Голос Древних (СИ)

Тысяча кандидатов, напротив каждого повис символ-квадрат. Скорее всего, это предпоследнее испытание: в тур-линию пройдёт сотня, в тур-точку десять игроков, и именно эти десять сильнейших попадут на Планету судьбы.
Под Фоксом развернулась плоская широкая панель, и на ней стали понемногу рождаться крошечные зёрнышки-существа. Эти «Мураши» роились вокруг маленьких муравейников, и с каждой секундой едва заметно прирастали в количестве. Муравейников было десять штук, все серые и похожие друг на друга, и они развивались совершенно одинаковым способом. Затем один из них разом поменял цвет и стал ярко-жёлтый. Фокс, не раздумывая, протянул руку к другому — который находился в нижнем углу, у самого края карты. Как только он коснулся муравейника, тот вместе со всеми мурашами стал синим.
Игроки один за другим осознавали, что участвуют в партии на десятерых, девять других твои соперники, и лишь один победитель выйдет в следующий тур. Муравейники каскадом окрасились в разные цвета, каждый игрок определил, за кого он играет — и внутри общего единства на тысячу разумов появилось мини-единство на десять врагов, играющих против друг друга.
Но карта была совершенно ровной и пустой, а разницы в развитии мурашей не наблюдалось. Значит, сразу понял Одиссей, мы сможем влиять не только на то, как развиваются наши подопечные — но и на то, каким станет сам ландшафт игрового мира.
Он коснулся пустого места на панели, и снизу возникла полоса, на которой лежали: горка твёрдых ребристых ромбиков, горка мягких пушистых зверушек, блестящие самородки, углубление, полное отдельных прозрачных капель, словно застывших слёз, целая заросль маленьких круглых кустов — и, наконец, аккуратные светящиеся энергоблоки. Ресурсы.
Каждого ресурса было ровно по тысяче, человеческие цифры светились рядом специально для Фокса. Он ткнул в капли и провёл пальцем по пустой карте недалеко от синего муравейника — и там появился водоём, вытянутое озеро, а количество слёз в его ресурсах уменьшилось вдвое. Не теряя ни секунды, Одиссей выбрал ромбики и потратил почти все их, чтобы воздвигнуть скалы, откусывая себе максимально возможный кусок карты и отгораживаясь от всех противников, защищаясь горами и уменьшая соперникам территорию для будущего развития. Свои свободные территории он обеими ладонями за секунду заполонил лесом, и ресурсы-кусты закончились.
Фокс был первым, кто догадался всё это сделать, но остальные увидели изменения на карте и тоже начали стремительно делить её с помощью гор, рек и лесов. Только двое замешкались, и сразу сало ясно, что плохой старт в этой игре — почти гарантированный смертный приговор.
Одиссей, не теряя ни секунды, разместил на своих территориях стада пушистых зверей (источник пропитания) и равномерно понатыкал залежи кристаллов, но не все, пару оставил на всякий случай. Мерцающие энергоблоки, похоже, были самым ценным ресурсом игры, но пока не ясно, для чего.
Крохи из синего муравейника моментально отреагировали на все изменения: они потянулись к воде, к лесам, к пушистым существам, и стали стремительно добывать все ресурсы. За десять секунд база разрослась вдвое, число крох увеличивалось на глазах. Среди них появились более крупные мураши, составленные из двух зёрен и даже трёх. Составная форма жизни с блочным функционалом, интересно.
Фокс заметил, что мураши не добывают кристаллы; подумав секунду, он выбрал энергоблоки и затем коснулся своей базы. Угадал: открылось окно возможностей развития. По символам, адаптированным к восприятию человека, всё было чётко и ясно: вот иконка «изучить технологию добычи» (моментальный тык туда), вот «улучшенная охота» (тык, стоит в очереди), вот изучение оружия для атаки, улучшение защиты — и так далее, и тому подобное. Древо технологий тянулось в разные стороны, успевай осмыслять и выбирать. Но тысячи энергоблоков хватало только на изучение первых семи-восьми технологий. Надо понять, где брать энергию потом.
В центре карты уже рубились друг с другом: мураши разных цветов пересекались и начинали войну на истребление. Одиссей покачал головой, ведь он был первым, кто догадался о сути игры и отхватил себе лучшую территорию, сделал удачный ландшафт и начал развитие раньше остальных… но как минимум половина игроков уже опережали его в мелких улучшениях и контроле. Их воины уже владели доспехами и метательным оружием, на базах строились укрепления. Потому что многие игроки анализировали ситуацию, принимали решения и отдавали приказы заметно быстрее, чем Фокс. А ведь он был умный и опытный человек, просто его старомодный мозг без апгрейдов начинал проигрывать гонку.
 
Главное, что он заметил: уничтожая вражеских существ и разрушая их строения, захватывая их территорию, победитель получал небольшие порции энергоблоков, нужных для технологического развития. Порции были маленькими, чтобы не привести к лавинообразному росту силы игрока, которому довелось победить в одной стычке в одном месте карты. Но энергия медленно копилась, и победы были единственным способом добыть самый ценный ресурс.
Это было сколь логично, столь же и безжалостно. Война на уничтожение в реальном времени, где истребление твоего народа означает твою смерть в игре.
Следующие минуты слились в нарастающий калейдоскоп, шею и спину медленно охватывала пульсирующая боль. Секунды убегали в лихорадочном управлении стремительно растущей армией и усложнявшимся арсеналом возможностей и элементов. Чем сложнее становилась игра, тем больше Одиссей не успевал за тройкой сильнейших игроков: Красный, Оранжевый и Жёлтый. Желтый уже почти уничтожил Зелёного, когда Одиссей только начал столкновения с Пурпурным.
Первые минуты Фокса и его маленький народ держало в лидерах и в безопасности то, как быстро и правильно он понял сущность игры и распорядился своими ресурсами, чтобы отгородиться от ранних угроз и забрать себе максимум пространства и ландшафта. Выставленные племена зверей сами собой размножались по широким лесам, и это, независимо от действий Одиссея, создало богатую ресурсами живую среду для его мурашей. Рано выставленные месторождения, оказывается, тоже со временем «дозревали», добытые самородки начинали попадаться крупнее и ценнее. Мураши Фокса питались до отвала, и потому среди его народа часто рождались «гиганты»: существа из трех-четырёх зёрен — они были явно сильнее и способнее мелкотни.
Синие горы поначалу стали почти непреодолимым препятствием и защищали народ Фокса и его территории от посягательств; не всем из остальных игроков удалось отгородиться горами, потому что самые быстрые и агрессивные соперники предусмотрительно по карте протянули длинные реки. Горы поверх них уже не ставились — и это позволило агрессорам в скором ближайшем будущем проникнуть на территорию противника вплавь. Поэтому стычки в центре карты начались раньше, чем по краям. Там и конкуренция за ресурсы была выше, в связи с большей плотностью соперников — именно поэтому Фокс сразу выбрал себе закрытый угол карты.
Но горы не гарантировали защиту надолго: уже на четвёртой минуте игры Жёлтый игрок открыл технологию переработки горных блоков, получая при этом серую пыль, новый строительный ресурс. В итоге он смог и улучшить инфраструктуру, и добираться до территорий врага через вырытые каньоны, оккупировать их залежи кристаллов, увеличивая свой общий доход.
На карте игры одновременно происходило множество событий. Кто-то пытался защищаться и ушёл в глухую оборону, изучив соответствующие технологии, которые понемногу увеличивали ресурсы внутри закрытого анклава — но довольно медленно. Кто-то пошёл агрессивной стратегией, но не рассчитал силы и проиграл: уже практически вылетели Зелёный и Коричневый, их базы уменьшились до начальных, а от земель остались считанные клочки. Кто-то использовал агрессию идеально и развивался быстрее остальных, это как раз были те самые Желтый, Оранжевый и Красный. Одиссей шёл вслед за ними, потому что его никто не трогал и у него был самый лучший старт. Но он не зарабатывал энергоблоки, и когда стартовые закончились, это остановило его технологический прогресс.