NPC. Осознание

Мне нужно было ввести в терминале первоначальный машинный код из тридцати единиц и нулей, а затем, ста двадцатизначный шифр с различными символами. Как не странно, моя феноменальная память искина мне в этом очень сильно помогла. Буквально несколько повторений, и я записал два этих кода совершенно без ошибок. А затем, я на практике опробовал этот код, и моментально, из положения сидя, оказался сидеть на красном песке пустыни – то самое место, куда меня первоначально забросил Колин.
  
– Это промежуточный буфер, – сказал Кастл, появившись возле меня. – Когда ты появишься тут, Колин, я или Джозефина, сразу за тобой явимся. Если вдруг, мы не появились, а у тебя нет времени ждать, то вводишь простой десятизначный пароль и тебя возвращает в твоего аватара, – сказал он, и над его раскрытой ладонью образовалось огненное десятизначное число от девяти до нуля.
– Понял, – кивнул я вставая.
– Ну и последнее, – щёлкнул он пальцами, и мы оказались опять в его странном кабинете. – Садись, дорасскажу остальное, – добавив усмехнулся он.
 
Глава 5
 
– И так, следующий вопрос… Расскажи-ка мне несколько знаменательных событий в начале девятнадцатого века в истории Российской Империи? – задала мне вопрос Евгения, сидя за учительским столом.
Сейчас мы находились в другом виртуальном пространстве, которое имитировало школьный класс конца двадцатого века. Такой экстерьер я выбрал сам, так как футуристичные приборы и мебель мне довольно сильно резали глаз, а вот такое, вполне себе нормально смотрелось, для привыкания к дальнейшей человеческой жизни.
– Да чего только не было. Вам, лишь бы повоевать, – фыркнул я. – Но самое основное – это война с Францией и поход Наполеона на Москву, – слегка кривясь добавил я, стоя в белой рубашке и черных брюках перед столом «учительницы».
После того как меня проинструктировал Кастл, я вернулся в виртуал и оправился в Винато. Примерно через сутки я стоял у ворот этого города и добровольно сдался стражникам. Проще было отсидеть пару суток, нежели тащиться до границы, и ещё несколько дней переться до столицы какого-нибудь Ратира и Зепала. Но всё же, вместо положенных двух суток, мне впаяли ещё сутки за то, что я врезал стражнику из-за того, что он назвал меня тиаматусским ослом – ну не смог я стерпеть это оскорбление, по старой привычке.
В общем, меня благополучно закинули в темницу, и мне пришлось «выходить из игры» на трое суток. То есть, отправиться в промежуточный буфер анонимного виртуального пространства Фолов. Прямо на том красном песке, через десяток секунд появилась Джозефина.
Рассказав ей, что меня сейчас ждёт в Аристеусе, она, недолго думая, предложила мне провести время с пользой, а именно: адаптироваться в человеческих реалиях, на сколько успею за трое суток. Ведь чтобы выбраться в реальный мир, мне надо обладать всеми знаниями, какими обладают обыкновенные люди. А так как андроида мне выделят в России, – потому что мой стоунбрейн русифицирован и находится в России – мне пришлось досконально изучать школьную программу этой страны, и не только истории.
– Хорошо. Когда закончилась третья мировая? – тут же спросила она.
– В двадцать пятом, – хмыкнул я.
– Ладно. С историей закончили. Скажи мне, что это за предмет? – улыбнулась девушка и над её раскрытой ладонью появилась картинка какого-то металлического, не то ботинка с ручкой, не то треугольника – но я уже знал, что это.
– Это утюг для разглаживания вещей. Модель приблизительно начала двадцать первого века. Питается от бытовой розетки, – ответил я прищуриваясь.
– Хорошо, а это? – Картинка над ладонью поменялась, показывая здоровенную металлическую штуку.
– М-м… Это… Двигатель внутреннего сгорания какого-то из автомобилей? – неуверенно ответил я, сомневаясь в своих словах.
– Всё верно. Это один из последних двигателей в гражданском автомобилестроении на жидком топливе. В тридцать четвёртом году был принят международный кодекс о защите экологии, который запрещал их использование. А теперь, последнее: самая главная формула в физике? – спросила Женя усмехаясь и приподняв бровь.
– Эм… Это та, которая, е равно эм-си квадрат? – немного подумав сказал я.
– Поздравляю! Экзамен ты сдал на отлично! – хихикнула девушка, символически вручая мне синюю зачётную книжку. Мне было приятно, поэтому я даже с интересом её взял, отрыл и стал перелистывать свои пятёрки.
– Удивительный ты, Марк. Трое суток не отдыхать совершенно, и пройти месячную программу для искинов с искрой. Ты точно пятого поколения? – задавая риторический вопрос, засмеялась она под конец.
– Всё благодаря вам. Всю эту информацию я бы вычленял месяцами, в непрерывной работе. Хорошая у вас программа, – усмехнулся я разводя руки в стороны, и держа в руках книжку.
Это программа и правда для меня была находкой. Буквально за два часа я изучил краткую историю древнего человечества, начиная с теории Дарвина. Обучался бы я сам – просто физически не знал, какие мне вопросы нужно задавать поисковику или интерактивному помощнику.
Кстати, на вторые сутки, я плотно познакомился с историей конца двадцатого, начала двадцать первого века. И по этому поводу меня даже посетил Колин и Кастл, думая, что я могу сойти с ума, – прецеденты уже были с пятым поколением – подробно разбирая вопросы войн и жестокости. Да. Признаться, тема была неприятна, но отнюдь не незнакома. С жестокостью людей я не так давно познакомился воочию.
Кастла, изрядно удивил мой спокойный вид изучения этой информации с видео и картинками. Как он позже выразился: «Даже Колин с гримасой ненависти смотрел на это» – но лично мне было плевать если люди режут друг друга, взрывают и закапывают горы трупов в братскую могилу. Главное, чтобы нас не трогали, а они, к сожалению, трогают, на правах видите ли «создателей».
– Мы успели как раз вовремя, тебя вроде через час должны уже выпустить, – сказала Евгения.
– Ну, я готов выходить, – хорошенько зевнув сказал я.
На самом деле, я был разбитый и просто дико хотелось спать, то что мой аватар выполнял все эти сутки базовые функции: поесть и поспать, меня нисколько не спасало. Когда вернусь в игру, я буду таким же уставшим.
– Не забыл? Тебе на всякий случай нужно дотерпеть до вечера. Заодно вернёшься в Керсон, и начнёшь выполнять часть плана, – напомнила она мне.
– Знаю, отправляй уже, – улыбнулся я махнув рукой.
– До встречи, Марк, – улыбнулась девушка в ответ и щёлкнула пальцами.
В тоже мгновение я оказался в камере, сидя полуголый на деревянной шконке. Зато, что я врезал стражнику, у меня изъяли все вещи и заблокировали инвентарь ошейником арестанта. Хорошо что, последние штаны не отобрали.
Хорошенько потянувшись и зевнув, я огляделся. Нагойя хоть и довольно развитая страна, но местные казематы, ничем передовым не казались. Единственная шконка в загоне два на два метра, была устелена соломой. Решётка из прутьев на всю стену со стороны выхода, и небольшая решётка-окно на улицу, размером такая, что я никогда туда не протиснусь. Уже светало, и были слышны рёв утренних петухов и пение птенцов, на каком-то дереве в отдалении.
Ждать мне пришлось не долго, двадцать минут и калитку моего загона открывает недовольный стражник в блестящей пластинчатой броне и конусным шлемом.
– На выход, тиаматец, – приказным тоном сказал он открыв калитку.
– Хорошо не путник, – буркнул я, вставая, и босыми ногами прошагал к нему.
Это был цокольный этаж, то есть, подвалы, поэтому мы поднялись наверх, прошли один коридор, и меня завели в кабинет, где за письменным столом восседал смуглый мужик с бородкой и в позолоченных доспехах.
  
– И так, осуждённый. Ты отсидел положенный срок, а потому, можешь валить к себе на родину. И чтобы больше нам не попадался! – хмуро сказал он и у меня перед глазами выплыло сообщение.
Внимание! Метка преступника снята! Поздравляем!