделать? Тоже получить пулю в голову?
К счастью, люди внутри — трое стариков, пожилая женщина и пара детей — сдают свой дом без боя. За ними, рыдающими, гонятся в ночи, и я должна ожесточить свое сердце против них. Они найдут защиту где-нибудь в другом месте. Я надеюсь. До следующего нападения дракона остается по меньшей мере день или около того.
Опять же, надеюсь.
Я сосредотачиваюсь на наблюдении за остальными участниками группы кочевников. Я не вижу много женщин в этой группе. На самом деле, я вижу только двоих, и обе вдвое старше меня и могли бы быть чьими-нибудь мамами, если бы не распутные топы, которые они носят, и то, как они висят на мужчинах. Все в порядке. Женщина должна обеспечивать свою безопасность любым возможным способом. Не осуждаю. Но это может быть опасно для меня, учитывая, что я единственная молодая женщина в группе. Может быть, тот факт, что я сестра Бойда, обезопасит меня.
Ха.
Я держу руку на поясе с ножами и с тоской думаю о своей бейсбольной бите, которую мне пришлось оставить. Эти головорезы выглядят как любая другая банда кочевников в загробном мире. Грязные, безжалостные и жестокие. Я не сомневаюсь, что они убивали и грабили на своем пути сюда, потому что я уже дюжину раз имела дело с такими, как они.
Чего я никак не могу понять, так это этого Азара.
Лидер большинства кочевников обычно самый свирепый из группы, самый кровожадный. Он будет первым, кто воспользуется своим пистолетом, и последним, кто уберет его. Поэтому я немного смущена, когда Азар остается в фургоне, в то время как остальные совершают налет на отель. Только когда место очищено, один из кочевников возвращается к фургону и стучит в заднее стекло, после чего он выходит.
И тогда я стараюсь не пялиться. Бойд сказал, что Азар был альбиносом. Может, так оно и есть, но в том, как он двигается, есть что-то слишком до жути знакомое. Я уже видела эти странные, плавные движения раньше, просто не знаю где. Он с головы до ног закутан в ткань, как какой-нибудь постапокалиптический герой, и на нем темные очки. Однако, несмотря на всю его странность, остальные относятся к нему почтительно, открывают дверь, чтобы он мог зайти внутрь, а затем бросаются за ним, как будто одобрение этого парня — это все, чего они хотят в своей жизни.
Такой странный.
Бойд подбегает ко мне и указывает на отель.
— Пойдем, мы останемся здесь на некоторое время. Похоже, довольно милое местечко. Прекрасно укомплектованная кладовая с продуктами и всем прочим.
— Супер. — Я стараюсь казаться более восторженной, чем есть на самом деле. — Итак… что это за парень Азар?
Бойд только ухмыляется.
— Ты скоро сама увидишь. Перестань спрашивать.
Конечно. Я перестану задавать вопросы, как только получу кое-какие ответы.
Внутри у меня есть своя комната. Я полагаю, это плюс. Она рядом с комнатой Бойда, но там есть замок и засов, а внутри есть стул, который я могу подсунуть под дверную ручку, чтобы убедиться, что никто не сможет войти. Мне уже не нравится, как некоторые парни на меня пялятся, будто я в их вкусе. Никто не застанет меня врасплох в темном углу. Я не такая дура. «После» давным-давно выбило это из меня.