Гонконг. Почти что пенсия (СИ)

Кстати… Дили полезла в поисковик. Вскинув бровь, изучила результаты поиска. Мин числился директором по связям с общественностью одной из крупных гонконгских фармацевтических корпораций. И первой новостью, связанной с его компанией, был анонс сделки — еще одна немелкая контора, возглавляемая неким господином Ваном, сливалась с корпорацией Мина.
Дата сливания — через несколько дней.
* * *
— Представляешь, мы с папой открываем свою фирму на материке! — восхищено рассказывала дочь подруге. — К концу года это будет сеть из нескольких десятков вагончиков, общепит…
Джу воодушевленно слушала. А вообще, любопытно и наглядно — очень многое при подаче информации зависит от восприятия и как человек эту информацию доносит.
Можно презентовать так: отец ищет деньги на паушальный взнос и лизинг первого вагончика по франшизе. Фирмы пока нет, потому что у отца запрет регистрационных действий. А можно преподнести чуточку иначе, ровно так как сказала дочь. И оба утверждения будут верными, потому что именно этих результатов мы собираемся достичь. Максимализм, мышление победителя. Чем больше я узнавал ребёнка, тем больше она мне нравилась.
Немаловажную роль в утверждениях все же играло то, что отец на глазах превращался в такого, каким его лепила дочь в воображении. Вот и радости полные штаны.
— О! — отвлеклась она, когда мы зашли чуть глубже в парк. — Здесь обязательно нужно сделать пару фоток!
Я на всякий случай оглядываюсь — фонтан вот он, рукой подать, а парочка козлов бродит где-то неполалеку.
— Можете пока поговорить — дочь вытаскивает селфи-палку.
Джу смотри на меня с подозрением. Несмотря на то, что сейчас самое то для разговора, говорить не спешит. Что-то подсказывает, что Джу далеко не так проста, как кажется. Или хочет показаться. Ее стеснительность не то чтобы напускная, но… что «но», пока не могу объяснить.
— Вы так на меня смотрите, будто я заказал вам не тот сироп в кофе, — пытаюсь разрядить обстановку.
— Раф вкусный… — она делает глоток. — Господин Юн, я хочу сообщить вам, что идея конвертации валют прошла одобрение у совета директоров инвестиционной компании моего отца.
— Даже так? — удивляюсь резкой смене тональности разговора.
Вынести проект на презентацию архисложно, для этого недостаточно оформить идею — нужен подробный план. А мы обсуждали мысль меньше недели назад. И за это время Джу успела презентовать проект инвесторам? Лихо. Лишнее подтверждение, что она отнюдь не овечка.
— Рад, что смог помочь. Почему не позвала на презентацию? Помог бы, чем смог.
Джу задумывается и подозрительно щурится:
— Вы, видимо, просто не в курсе.
Понимаю, что тихо Джу говорит не просто так — приходится прислушиваться, а значит концентрировать внимание. Она достает мобильник и переводит в авиарежим. Зачем, не знаю, скорее всего, хочет полностью изолироваться от уведомлений.
Те приходят ей каждые несколько минут и сбивают с мысли.
— Просветите? — прошу.
— Секунду.
Смахивает блокировку экрана, заходит в галерею, и показывает мне скрины. В принципе там ничего нового, у меня отрицательный социальный рейтинг, будь он неладен. Но… теперь уже хмурюсь я, всматриваясь в экран.
Я, судя по скрину, убыл на тот свет. В смысле, числюсь умершим несколько дней назад.
Джу выключает телефон, смотрит на меня.
— Что скажете, господин Юн?
А что здесь ответить.
— Без меня меня похоронили, — пожимаю плечами.
Джу кивает в ответ.
Забавно, я, оказывается, умер… кому и для чего это надо? Принцип «нет человека — нет проблем» никто не отменял. Но как-то все сложно что ли.
Пытаюсь найти в новости что-то хорошее. Я числюсь умершим… не надо собственные долги оплачивать?
— Похоже на ошибку, — резюмирую.
— Надо разбираться, — соглашается Джу. — Я хотела пригласить вас на защиту, но когда узнала об отрицательном рейтинге, не стала рисковать, просто папа…
— Глава инвестиционной — корпорации твой отец?
— Да, — собеседникца краснеет. — Но это не дает мне привилегий.
 
— Ясно. Нехорошо вышло. Но я не думаю, что моя «смерть» хоть сколько нибудь расстроит ваши планы. Считай эту идею моим тебе посмертным завещанием. А так, если будут какие вопросы, всегда тебе помогу, чем смогу.
Джу все также настороженно на меня смотрит, как будто и вправду умер, а теперь воскрес. Однако слова не соответствуют взгляду:
— В бизнесе не бывает друзей или родственников, господин Юн, — вспоминает Джу, очевидно, слова папаши. — Но я могу предложить вам иной вариант участия.
Вопросительно поднимаю бровь, ожидая пояснений.
— Регистрация юридического лица за границей Китая.
— Я же мертв?
— Сведения не ушли никуда дальше реестра социального рейтинга.
— Хочешь предложить мне работу? Процент?
— Я хочу, чтобы вы помогли мне запустить бизнес и чтобы мой бизнес был защищён от вмешательств. Думаю, вы понимаете о чем я.
— Что взамен?
— Возможность покинуть эту страну, где вам не рады.
Неплохо. Обдумываю услышанное. Вот и вскрылась бедная овечка. Нет, здесь скорее волк в овечьей шкуре — мышление предпринимателя.
— Зачем вам эти сложности? — уточняю.
— Скажите, вы согласны или нет? — отрезает Джу.
Предложение неожиданное. Задуматься есть над чем, поспешные решения ни к чему.
С одной стороны, Джу акцентирует внимание на возможном выезде за границу. Время нынче неспокойное, опция может пригодиться очень даже.
С другой стороны, такая возможность — отнюдь не первостепенная потребность. Я не смогу бежать, имея больную жену, которой прописано дорогостоящее лечение.
Так что, куда важнее понять, смогу ли я заработать в этой схеме. Тут надо смотреть трезво.
Вариант напрашивается сам по себе. Если задействовать онлайн биржу для игры на курсе валют, можно неплохо заработать на разнице. В частности, таким образом можно прокрутить и займ, и дальнейшую прибыль.
— Согласен, — отвечаю на предложение.
Подруга дочери кивает, косится на зависшую у фонтана подружку и, не прощаясь, уходит.
* * *
Тиао не составила труда выследить Юна. Хотя, справедливости ради, тот не особо скрывался.
Разговор нельзя было откладывать, а значит, настало время выходить из режима ожидания.
Тиао сразу определила, что возле Юна трутся двое недотеп, явно проявляющих к нему интерес. Юн заказал такси к центральному городскому парку — эти двое поехали за ним.
Тиао тоже не отставала, села в автомобиль, домчала до парка, потом вышла, цокая каблуками. Короткая мини-юбка, топ, солнцезащитные очки. В таком виде она ходить не привыкла, но сегодня надо.
На входе Юна встречала дочь, ее Тиао узнала. Симпатичная девчонка. Юны зашли в парк, парочка следом.
Тиао не спешила, понаблюдала, дождалась, когда Юны пойдут в одну сторону, а преследователи в другую, и только затем зашла в парк. Встала в очередь к фургончику с кофе, чтобы никак не выделяться.
— Девушка, можно с вами познакомиться? — перед ней вырос блондин со стаканом кофе в руках.
— Может быть, позже, — с улыбкой уронила Тиао.
Блондин заулыбался, но отвалил. Тиао дождалась, когда ей сделают кофе, и пошла по той же тропинке, куда завернули преследователи. Села на свободную скамейку, закинув ногу на ногу. Отхлебнула из стаканчика и достала мобильник — Юн далеко не уйдет, на экране телефона отображалась его локация.
Геотрекер работал исправно, его Тиао прицепила на туфли Юна еще в спортзале. А вот этих двоих неплохо проконтролировать. Их присутствие не входило в планы и испортить свои планы она не позволит.
Пока же следовало самую малость подождать лучшей возможности для вступления в диалог.
Тиао поймала губами трубочку, вставленную в стаканчик, и продолжила наблюдать за парой тугодумов, не подозревавших, что из пастухов превратились в овец.
Два недоумка сидели на противоположной лавке. И если тот, что помельче, действительно занимался делом (наблюдал за объектом), то здоровяк потерял голову: то и дело оглядывался, пялясь на Тиао и облизывая губы.