Осень бедствий (СИ)
И побаловал ее любимыми конфетами - орехами в шоколаде, невесть откуда взятыми, и пообещал подобрать ей другой револьвер, получше...
Это - с одной стороны.
Не нарочитое очарование, нет. Но забота, без которой не выживет ни одно чувство.
С другой стороны - Яна иногда себя чувствовала, как под прессом.
Сила воли этого человека была такова, что находиться с ним рядом...
А вы поживите с гранитной плитой на плечах!
Сложно!
Давит!!!
Даже неосознанно, не желая того, не намереваясь... давит! А если постоянно?
Яна в себе уверена не была. И радовалась, что у них все это ненадолго.
Личность?
Безусловно.
Но сила сей личности такова, что рядом с ней находиться невозможно. Сломает.
* * *Мужской коллектив - образование крайне своеобразное. И женщина в нем может жить только по одному признаку.
Нельзя никому? Никому нельзя.
Можно одному? Можно всем и сразу.
Вот эту теорию и попытался проверить на Яне один из освобожденцев.
Идете вы по коридору, и понимаете, что Штирлицу было легче. Он хоть и шел по гестапо, но... его по заднице не шлепали! Не было там геев! Кажется...
Шлепок по филейной части получился чувствительный.
Как должна реагировать приличная девушка? Развернуться и дать наглецу пощечину.
Яна приличной отродясь не была. А потому без предупреждения нанесла прямой удар ногой назад. Кажется, в карате он называется уширо-гери.
Ушатало врага так, что любо-дорого посмотреть. Яна хоть и не особо целилась, но пробила ему в печень.
Мужчину согнуло, вывернуло наизнанку, Яна посмотрела, плюнула, да и пошла дальше. До умного дойдет, а дурака не перевоспитаешь.
Говорить об этом жому Тигру? Чтобы еще досталось бедолаге?
Яна и не собиралась заниматься глупостями. Она уже все разъяснила.
* * *Тор Слейд Дрейл взял протянутую ему телеграмму.
- Прошу жома...
Ох эта варварская страна!
Он, аристократ в девятом поколении - и жом! Слушать противно!
Мысль о том, что первый его предок-аристократ был обычным лавочником, который попросту купил титул за большие деньги, мужчине в голову не пришла.
Это было давно.
Неправда.
И вообще... за девять поколений его происхождение отлежалось, настоялось, облагородилось, патиной покрылось (и не надо тут про паутину, никто ничего не перепутал!). Чего вспоминать древние времена? Каждое дворянство начиналось с простолюдинства.
Но в Русине сейчас тором быть не стоило. Так что тор Дрейл гневаться не стал. Просто на чай не дал телеграфисту. А судя по обиженному взгляду, тот рассчитывал.
Поделом тебе, быдло!
Будешь знать, кто тут жом, а кто - тор!
Тор Дрейл бросил взгляд на бланк.
Алоиз Зарайский.
"Посылка ушла, продолжаю поиски".
Это была первая его телеграмма.
На тот момент тор Дрейл пребывал в отчаянии.
Про гибель Петера он узнал, равно как и вся столица. Про наследника - тоже. А вот кто? Что? Как?
Неизвестно...
А что скажет тор Вэлрайо? А как хочется жить...
А потому телеграмму он принял с восторгом. И телеграфировал сам.
"Ищите, оплачу"
Тор Дрейл понял так, что Алоиз ищет или наследника, или кого-то из царевен - не дурак же! Разберется!
И вот следующая телеграмма.
"Иду по следу"
Отлично! Просто - отлично! Жаль, что нет подробностей, но такие вещи ни письму, ни телефонной связи не доверишь. Тор Дрейл подумал пару минут - и решил отправить еще одну телеграмму.
"Держите курсе дела"
Посмотрим, как оно сложится. Главное - есть шансы.
* * *Тор Вэлрайо в этот момент был на приеме у ее величества Элоизы.
Есть в мире справедливость.
Тор Дрейл тянулся перед тором Вэлрайо. Тор Вэлрайо тянулся перед своей королевой. И было, было отчего!
Это вид у нее был очаровательный. А сущность...
Никто не обманывался внешностью милой доброй бабушки. Пухленькой такой, седой, улыбчивой, с ямочками на щеках. Доброты в ее величестве было, как в гадюке жалости. Что своей семьей, что Лионессом она правила железной рукой. А что на людях демонстрировала очаровательную даму, милую и дружелюбную...
Так и гадюка тоже красивая. Особенно греющаяся на солнышке.
Вэлрайо не обманывался. Случись что - его приговорят так же спокойно и равнодушно, как бедолагу Петера. И ледяные серые глаза ее величества сейчас казались свинцовыми. Губы поджаты, пальцы барабанят по подлокотнику кресла.
- Вы подвели нас, тор.
Тор поежился.
- Ваше величество, я...
- Я не хочу слышать оправданий.
Оправданий она не хочет слышать! Но... Вэлрайо все же рискнул.
- Вы приказали не принимать его императорское величество. И я выполнил ваш приказ, ваше величество.
Королева досадливо поморщилась.
- Следовало пригласить одну из его дочерей. Петер нам не был нужен, но кто-нибудь из его девочек... устроить любовную историю...
У Элоизы были причины гневаться.
Готовясь к эмиграции, Петер перевел в банки Лионесса определенную сумму. Крупную. И если император мертв, и его семья мертва....
С банкирами Элоиза договорится.
Или - не договорится, такое тоже возможно. В любом случае, она на эти деньги руку наложить не может. На Лионесс столько грязи выльют - ушаты!
Может быть, впоследствии... а может и не быть. Банки тоже не любят расставаться со своим, кровным.
- Ваше величество, я выполнял ваш приказ. И... у нас есть надежда.
- Мы слушаем вас, тор.
- Насколько мне известно, кто-то из дочерей императора остался жив.
- Вот как?
- Мой агент заслуживает всякого доверия.
Или - красивых похорон. Но это уже детали.
Элоиза медленно кивнула.
- Мы ждем от вас вестей, тор. Не разочаруйте нас. Я надеюсь, что бедная сиротка прибудет в наши объятия как можно скорее.
Тор Вэлрайо поклонился.
- Я приложу все усилия, ваше величество.
- Мы будем ждать. Идите тор - и исполните свой долг. От этого зависит ваша карьера.
- Да, ваше величество.
Выходя за дверь королевского кабинета, тор Вэлрайо думал, что принцессу (великую княжну, но разница несущественна) он из-под земли достанет. Королева шутить не будет. У нее - много.
И дипломатов в том числе...
Надо телеграфировать Дрейлу. Пусть активизируется.
Русина, Подольский округ.
Илья упал в кровать, не раздеваясь.
Как в пропасть.
И отключился так же.
Сны ему обычно не снились. А в этот раз...
И хороший такой сон был приятный.
Идут они с Анной по саду, под руку, и Анна ему улыбается, и глаза ее карие сияют...
- Аннушка...
- Илюшенька. Любимый!
И столько чувства в ее тихом шепоте, столько нежности...
А потом Анна тянется к нему, а Илья наклоняется, и касается губами ее нежных губ.
- Аннушка...
Обнимает ее плечи, шепчет что-то ласковое... он не хотел! Он не нарочно... Он...
И все было, как тогда.
И шепот, и поцелуи, и нежность, и горечь потери... все это бывало во снах и не раз. С этим Илья свыкся.
А вот вскрик был вполне себе натуральным.
И горячее женское тело под ним - тоже.
И...
Маргарита?!
Илья открыл глаза - и тут же закрыл их.
- Тора Измайлова! Вы...
Нежная женская ладошка накрыла его губы.
- Илюша... не надо! Просто - молчи! Прошу тебя, молчи! Не говори, что ты мной брезгуешь!
Илья и так не собирался. Но Маргарита била наверняка.
- Ты... пусть это будешь ты... пусть хоть ночь, хоть час... не гони меня, умоляю! Ты меня уже один раз спас... не бросай, пожалуйста!
Илья и не собирался. Но и такого не ждал.
- Тора!
- Я ничего у тебя не прошу, я знаю, ты себе не принадлежишь. Но... Пусть у меня будет хотя бы несколько дней! Хоть что-то... Умоляю!
И кто бы отказал?