Сказка о заветном месте (СИ)

На самой нижней лестнице сидели двое: светловолосый подросток, лет тринадцати, и такая же светленькая девочка, лет восьми. Брат и сестра. Оба в замызганных курточках и в бесформенных джинсах. Ну и кроссовки соответствующие – разваливающиеся.
- Опять, - обречённо ответил Диман. И покосился на Светлячка – то бишь Светика.
Детям не повезло с родителями. Соседи говорили, что почти с самого начала вселения в квартиру на втором этаже их мать и отец попросту спивались. Наташа подсчитала однажды: вселились они сюда шесть лет назад, когда Диману было семь, а его сестрёнке – еле-еле два-три. Если дети сидят в подъезде – уже знала она, живущая здесь два года, то дома у них не только родители, пьяные в дупель, но и их дружки-приятели. Ещё знала Наташа, Диман, быстро сдружившись со здешними, обычно бегал с дворовой командой пацанов, но как гулять с ребятами, да ещё вечером, если у него восьмилетняя забота на руках? Одну тоже не отпустишь на двор. Эта любительница дальних путешествий могла так увлечься прогулками, что потом её находили за две-три остановки от дома. Вот и сторожил её Диман.
- Зайдёте? – предложила-пригласила Наташа. 
Знакомство с малолетней парочкой у неё было на высшем уровне (она жила выше, чем они), так что не впервые ей предлагать им посидеть в её съёмной квартире.
Светик-Светлячок, заблестев глазёнками, ожидаемо сглотнула. Если Наташа предлагала зайти – чай обеспечивала с сытными бутербродами и булочками.
Диман снова покосился на сестрёнку и упрямо набычился. Тоже хочет есть, но не скажет ни за что. Считает себя взрослым и свою мальчишескую гордость имеет. 
- Нет, подождём, пока там… - и неопределённо махнул рукой.
Продолжить нетрудно: «Пока там не уйдут чужие». Там – это дома, естественно.
- Давно пришли? – подлаживаясь под его разговор, уточнила Наташа.
- Недавно.
Значит, сидеть им здесь… Наташа вздохнула и предложила другой вариант:
- Я сейчас с Шастей в сквер пойду. Хотите со мной погулять? Мороженого купим. Я сегодня аванс получила – праздную.
Светик немедленно пискнула на брата негодующее: 
- Пошли с Наташей! 
- Кому-то же надо меня охранять, - с деловитой усмешкой напомнила Наташа.
Диман драться умел – по-своему, конечно, по-мальчишески. Это раз. Два – в сквере скамьи частенько занимали компании с пивом, а то и с чем покрепче. Семейных посетителей сквера (например, одинокую маму с детьми) компании выпивох не трогали. Эти две особенности часто помогали Наташе сманить брата и сестрёнку на прогулку с Шастей, хоть она и не уповала на Диманову помощь в ЧП, а порой и страшилась, что та понадобится. 
- Мы подождём тебя здесь, - строго сказал Диман.
- Ага! – радостно пискнула Светик и добавила важно: - Сумочку мою не забудь!
И что-то Наташе не понравилось, что малышка постоянно и слегка сипло пищит. Не заболела ли девчушка?.. И сидят они на бетонной лестнице, между прочим, неизвестно сколько времени. Что значит только одно: бежать домой за Шастей и припасами на случай пикника в сквере надо весьма поспешно. «Как хорошо, что дома всегда стоит термос с горячим чаем! Можно будет прихватить его с собой, как и пирожки, купленные после работы, свежие!.. И они с мясом, сытные. Бутерброды тоже готовы – в холодильнике лежат, только в пакет сунуть… Может, тогда мороженого не надо будет им покупать? Мало ли… Вдруг Света и впрямь простыла?» - размышляла по дороге Наташа, уносясь в лифте на свой этаж.
…Диман рыцарски взял из рук Наташи хозяйственную сумку с продуктами и пледом, а Шастя благосклонно воспринял, что его поводок оказался в руках радостно попискивающей Светы. Не впервые же. Пару пачек кошачьего корма Наташа взяла и для него, так что предвкушала настоящий пир в сквере. Лишь бы успеть занять скамью.
Они вышли из дома – Диман искоса глянул на окна своей квартиры, и двинулись по дороге параллельно ему и до конца, после чего, обогнув торец, оказались на перекрёстке. Дождавшись зелёного света, пересекли дорогу и поспешили к скверу.
Сквер этот был длинный. Летом вытянутый почти по половине его длины бассейн наполнялся водой, в которой радостно визжали в жару не только дети, но и обычно солидно ведшие себя подростки. По сторонам бассейн окаймляли длинные клумбы и пешеходные дорожки, за которыми росли деревья, под своими кронами пряча множество асфальтированных дорожек и скамеек при них. Наташа и дети знали, что дальше от начала сквер заканчивался посадками голубых елей. Вот к ним-то и торопилась троица пожелавших отдохнуть на природе. Ели были старые, монументальные. Скамьи при них отличались тем, что на них не больно-то хотели садиться многочисленные к вечеру посетители сквера. Неуютно в этом углу: темно – даже в апрельский денёк, когда деревья ещё безлиственные и легко пропускают солнечный свет, а почки на ветвях только-только начинают проклёвываться. А тут – темень, поскольку ели высокие и густые.
 
- А мы на нашей скамейке будем? – щебетала Светик, то и дело нагибаясь погладить Шастю и трогая сумочку, длинный ремень которой перекинула через плечо. 
В сумочке хранились её любимые мягкие игрушки и желанные вещички для малышки, например: несколько книжек-самоделок с любимыми стихами, зеркальце, гигиеническая помада, маленькая расчёска-массажка, несколько ярких резинок для волос, пачка влажных салфеток, красивые носовые платочки и прочее. Дома девочка побаивалась оставлять Наташин подарок, так что хранился он всегда в квартире девушки.
- На нашей, - подтверждала Наташа, улыбаясь ей.
- А морожено-о? – с надеждой заглядывала ей в глаза девочка.
- И мороженое возьмём! – соглашалась девушка, довольно усмехаясь: термос с горячим чаем она всё-таки прихватила с собой.
Именно из-за последнего, что чай поможет, если что, спасая от простуды, они подошли первым делом к передвижному ящику с мороженым и напитками и выстояли небольшую очередь к заветной сладости. Что бы там себе ни думал Диман, но мороженого, особенно вафельного, набрали много: чтобы и по дороге к елям поесть в охотку, чтобы и потом (возможно, перед тем как пойти домой) им насладиться.
Когда отошли от ящика со сластями, Светик заволновалась.
- Наташа, а можно, я дам Шасте мороженого? Он так нюхает его! Наверное, ему тоже нравится!
- Нет. Шасте мороженого лучше не давать! – решительно объявила Наташа. – Он сегодня ничего не ел, кроме сухого корма. А я взяла для него пакетики с влажным. Вот и накормишь кота чуть позже кошачьим кормом. Ему сладкого нельзя.
- Жа-алко…
- Ну, так для него свой корм полезнее, чем мороженое, - утешила её Наташа.
Скамья, которая ждала их, предсказуемо оказалась пустой. Первым делом девушка усадила на неё Светика и быстро почистила ей лицо влажными салфетками: девочка измазалась, пока ела мороженое. Одновременно с пятнами мороженого Наташа очистила ей лицо полностью и, отпрянув, полюбовалась деянием своих рук. Девочка тихонько хихикала, постепенно преобразившись в проказливого, зато чистенького светловолосого и большеглазого ангелочка. Скептически понаблюдав за этой операцией, Диман пожал плечами: доев свою порцию мороженого, он взял из кучи грязных салфеток одну – на его взгляд, более или менее чистую, и утёрся ею, не дожидаясь замечаний девушки.
Первый этап пикника закончился. 
Наташа даже усмехнулась: «Не этап, а операция «Съесть мороженое!» Теперь новая операция – прогулка для кота! Но сначала – чай!» 
Светик с удовольствием выпила горячий чай из личной чашки с детским рисунком – тоже подарок Наташи. Затем девочка спрыгнула со скамьи, на которой сидела, не доставая ногами до земли, взялась за поводок и побежала следом за Шастей. Тот активно обнюхивал всё подряд, что найдёт под лапами, и заодно тащил свою временную хозяйку ближе к кустам.
- Как дела в школе, Дим? - спросила Наташа мальчишку, вместе с ним присматривая за Светиком.
- Нормально, - хмыкнул тот.
- Помнишь о нашем уговоре?
- Помню.
Уговор был таков: если с математикой будут проблемы, мальчишка бежит к Наташе, и она объясняет ему материал. Благодаря такому сотрудничеству, Диман в последнее время уверенно решал алгебру на твёрдую «четвёрку».