Альпинист. Книга 2 (СИ)

— Долгий путь информация проделала, — улыбнулся я.
Но Генку это не смутило. Он продолжил:
— Алмасты — это на самом женщина. Ее эльбрусской девой называют. Безобразная вся, волосатая, с грудями чуть ли не до пояса отвисшими. Говорят, она похищает отбившихся альпинистов, утаскивает к себе в пещеру. Знаешь зачем?
— Чтобы съесть.
— А вот и нет! Думаешь, почему так долго ходит эта легенда про йети? Вот если бы он был один, то умер бы когда-нибудь. От старости или от болезни. Логично? Был бы когда-нибудь давно, ходил, ну увидели бы там его. А потом умер, и вместе с его смертью и легенда бы эта умерла. А не умирает. И знаешь почему? А потому что дева это насилует альпинистов мужчин.
— Думаешь, это вообще возможно? Ну чисто физиологически. Вряд ли у меня что-то там сработало бы по мужской части, чтобы процесс смог произойти, с учетом того, как ты описал деву эту эльбрусскую с грудями, отвисающими до самого пояса.
— А она гипнозом обладает! Морок наводит. Зыркнет глазами — а тебе и кажется, что перед тобой не чудовище, а красавица, каких не видывал.
— Да тебе то это откуда все известно⁈
— Говорю же, что Карим…
— Его отца эта дева похищала что ли, что он со знанием дела так про гипноз и прочие вещи рассказывает?
Генка не нашелся, что на это ответить и лишь пожал плечами.
Тема йети не отпускала. Я слышал, как Володька стал тихо обсуждать с Костей снежного человека, потом еще кто-то обмолвился про алмасты. Но когда стали подходить ближе к водопаду Девичьи Косы, то разговоры постепенно прекратились.
Водопад отмечал половину пути, которого мы прошли. Еще оставалось столько же, а дыхание у многих уже было сбито. Дышать и в самом деле стало трудновато. Однако виду или тем более жалоб никто не выказывал. Все понимали — сейчас за ними следят тщательней, чем на медосмотре.
Мы постояли некоторое время перевести дыхание. Потом вновь начали восхождение. Холод тут стоял собачий, а ветер продувал насквозь. Но до самого мороза еще было далеко. Молодов предупредил, что на Пике, где будет организован лагерь для первой ночевки, уже будет снег.
До Пика Терскол добрались к трем часам, уставшие и измотанные. Снег и в самом деле тут был и морозец пробрал. Но вымотанные. разгоряченные, холод нам был только в радость. Хотелось еще лечь и немного полежать, дать ногам отдых. Но Молодов не спешил давать отбой. Группа начала разбивать палатки, а тренер с упоением принялся читать лекцию.
— Запомните самое простое, но в то же время и самое сложное правило. Ночёвка альпиниста должна быть безопасной. Комфорт, полноценный сон, удобство, тепло — это тоже важно. Но не важнее безопасности. Уж лучше поспать стоя — а на высоте и так иногда приходится, — но в безопасности, чем в комфорте, но под, скажем, конусом выноса. Тогда точно вечным сном уснете, в комфорте и удобстве. А что подразумевает под собой безопасность?
Вопрос повис. Все задумались.
— Ну?
— Недосягаемость от лавин? — робко предложил вариант Генка.
— Верно, — кивнул Молодов. — Оцениваем окружающие склоны на предмет лавиноопасности. Вот прямо сейчас. Смотрим.
Все начали оглядываться.
— Вроде чисто, — пожал плечами Генка.
— Опять верно. Все чисто. Место тут хорошее, лавин точно не будет. Так. А еще что?
— Чтобы камнепада не было, — добавил Костя.
— Это тоже важно. Камнем по голове никому не охота получить. Так. Еще.
— Молнии! — Просиял Володька.
Кто-то с сарказмом хохотнул, но Молодов очень серьезно кивнул:
— Верно. Начнется гроза, лагерь может легко оказаться мишенью для молний. Ударит — мало не покажется. Избегать вершин, гребней, пиков. Если все же вынуждены ночевать там, то прячем все железо подальше — кошки, ледорубы, карабины и прочее. Они притягивают электрический разряд. Был случай у знакомой группы в шестьдесят третьем году. Пошли они на Казбек со стороны Дарьяльского ущелья. Да на трех тысячах их гроза застала. Остановились переждать. А один из группы взял по дурости ледорубом махать — мол, тучам грозить, чтобы ушли скорей. Зачем так делал непонятно. Пани говорили конечно потом, что он суеверный был. Видимо и тогда хотел магию применить. Раз махнул, два. А на третий его молния достала. В руку вошла, через все тело прошла и из ноги в землю вышла. Даже откачать не успели, мгновенно изжарился, упал уже мертвый.
 
История произвела впечатление на собравшихся. Кто-то даже глянул на небо — не видать ли там грозовых туч?
— Так, еще какие факторы есть, влияющие на безопасность? — как ни в чем не бывало продолжил Молодов.
— Ветер, — ответил я.
— Точно. Ветер выдувает тепло, засыпает палатки снегом. В этом мало приятного. Да и опасно. Ночью приходится вставать и обметать палатку, чтобы в сугроб не превратилась.
Молодов окинул всех взглядом, улыбнулся.
— Осмотрите теперь наш лагерь и скажите, все ли в нем соответствует безопасности?
Все стали оглядываться, морщить лбы.
— Вроде все соответствует, — ответил Володька.
— А вот и нет, — еще шире улыбнулся Молодов.
— А что же тогда не соответствует?
— Вы все сегодня на обед гороховую кашу ели. Ночью не забудьте хоть иногда проветривать палатки, а то задохнемся, до Пика не добравшись!
Грянул смех. Пошловатый юмор был сейчас в самый раз, разряжая обстановку.
— Сейчас, на этой высоте, будем ночевать в палатках, — добавил Молодов. — А выше, на другой точке, будем рыть снежные пещеры и ночевать там. И вот здесь без шуток — проверять вход нужно обязательное мероприятие. Если ночью завалит вход, то можно просто-напросто задохнуться.
Повисла пауза.
— Но если все сделать по уму, то все будет в полном порядке, — успокоил всех Молодов. — А если вдобавок к этим правилам безопасности еще и отказаться от гороховой каши, то чистый кислород вам обеспечен!
Вновь загоготали.
Мне же было не до смеха. Я пристально вглядывался на соседний склон. Там, меж острых скал и ледяных торосов, промелькнула какая-то тень. Была она далеко и проскользнула быстро, тут же спрятавшись за гребнем, поэтому толком рассмотреть я ее не успел. Может это была игра моего воображения, подписанная историями про алмасты и йети, но я практически был уверен, что тень принадлежала существу, ходящему на нижних конечностях.
Над головой взвыл ветер, словно бы подтверждая самые мои плохие предчувствия. А потом тень появилась вновь, на этот раз гораздо ближе.
  
Глава 5
 
Снег
 
— Андрей! Ты чего задумался?
Это был Генка. Я невольно оглянулся, увидел друга, идущего ко мне с двумя дымящимися кружками.
— Ты как будто привидение увидел. Понимаю, я тоже устал с подъема. Давай лучше чайку хлебнем. Молодов наконец дал команду отдыхать.
— Да погоди ты!.. — отмахнулся я, вновь оглянувшись.
Но тень исчезла.
— Ты видел это⁈ Видел⁈ — почти закричал я, даже привстав с места.
— Что видел? — не понял парень.
— Там, за скалой… тень…
— Какая тень? О чем ты?
Генка принялся всматриваться вдаль. Но, конечно же, там ничего уже не было, существо, словно растворилось в воздухе.
— Не вижу никого.
— Там тень была. Человеческая. А может быть и не совсем.
— Как это — не совсем? Ты что, йети видел⁈
Генка подсел ко мне, протянул кружку с чаем и едва я ее взял, схватил меня за запястье.
— Андрюха, рассказывай, что видел!
Меня охватило возбуждение. Я думал, что будут говорить безостановочно, но едва раскрыл рот, как понял — рассказать то особо и нечего. Кроме эмоций ничего толком и нет.
— Я оглянулся, а там промелькнуло что-то. Тень. Не рассмотрел, но общие детали… — я замолчал, пытаясь вспомнить образ. Образ расплывался и таял, словно сладкая вата в воде. — На нижних конечностях ходит.
— А морду? Морду видел?
— Нет, говорю же, быстро все произошло. В секунду просто. Я буквально краем глаза. Потом ты подошел, отвлек.
— Ну и хорошо, что отвлек, — кивнул Генка. — Практически спас! А если бы алмасты тебя гипнозом? И в нору утащил, чтобы того, род продолжить.