Облепиха для мажора (СИ)

Они недовольно смотрят на меня, а потом – на него. Снова на меня, а потом растерянно на него, потому что он молчит. А вот голубые глаза потемнели. И уже далеко не с интересом взирают на меня.
На секунду я даже подумала, чтобы извиниться и уйти. И все вопросы решить завтра на свежую голову. Но – только на секунду. Потому что он снова осмотрел меня, как игрушку, которую ему упаковали так, как он захотел.
  
- Ну, ладно, дамы. Оставайтесь. У меня настроение испортилось.
И я ставлю ногу на невысокий выступ у стены.
- Ой, колготы порвались. Какой некачественный товар подсунули. Прислали сегодня с платьем.
Слышу, как за столом захихикали женщины, а мужчины стали покашливать. Я развернулась. В дверях мой водитель с ужасом следил за происходящим.
Я улыбнулась и помахала ему. И демонстративно поправила застёжку на своих туфлях. Медленно повернула голову в его сторону. И наши взгляды столкнулись. Да, именно столкнулись. Я думаю, что даже эти девушки почувствовали, как между нами посыпались искры.
Он убрал руки с их плеч и положил их на стол. Сверкнула запонка дорогим светом, и я невольно поёжилась. И вновь меня посетила мысль, что надо немедленно вернуться домой. Я думаю, что даже водитель с этим будет согласен.
И вдруг он заговорил. Заговорил, медленно, делано и фальшиво выговаривая слова.
- Я, помнится, дал денег на туфли. Нищебродам здесь не место.
- Я тоже так думаю. С ними мне не по пути, - открываю сумочку и достаю пухлый конверт.
Он смотрит на мои руки. И ждёт. Ждёт моих действий, и потому молчит. А я достаю одну купюру, потом вторую. Краем глаза замечаю интерес в глазах у девочек.
- Девочки, берите, а то вдруг Максик сегодня не расщедрится на вас. Берите, берите, - раздаю им деньги.
Потом достаю все оставшиеся купюры и… Пуляю их ему в лицо. Конечно, сильного удара не получается. А жаль, что это не кирпичи. Но, сначала красиво взлетев в воздухе, они также красиво и не спеша стали приземляться на стол, на рядом сидящих, в салаты и тарелки.
- Платье пришлю по почте, - разворачиваюсь и ухожу.
А в памяти остаётся разъярённое лицо. Сделав несколько быстрых шагов, слышу за спиной рёв:
- Охрана, ко мне в кабинет её.
  
Глава 7
 
Я решила не сопротивляться. Гордо проследовала в кабинет Быстрова за двумя плечистыми и высокими парнями. Следует отметить, вели они себя со мной весьма и весьма сносно. Пройдёмте, присядьте, чай, кофе, кондиционер включить - и всё в таком духе. И я смогла взять себя в руки, чтобы перестать дрожать у них на виду.
- Валерия Михайловна, ждите. Максим Леонидович скоро подойдёт.
Хм… Ладно, подождём.
- Слушайте, а откуда знаете, как меня зовут?
- Насчёт вас всем ещё днём были даны соответствующие указания. Но, вы повели себя не совсем красиво, скажем так.
- Откуда вам это известно, что красиво и что нет? Может, имелись на то причины?
- Максим Леонидович очень хороший начальник. Достойно всегда оплачивает труд. Да, любит полное подчинение, но щедро вознаграждает за отличную работу со своей стороны.
Значит, это они считают отличной работой. Продолжим.
- И вы готовы сделать всё, что он скажет?
- В принципе, да.
- И человека украсть?
- Валерия Михайловна, вы здесь сильно преувеличиваете.
Злость заново у меня вскипела с новой силой, что я забыла, где нахожусь, и что мне может угрожать. Забыла, что сюда проследовала гордо, но с дрожащими коленками и трясущимися руками.
- Да что вы такое говорите. Сейчас меня силой никто не удерживает? Правда?
- А вы сами разве не считаете хулиганским поступком то, как себя вели в зале с гостями?
- Нее-а, совсем не считаю, - я уселась поудобнее на диване и закинула ногу на ногу.
- Максим Леонидович мог вызвать и полицию. И показать записи с камер видеонаблюдения.
- И что? Нужно быть полной дурой, чтобы поверить, что человеку может что-то грозить от органов за то, что он раскидывался деньгами.
- Вы нарушили общественный порядок, - млин, какой упёртый этот собеседник.
Он что, их выдрессировал. Второй вообще ни слова не проронил. Скорее всего, в подчинении у первого. Тут, похоже, у всех строгая иерархия в отношениях. Только вот утрешние горе-курьеры никуда не вписываются. Специфические посыльные.
- Общественный порядок нарушил ваш любимый начальник, когда стал мне угрожать. И прислал ко мне двух мычащих быков…
- Отдыхайте, Валерия Михайловна. Простите, но велено вас закрыть, - он не посчитал достойным продолжить со мной беседу.
-Валяйте!
Да, узнать толком ничего не удалось. Сейчас вступать в битву рано. Только все силы растеряю. И всё равно с этими двумя амбалами-фанатиками не справлюсь.
Пока им платят хорошие деньги, будут верными псами. Посыпят корм в другом месте, как куры, переметнутся. И говорила я им это всё зря. А, может, и не зря. Если никогда не высказывать своих претензий, то люди и не поймут, что иногда поступают не так, не по законам жизни.
Значит, это его кабинет. Интересно, а чем он ещё занимается, кроме международных презентаций. Да и презентация эта была так себе, больше для своих. И для чего ему диплом? Зачем окучивает факультет международных отношений? В политику что ли собрался идти.
По слухам, этот центр с гостиничным комплексом и рестораном принадлежит Быстрову. И ещё один известный выставочный центр, оформленный в стиле лофт - скорее всего, тоже в его собственности. Или у его папаши, не зря девчонки с газеты меня предупреждали. Там, к слову, проводятся закрытые показы флагманских моделей автомобилей.
Стол как стол. Ничего оригинального. Стеллажи, журналы. Так, что читаем? «Великая шахматная доска» - неожиданно. Наверно, для красоты положил, чтобы девок своих удивлять. «Конец истории и последний человек» - ему что, подборку составил на книжной ярмарке личный имиджмейкер?
«Столкновение цивилизаций» - ага, будет сегодня мне, что вечером почитать. Так, в сумочку не влезет. А вот пакетик есть, предусмотрительно положила перед выходом. Сумку планирую сегодня ему отдать. У него всё равно на полках зря книги пылятся, так пусть люди другие прочтут.
Так, дальше – экономика, английский, немецкий. Ну, конечно, он же здесь контракты подписывает. Пусть партнёры любуются такой красотой. Только странно, а где дорогие ручки и подставки. Спрятал в стол?
Подёргала ручки стола. Ага, закрыто. Вернулась к дивану, посмотрела в окно – третий этаж, не сиганёшь. Да, у меня был шанс, пока по лестнице поднималась. Или, когда из зала выходила?  Впрочем, для этих людей – это просто новое шоу. Никто бы и не вступился за меня.
На всякий случай подёргала за ручку дверь. И меня стало потихоньку накрывать. Долго что-то не идёт мажор. Понятно, что специально не идёт, или придумывает мне казнь. Если взять себя в руки и хорошо подумать, то, что он сможет мне сделать? Человек он известный, не думаю, что захочет поскандалить.
Ха! Я сегодня уже устроила ему маленький скандальчик. Позеленел весь, видать, до этого никто не перечил ему. А крик – это просьба о помощи, по-другому он не умеет справляться. До этого все ему подчинялись. За деньги.
Как не успокаивала я себя, всё равно нервно подпрыгнула на диване, когда в двери услышала поворот ключа. Дверь распахнулась и я увидела ещё больше взъерошенного Быстрова. Мрачно окинув взглядом кабинет, а потом меня, он громко простучал по паркету своими мажонскими туфлями и небрежно обронил:
- Подвинься.
Я молча отсела на край дивана и отвернулась к окну.
- Ты понимаешь, что ты сегодня сделала? – его голос уже сразу взял повышенные тона.
  
- А ты понимаешь?
- Что я? Повернись, когда с тобой говорят.
Я не стала будить в нём ещё большего зверя и повернула голову в его сторону. И сразу наткнулась на просто разъяренный взгляд. Боковым зрением заметила, как сжимаются у него кулаки. Кадык, не переставая нервно шевелится, как будто у него в горле что-то застряло и не проходит. Видно, слюни подобрал, когда обломала, а проглотить не может. От пришедшей мысли невольно улыбнулась.