Альпинист. Книга 2 (СИ)

— Именно так. Я же говорю — убийца в палатке и никуда не выходил, до тех пор, пока я не обнаружил Сергея…
Альпинист недобро глянул на ребят.
— А кто ночевал в палатке? — спросил Игорь Владленович, глядя на Молодова.
Тот наморщил лоб.
— Клим Костин, Артем Бурнов, Марина Орлова, Роман Костарев. Ну и сам Сергей Рудов. Хотя он должен был быть во второй палатке.
Молодов задумчиво посмотрел на меня.
— Вместо него ты должен был быть в первой палатке. Верно?
Следователь заинтересованно посмотрел на меня. Спросил:
— Это так?
— Да, — кивнул я.
— А почему ты ночевал во второй палатке?
— Понимаете… — начал я.
— Вы знали, что что-то произойдет? — перебил меня Игорь Владленович и прищурился хитро, пронзая взглядом насквозь.
— Что⁈ Нет! Я просто…
— Тогда как вы объясните то, что вы оказались в другой палатке, в нарушение правил?
— Никаких правил размещения по палаткам нет! — возразил я.
— Но и причин просто шастать из одной в другу тоже нет.
— Есть, — ответил я.
— Он был со мной, — сказала Леся, выступая вперед и заставляя некоторых удивиться.
О наших отношения с Лесей знали только Володька, Генка да Клим. Остальные не догадывались. Сейчас же все вскрылось. Многие понимающе заулыбались, и лишь Марина сомкнула губы в едва заметную ниточку и отвернулась.
— В каком это смысле? — осторожно поинтересовался Игорь Владленович.
— А есть еще какой-то смысл в сказанных мной словах? — холодно спросила Леся. — Мы хотели провести ночь вместе с Андреем. Вот он и поменялся с Рудовым.
— Интересно, — протянул Игорь Владленович, что-то записывая в блокнот. — К этому мы еще вернемся.
Потом повернулся к Молодову.
— Конфликты были в группе?
— Явных не было, — ответил тот.
— Что значит — явных? — тут же зацепился следователь. — А какие были?
— Да так, пустяк один, — поняв, что сказал лишнего, начал оправдываться Молодов.
— Какой? — с нажимом спросил Игорь Владленович. — Кто-то конфликтовал с Рудовым?
— Это был не конфликт, — попытался исправить ситуацию Молодов, но следователь был цепок как клещ.
— Нет, постойте. Вы сами это сказали, не я. Давайте не будем утаивать и юлить от ответа. Потому что это в конечном итоге может плохо закончится для вас.
— Мы подрались, — внезапно сказал Костарев, выйдя из толпы. — Мы с Рудовым подрались два дня назад. Вот и все.
Такое признание удивило следователя. Все тоже неприятно напряглись, понимая, что над Костаревым сейчас нависла грозовая туча.
— А из-за чего подрались? — осторожно спросил следователь.
— Пустяк. Не поделили веревку.
— И что же, из-за веревки ты его и убил? — в лоб спросил Игорь Владленович.
— Я его не убивал, — пытаясь сохранить самообладание, ответил Костарев.
Держать себя в руках ему было крайне сложно, буйный характер рвался наружу.
— А кто его тогда убил? Кому-то он еще дорогу перешел?
— Он никому дорогу не переходил, — произнес Костарев, вдруг напрягшись. — Мы просто поссорились. И тут же решили вопрос.
— Подрались?
— Да.
— И кто победил в схватке?
— Он, — после паузы хмуро ответил Костарев.
— Ну вот видишь. Вот и ответ на все вопросы. Тут тебе и мотив, и причины, и все, что угодно. Я уж думал долго будем тут торчать, а закончили еще до обеда, хех!
— Я его не убивал! — процедил сквозь зубы Роман.
— Ну это мы проверим, — даже не взглянув на парня, бросил следователь. И обратился к другого коллеге: — Установили, чей был ледоруб?
— По инвентарному номеру числиться на… — следователь достал бумажку, щурясь, прочитал: — Костарев Роман Павлович.
Игорь Владленович просиял.
— Ну, что я говорил? Роман Павлович, к вам множество вопросов появилось.
— Сначала ответьте на другие! — прорычал Костарев.
— Например?
— Например на такой: знал ли я про то, что он, — парень кивнул на меня, — поменялся местами с Рудневым? Я помогу вам, отвечу сразу: нет, я этого не знал!
— Роман Павлович, успокойтесь. Ну вы же взрослый уже человек. Неужели вы думаете, что я поверю в это? Даже если и не знали изначально, что мешало узнать потом? Вы в одной палатке ночевали, знали же с кем спать ложитесь.
 
— Не знал! — крикнул Костарев. — Отвернулся и сразу уснул, первым.
— Ну, это логично, — покивал головой Игорь Владленович.
— Что логично? — не понял Костарев.
— Что будете себя выгораживать. Послушайте, Роман Павлович. Мой совет. Сейчас не нужно на ходу выдумывать вот эти дешевые отмазки — знал, не знал, видел, не видел. Лучше вообще молчать. Потому что против фактов слова — ничто. А факты такие. Первое: вы были в конфликте с Рудовым. Второе: ночевали в одной палатке. И третий факт, самый, если можно так выразиться, бронебойный, хех! Я бы даже сказал сокрушающий. Ледоруб, которым убили Руднева, принадлежит вам. Куда еще? Полно фактов.
Игорь Владленович взглянул на красного Костарева.
— Да вы так не волнуйтесь, Роман Павлович. Никто вас сейчас арестовывать и сажать в тюрьму не будет.
Игорь Владленович глянул на Кайрата Айдыновича.
— Вы им еще не сказали?
— Скажу, — кивнул Кайрат Айдынович.
Но глянув на нас, лишь промолчал.
Вот это начало дня! Меня потрясывало. Внутри все переворачивалось и бунтовало. Как такое вообще возможно⁈ Убийство! Уму непостижимо!
Это дело рук врагов — пришла в голову мысль. Вектора, его людей и того, кого он подкупил. Это они хотели убить меня. А случайно отправили на тот свет неповинного парня. И ведь смогли кого-то подговорить из тех, кто был в палатке. Под подозрением самые близкие.
Горькая жгучая боль разлилась под сердцем. Но еще больней стало от осознания другого факта. Ведь это я попросил Сергея поменяться со мной местами. Значит тоже причастен к его смерти. Если бы не этот обмен, то парень был бы жив. А вот я…
За мной вели охоту. Меня и хотели убить, а вон как все вышло.
А еще этот момент с Костаревым. Неужели это он? Я пригляделся к парню. Меня одолевали сомнения. Я помнил наш последний с ним разговор, он был весьма откровенным. Едва ли он хотел ради удовлетворения ущемлённого в драке чувства собственного достоинства так поступить. Драка была спровоцирована больше от внутреннего напряжения, которое копилось в парне. Быстро вспыхнула и так же быстро погасла.
— Ты веришь, что это Костарев? — шёпотом спросил я у Володьки.
Тот пожал плечами. Сказал:
— Ерунда какая-то. Роман, конечно, тот еще гад, но чтобы Серегу вот так, ледорубом. Даже представить не могу. С другой стороны…
Володька задумался, и я понял, что он еще не ответил для себя на этот вопрос.
— Мне нужно сделать пару звонков, — сказал главный следователь и отправился в палатку Молодова.
Тренер направился было с ним, но тот покачал головой:
— Я один.
Мы остались ждать, молча поглядывая друг на друга.
— Подъем, значит, отменяем? — спросил Молодов у Кайрата Айдыновича.
И это было самым логичным. На высоте случилось чрезвычайное происшествие, требующее всестороннего расследования и изучения. Тут уж не до подвигов.
Но Кайрат Айдынович отреагировал внезапно бурно.
— Нет! — воскликнул он. — Отменять марш ни в коем случае нельзя!
— Почему? — удивился Молодов. — Вы что, еще не поняли, что тут произошло?
— Я прекрасно понял, что тут произошло, — злобно прошипел тот таким тоном, что все сразу притихли. — Это вы до конца еще не сообразили всю ситуацию. Газеты не читали?
— Да все как-то некогда было, — холодно заметил Молодов.
— Во всех передовицах уже ваши фотографии опубликованы, и старт дан маршу. Вся страна ждет, а ты говоришь отменить. Наверх доложили, что стартовал марш, верховному главнокомандующему сообщили. И он тоже ждет докладов обо всех этапах марша. Ты будешь докладывать партии, что отменяется все? Ты будешь на телевидении выступать и говорить, почему восхождение не состоялось на радость капиталистам других стран? Отмены старта марша нельзя допустить! Чтобы ни случилось!