Альпинист. Книга 2 (СИ)
— Ну ты как скажешь! У него лапа огромная, как бы он тут ходил? Да и стал бы так изощренно заметать следы, подбрасывать кому-то что-то? Сожрал бы нас, и да всех делов.
— А с чего ты решил, что снежный человек — это какая-то тупая обезьяна?
— А разве нет?
— Ну, если его не смогли до сих пор поймать, то думаю, интеллект у него имеется, причем не среднего уровня — так ловко избегать охотников.
— Да не йети это! — возмутился Костя.
— Ладно, шучу я с йети. Но думаю, это кое-кто другой сделал. Из людей.
— И кто же?
— Молодов!
— Чего⁈ — протянули мы одновременно с Костей.
— Молодов, — совершенно спокойно ответил Володька. — Вспомните, что он говорил.
— А что он говорил?
— Какие виды подготовки нас тут ожидают?
— Физическая, техническая, медицинская… — напрягая память, стали перечислять мы, загибая пальцы.
— А еще?
Дальше уже вспомнить было трудно, хотя список был длинный.
— Да не томи ты! — не выдержал Костя. — Говори! Начал опять театрала тут включать!
— Психологическая! — с победным торжеством ответил Володька.
— И чего? — не понял Костя.
— А того. Психологическая подготовка нас ожидает, а психология — наука тонкая, туманная. Вон как сейчас, за окном. Молодов ведь сам эту заварку с сахаром к нам приволок. А потом, ночью, сам и испортил.
— Зачем⁈
— А чтобы посмотреть, как мы справимся с этим. Необычная ситуация, но вполне возможная в горах.
— Сомневаюсь я, что кто-то в горах сахар будет с дерьмом мешать. Если только от кислородного голодания крыша поедет.
— А с бензином смешается, который для розжига? — резонно заметил Володька. — Задача стояла простая: выявить слабые наши места, наши всякие там психологические слабости. Не знаю, как это правильно называется, но суть вы уловили.
— Уловили, — кивнул я, задумавшись.
Версия Володьки вдруг обрела вполне себе реальные грани и право на существование. А что? вполне себе неплохая тренировка, а заодно и способ для тренера посмотреть кто как поведет себя в такой необычно ситуации.
— Ну это как-то низко, что ли, — после паузы произнес Костя.
— А что, он тебя должен оберегать и по головке гладить? — ответил Володька. — Он — тренер. И как он достигнет своих результатов — это только ему решать. Он сам говорил, что игры закончились, настала пора серьезных дел. Вот и первое тебе испытание. Молодов и Андрюху проверил на устойчивость, и других тоже — на то, как они против своего товарища пойдут. И выводы соответствующие сделал.
— Ну… допустим, — нехотя ответил Костя. — И что теперь? Расскажем остальным?
— Не думаю, что это хорошая идея, — произнес я. — Предположение про Молодова — всего лишь версия. А что, если она ошибочная? Меня обвинил в том, чего я не делал, и ощущения это, скажу я вам, не самое приятное. Так что не будем обвинять кого-то, пока у нас не будет железных доказательств. Сейчас пошли на тренировку.
Мы вместе со всеми остальными вышли на улицу. Там было прохладно, даже холодно, поэтому разминку все принялись делась с особым усердием, разгоняя кровь. Молодов тоже был в наших рядах, так же, как и все занимаясь. А вот Кайрат Айдынович суетился вдали, у небольшого кирпичного домика, где стояло несколько человек, явно приезжих.
— Делегация, — произнес Молодов, увидев наши взгляды. — Те самые, которые примут решение кому проходить дальше.
Эта информация еще больше оживила ребят.
Я пригляделся к гостям. Их было трое. Один — коротыш, по которому сразу видно, что из кабинета входит крайне редко. Белое бледное лицо, похожий на вымя второй подбородок, толстые короткие пальцы, сжимающие на груди кожаный портфель. Лицо у него было красное, не привыкшее к морозам.
Второй — чуть выше, худой и жилистый, чем-то похожий на Кайрата Айдыновича, с таким же хитрым крысиным взглядом.
Третий — высокий, крепкий. Голова квадратная, челюсть квадратная и такой же квадратный ломаный нос. Под кустистыми бровями спрятались небесно-голубые почти детские глаза.
Троица была любопытная. Явно набор из разных ведомств.
— Вон каких кадров из партии прислали, — улыбнулся Молодов. — Все как на подбор.
Мы некоторое время смотрели, как Айдынович лебезит перед ними, улыбается, что-то учтиво отвечает. Только что чай не подает (а мог бы, особая заварка у нас уже имелась для него). Потом продолжили тренировки, уже не отвлекаясь на гостей.
— А маршрут какой будет? — спросил Генка. — Приют одиннадцати будет?
Приютом одиннадцати называли самую высокогорную гостиницу СССР, расположенную на юго-восточном склоне Эльбруса. Ее создал строитель первых отечественных дирижаблей, архитектор и альпинист Николай Попов. Визуально похожая на дирижабль, со скругленной крышей, чтобы противостоять мощным ветрам и штормам, она была мечтой всей нашей секции «Снежный барс». Еще бы, побывать в легендарном месте каждому охота!
— Будет, — ответил Молодов. — Имей терпение. Сначала — Пик Терскол. Немного отдыхаем — и топаем до ледовой базы. Там выше трех тысяч, поэтому ночевка. Весь следующий день — физнагрузка. Сидим на месте, отрабатываем работу на снегу — роем пещеры, работаем с вязким глубоким снегом. На третий день идем на Приют одиннадцати. Там продолжаем тренировки два дня. Отрабатываем работу на льду — движение на льду, страховку, бьем ступени и прочее. Потом группами идем на Седловину. Это пять тысяч, даже выше. Там тоже занятия. Потом — рывок на вершину. Итого цикл тренировок займет у нас неделю. Ну и смотрим на свое состояние — готов ли организм к высоте?
— Горная болезнь?
— Она самая.
— А когда подъем будет? — спросил Генка.
— Не знаю, — ответил Молодов.
— Ну вам же должны говорить.
— Смеешься? — угрюмо спросил тренер. — Кто мне чего должен? Айдынович мне должен?
— Ну хотя бы примерно.
— Видишь туман какой? — кивнул Молодов на гору. — Что ты там увидишь? Ничего. На первой же тысяче метров заплутаете и не туда зайдете. Отправлять сейчас людей на гору — это смертный приговор. На дай бог еще на трупосборник зарулите.
— Трупосборник?
— Название говорит само за себя, — угрюмо заметил тренер. — Так разминайся. Пока туман — можно не боятся.
— Молодов! — крикнул Кайрат Айдынович, отойдя от делегации. — Сюда! Живо!
Тренера аж передернуло. Он оглянулся, но идти не спешил. Айдынович, ругаясь, подошел сам.
— Чего стоишь?
— Не стою, — ответил Молодов. — Тренировку веду. Разминаемся.
— Это хорошо, что разминаетесь, — кивнул Кайрат Айдынович. — Это вам понадобиться. И весьма скоро.
— Что вы имеете ввиду? — насторожено спросил Молодов.
— А то, — фыркнул тот. — От делегации указание поступило.
— Какое?
— Прямо сейчас собирать группы и вперед — покорять вершину. Эльбрус ждет вас!
Глава 4
Терскол
— Да это же натуральное убийство! — только и смог вымолвить Молодов. — Кайрат, ты в своем уме⁈
— Хочешь поспорить с делегацией? — прошипел тот.
— Если надо — то поспорю. И объясню свою позицию, — тут же оживился Молодов. — Отправлять сейчас людей на гору, когда такой туман — это убийство. Нельзя этого допустить.
Тренер уже направился было к стоящим вдалеке высоким гостям, но Айдынович его перехватил.
— Куда ты собрался?
— Объясню им, что…
— Отставить! Приказы не обсуждаются. Велено собираться — значит нужно собираться, а не спорить. Понятно?
— Я не буду, — тихо произнес Молодов.
— Что не будешь?
— Не буду выполнять этот приказ.
— Ты понимаешь, что ты сейчас говоришь, и какие это может принести последствия для тебя?
— Понимаю, — кивнул Молодов.
Лицо его посерело, а сам он вдруг ссутулился, словно из него достали все кости.
— Понимаю, но выполнять приказа не буду. Лучше сяду за непослушание, чем за убийство нескольких десятков подростков.
Кайрат Айдынович едва не метал молнии. Неизвестно, что бы произошло дальше, если бы к ним не подошел один из делегатов — тот самый, с квадратной головой и голубыми глазами. Он явно заскучал и потому решил выяснить в чем заминка начала подъема.