Голос Древних (СИ)
«Мы — сотая часть галактики, и ещё никогда не собиралось такого огромного воинства. Мы легион и нас настолько много, чтобы мы непобедимы. Вы думали, что проиграли? А вот и нет. Трачу награду Древних на то, чтобы удача и судьба помогали каждому из нас! Провозглашаю тайное, ну, не особо тайное общество — Легион Игроков Судьбы. Мы будем узнавать друг друга по секретному, ну, не особо секретному ключу — и помогать собратьям из легиона, когда им требуется помощь. Помогать не в преступлениях, а спасать от бед. Когда ты можешь помочь, помоги одному из ЛИС, а когда тебе нужна помощь, спроси о ней. Кто согласен, повторите ключ!»
И невероятное количество существ по всей галактике одновременно прошептали:
— За бесконечностью… мы.
Одиссей уходил с Планеты судьбы и не знал, что истинной целью этого мира было не сохранить технологии. А передать знание, которое неизмеримо важнее.
Целью игр всегда было найти достойного и рассказать ему историю Древних, Старших и небытия. Историю хрупкой и одинокой жизни, прорастающей вопреки пустоте; историю отчаянных попыток, полных надежды, преодолеть предел, изменить законы вселенной — и создать мир обетованный для всех. Историю о том, что все попытки обречены на провал, но всё же, даже перед стирающей неотвратимостью бесконечного ничто, разумные сумели добиться немалого успеха.
Эта история, в своей огромной сумме сущностей — и надежде, превосходящей эту сумму, поражала того, кто решил не прятаться от неё, не отмахнуться и не остаться равнодушным. Но все предыдущие победители игр отступали перед ней. Они прятались от ужаса в забвении и использовали мощь Древних на свои надежды и мечты. Поэтому Мир Ноль давал им обещанную силу, но безжалостно стирал всё, что они пережили здесь, отматывая победителей и участников назад во времени.
Великая история была рассказана и услышана только однажды — сегодня. Тем, кто не только преодолел все испытания, победил врагов и друзей, но и оказался готов отдать всё ради этого знания. Лишь такой человек мог получить истину и сохранить её.
Одиссей уходил с Планеты судьбы и не видел, как схлопываются каскады измерений, рушатся и стираются в пыль миллиарднолетние столпы и конструкции, стираются призраки ушедших эпох и глубочайшие знания, помноженные на сложнейшие системы контроля. Как исчезают драгоценные технологии чудес, ибо дело никогда не было в них. Мир Ноль переставал существовать у человека за спиной, потому что он сделал своё дело, исполнил свою цель.
История Древних была наконец-то рассказана.
Эпилог
— Капитан, мы с переменным успехом! — на панорамном экране рубки появилось довольное и слегка смущённое лицо Фазиля, Бекки бесцеремонно выглядывала у бухгалтера из-за спины, а сзади темнел бронированный живот и бок ящерна, который занимал весь фон. — Начну с минусов: схрон Трайбера, на который мы возлагали столько инвестиционных и операционных надежд, потерян. Увы, он был разграблен, пока вождь находился в тюрьме. Хотя Трайбер уверен, что мы можем выследить похитителей.
— Он может! — буркнул ящерн, не опускаясь до того, чтобы влезть мордой в кадр. — Он же детектив.
— Зато пара выгодных плюсов: во-первых, я вывел в резерв половину ваших средств, как мы и договаривались, и получил отсрочку по кредиту; указанные деньги вложил в малоизвестную систему ГорМинДобль-2, и сегодня мы удалённо купили там маленький астероидный завод. Так вышло, что неожиданные инвестиции извне всколыхнули этот замкнутый рынок и привлекли внимание местных воротил. Они почему-то решили, что мы покупаем завод из-за скрытых параметров, и нашли на недавно оформленных в заводскую собственность астероидах какие-то ценные ресурсы. На нас практически тут же надавили с помощью криминальных кругов и силовых структур этой системы, вынуждая продать только что приобретённую собственность. Но мы успешно использовали Трайбера для переговоров, Бекки для общения с брокерами, а также подключились к патентной защите Гильдии Минералодобытчиков двенадцатого сектора и получили гарантию…
Фазиль тараторил с примерно второй космической скоростью, его распирало от новостей, и Одиссей мог лишь смотреть и слушать все эти важные, очень важные вещи, удивлённо приоткрыв рот.
—…В результате воротилы той системы согласились выкупить завод по утроенной цене плюс наши инвестиционные потери и организационные издержки, которые я формально преувеличил. В общем, немедленная прибыль составила 432 процента.
Фокс, едва успевший вернуться с судьбоносной экспедиции на ставший таким родным мусоровоз, не успел даже умыться и ощущал лишь выжженную решимость бороться с величайшим злом во вселенной (вернее, вне её) — но теперь против воли рассмеялся. Напряжение выходило из него, как пар из переполненного котла. Какая всё же странная и смешная штука жизнь.
— Хорошее начало для вашей инвестиционной деятельности, — сказал он, глядя на деятельную тройку с теплотой.
— А во-вторых, — торжествующе сообщил Фазиль, — Мы наконец позаботились о нашем стаде!
— Вы продали шикарисов?
— Лучше, — просиял Фазиль. — Мы сдали их в аренду.
Лицо человека отразило удивление, и бухгалтер поспешил объяснить:
— Выходной ценностью шикарисов являются не они сами, а шерсть их взрослых особей. Нодосенситивная, непроницаемая, лёгкая и прочная…
— Короче, шикарная, — хмыкнула Бекки.
— И мы дали желающим вложить средства в будущую прибыль от шерсти, а сами выполняем функции ухода и разведения. За абонентскую плату. С одной стороны, мы не получим возможных сверхприбылей от шерсти, с другой, мы почти ни за что не отвечаем и защищены от всех рисков потерь. Мне просто было нужно обеспечить стабильный приток операционных денежных средств на функционирование корабля и базовое снабжение команды, поэтому я применил виртуальное инвестирование низкой прибыльности, но высокой надёжности…
— Молодцы, — одобрил Фокс, глядя на то, как дверь в комнату Аны дрогнула, словно её приоткрыли и держали изнутри. — Вы уже возвращаетесь?
— Ещё одно срочное дело, — махнул хвостом Фазиль. — Встреча с брокером интересной потенциальной сделки, которая позволит надёжно вложить все вырученные средства…
— Тогда до связи.
Наступила тишина, дверь скрипнула, и девушка вышла из комнаты, бледная и напряжённая, глядя на него. Она явно помнила хоровод ярких моментов с Планеты судьбы и то, что они были там с Афиной и Фоксом. Но только обрывки. В остальном, это была Ана, представшая перед ним в самом начале этого безумного, безумного дня.
— Ана, мы победили в игре Древних! — сказал он прежде, чем она успела начать.
Волосы девушки вспыхнули рыжим, фиолетовым и голубым, глаза округлились. Столько противоречивых эмоций.
— Мы победили втроём: ты, Афина и я. А потом ты поверила в меня и пропустила в финал. И знаешь… ты не зря так сделала.
— Я ничего не помню, — слегка хрипло сказала принцесса. — Мне стёрло память.
— Хуже, тебя отмотало назад во времени. Но ты дала мне одну вещицу, — он расплёл карман свитера, вынул экскогнит и кинул Ане. — Посмотри запись прежде, чем принимать любые решения.
Она закрылась в комнате, раздираемая сомнениями и всё ещё считавшая, что ей нужно бежать от Одиссея и Афины, куда глаза глядят. Фокс принял экспресс-душ, сел за столом, пил крепкий кофе из Кружбана и ждал. Ведь он по-прежнему знал будущее и знал, что сегодня Ана не уйдет с «Мусорога». Правда, пока точно не ясно, почему, но…
Дверь рывком распахнулась и Ана выскочила в зал, её глаза сверкали, а волосы колебались от смущения к возбуждению и надежде.
— Это правда? — спросила она, сжимая экскогнит в кулачке. — Это не какой-то хитрый трюк?
— Ана Веллетри, — Одиссей встал и шагнул вперёд. — Зачем мне трюки⁈ Я уже трижды признался тебе в любви! Но первый раз ты была лишь оттиском из света Чернушки, второй раз оказалась Афиной, а третий раз тебя отмотало назад во времени!
— Как будто вселенная изо всех сил не хочет, чтобы это произошло, — покачала головой девушка, глядя на него со смесью поражённости и смеха.