Исцели мое сердце (СИ)

И Елизавета Андреевна улыбнулась в ответ, желая им долгую и крепкую дружбу на долгие годы. Девочки отлично провели время в Москве. Им было интересно и весело. Теперь они знали, что будут рассказывать одноклассникам, когда вернутся домой.
* * *
Этим вечером Белла собирала сумку для ежегодного похода с классом. Его организовывал классный руководитель, и родители из школьного комитета одобряли его затею. В прошлом году отец Джессики был одним из взрослых, кто сопровождал ребят, но в этом он не мог пойти, потому что помогал жене сидеть с младшей дочкой. Как и каждый раз, Уилл не хотел отпускать Беллу, но держать её взаперти не мог. Он понимал, что ей нужно общаться с одноклассниками. Они всегда рассказывали о проведённом лете у костра, играли в волейбол или вышибалы. О последней игре ребятам рассказал Дэниэль, когда приходил к Белле в школу. Им так понравилась она, что стала одной из любимых у класса.
— Ты мазь от комаров взяла? — спросил Уильям, наблюдая за ней.
Белла улыбнулась и кивнула. Несмотря на то, что погода днём оставалась жаркой, ночи были холодными. Поэтому, кроме шорт и футболок, девушка решила прихватить теплую кофту и джинсы.
— Пап, успокойся, ты меня спрашиваешь уже пятый раз, — произнесла Белла. — Женя, скажи ему, что со мной всё будет в порядке!
Уильям посмотрел на Евгению, ожидая, что она скажет. Она хотела что-то ответить, но сигнал мобильного телефона прервал её мысли. Женя отошла в сторону, а Белла и Уилл продолжили собирать сумку и спорить.
Малыш принёс тапочки, что заставило улыбнуться девочку. Сначала Белла хотела взять собаку с собой. Пёс бы точно не дал ребятам скучать, однако она была не уверена, что учителя это одобрят.
— Простите, — сказала Островская, вернувшись к ним. — На чем мы остановились? Ах да, Белла, твой папа просто беспокоится о тебе.
Белла вздохнула, а затем села на сумку, чтобы та не сильно выпирала. Буся подбежала к ней, и Белла взяла её на руки, прижимая к груди. Она любила эту собачку. Евгения улыбнулась, глядя на них. Всё-таки её любимица не ко всем пойдёт — только детей это не касалось. С ними Буся всегда была готова поиграть и не против того, чтобы ей погладили животик. В какой-то момент Белла и Буся долго смотрели друг другу в глаза, и, будто по щелчку, Браун-младшая что-то вспомнила. Она поставила собачку на пол, а сама кинулась к лестнице, крикнув на бегу, что забыла положить мистера Тедди.
— Кто тебе звонил? — спросил Уилл, заметив на лице Жени улыбку.
— Ник. У него намечается проект в Нью-Йорке. Он хочет встретиться. — Женя посмотрела на Уилла.
— Серьёзно? — спросил Браун.
— Ты же не будешь ревновать? Я помню, ты хотел познакомиться с моими друзьями.
— Да, — произнес Уилл, наклоняясь к ней за поцелуем. — Так, где вы встречаетесь?
— Я предложила встретиться в твоём кафе, — ответила Женя. — Ты не будешь против?
— Я буду только рад новым посетителям, — ответил Уильям.
Белла спустилась со стариной Тедди — её любимым плюшевым мишкой, которого дедушка подарил на пятилетие. Тедди был среднего размера и светлого окраса. Он имел маленькие добрые глазки и радостную улыбку. На шее игрушки был завязан бантик, который за десять лет не потерял своего цвета. Без него в детстве невозможно было уснуть, он охранял от кошмаров, что иногда снились Белле. А еще Тедди был мягким. Евгения улыбнулась, наблюдая, как она аккуратно положила своего друга в сумку. Тедди был талисманом Беллы, который повсюду ее сопровождал. Она брала его на соревнования, и он всегда приносил ей победу.
Уильям позвал девочек ужинать. Он приготовил картофельно-кремовый салат с беконом. А после Беллу отправили спать, так как ей предстояло рано вставать. Школьный автобус должен был прибыть в восемь утра.
* * *
Встреча с Ником была назначена на три часа дня.
Женя проводила Беллу до школьного автобуса. Он вёз ребят в пригород, а дальше у них был маршрут пешком.
Евгения вернулась домой — нужно было переодеться. Ей не терпелось встретиться с другом, с которым долгое время не виделась. Интересно было узнать, как у него дела. Николас редко бывал в социальных сетях, поэтому, что происходило в его жизни, можно было узнать только при личной встрече.
  
Николас зашёл в кафе, и Евгения с улыбкой махнула ему рукой. Сердце предательски начало стучать, потому что она скучала по лучшему другу. Бэлфор немного изменился: похудел и побрился. Его голубые, как небо, глаза стали такими яркими, что Женя разглядела в них своё отражение.
— Что нового, Островская? — произнёс шотландец, отчего Евгения засмеялась, а потом оказалась в теплых объятиях.
Эта фраза зародилась ещё на съёмках сериала и стала его традицией. Знакомый аромат ударил в нос, и Женя могла поклясться, что скучала по старым временам. Ей хотелось стольким поделиться с ним и расспросить его самого.
— Я так рад тебя видеть, — сказал Ник, всё-таки отпустив подругу. — Ты выглядишь потрясающе и такой счастливой.
— Да, — подтвердила Женя. — Я счастлива.
Как будто услышав её слова, к ним подошёл Уильям. Он обнял Евгению и поцеловал в щеку. Островская быстро представила Николаса и Уильяма. Они пожали друг другу руки, и Женя улыбнулась. Ей так хотелось, чтобы два близких человека нашли общий язык.
От Брауна не ускользнул тот взгляд, которым Ник смотрел на Женю. Уильям старался не обращать на это внимания, потому что доверял Евгении. Они просто давно не виделись, и им есть что обсудить. Да и к тому же Ник женат, кольцо на его пальце было тому подтверждением.
Они сели за столик, и Уильям подозвал официанта, чтобы на кухне приготовили фирменное блюдо для гостя. Ник приятно удивился, узнав, что заведение — собственность Уилла, а названо в честь дочери.
— Она сейчас с одноклассниками в двухдневном походе, — сказал Уильям.
— Вы легко её отпустили? — спросил Ник.
— Они не первый год ходят в поход. Да и взрослые с ними всегда, — ответил Уилл.
Уилл чувствовал себя неловко, но постепенно он расслабился, когда Женя накрыла его руку своей ладонью. Николас оказался интересным и приятным собеседником, и мужчины быстро нашли общий язык. Ник и Женя вспоминали съёмки, рассказывали Уиллу забавные истории.
Уилл решил дать время поговорить друзьям наедине и ушёл на кухню. Нужно было проверить новых поваров, как они справляются. Браун старался быть строгим начальником, однако у него были хорошие отношения со всеми сотрудниками. Он часто давал им поощрения в виде выходных.
— Как твоя семья? — спросила Евгения. — Микки, наверное, вырос?
При упоминании сына друга Женя улыбнулась. Этот мальчик был чудесным ребёнком, копия своего отца. Уже в трёхлетнем возрасте он хотел стать, как папа, актёром. Наверное, это было влияние того, что приходилось мальчика брать с собой на съёмки.
Микеланджело — именно таким было полное имя Микки — исполнилось уже пять лет. Жене в это было трудно поверить. Казалось, он только вчера родился. Микки с первого сентября собирался в подготовительный класс, а еще ему наняли репетитора по английскому языку.
Однако не всё у Ника было так замечательно, как хотелось. Отношения с женой трещали по швам. Если это вообще можно было назвать отношениями. Натали не занималась сыном и где-то постоянно пропадала. Возвращалась домой поздно, когда уже Микки засыпал. Долгое время Ник старался закрывать на это глаза, но его терпение было на исходе. Он много думал и пришёл к выводу, что развод — единственный вариант в сложившейся ситуации. К тому же Ник давно признался себе, что женился на Натали только из-за ребёнка. Он хотел, чтобы у малыша были папа и мама.
— У вас что-то произошло? — спросила Женя, когда он долго не отвечал на вопрос.
Евгения очень хорошо знала друга, поэтому забеспокоилась за него. Хоть ей не нравилась Натали, она старалась по-доброму к ней относиться.
— Нет, всё в порядке, не волнуйся, — произнес Ник.
Он не сводил с неё глаз. Она вся светилась от счастья. Николас давно не видел подругу такой счастливой. Наверное, с последних отношений, после которых она решила поставить крест на личной жизни. Он часто у неё спрашивал, почему она одна, а Островская всегда уходила от ответа. На самом деле это его беспокоило, потому что он волновался за подругу. Конечно, он понимал, что рано или поздно у неё всё равно кто-то появится. Она красивая и замечательная женщина, и упустить её было бы самой глупой ошибкой.