Осень бедствий (СИ)
Кира захохотала, подскочила из-за стола и унеслась на кухню. Собирать рулеты, блинчики и прочие вкусняшки.
Борис Викторович благодарно посмотрел на анну.
- Анна Петровна, вы хорошо влияете на мою дочь.
- Я не стараюсь на нее влиять, Борис Викторович. Я просто научу ее тому, чему научили меня. Надеюсь, ей это пригодится.
- Не сомневаюсь, - кивнул бизнесмен. И положил себе еще один блинчик. - Ваш муж просто идиот!
- Простите?
- Он вас за такие таланты должен на руках носить.
- У меня не было мужа, - не стала скрывать Анна.
- А сын?
- Борис Викторович, дети иногда получаются и вне брака.
- Тогда ваш парень был дураком, - махнул рукой работодатель. - Если вы его так кормили, и он ушел... точно - идиот!
Анна вспомнила Илью - и покачала головой.
- Не надо так о нем. Пожалуйста.
- Простите.
- Он замечательный человек. И я надеюсь, у него все будет хорошо. Просто иногда обстоятельства сильнее нас.
- Что за обстоятельства, которые позволяют бросить своего ребенка!?
Анна развела руками.
- Родители.
Чьи - она не уточняла. Ее, понятное дело. Когда твой папа императором работает - сложно. Это вам не бизнесмен, императоры таких на завтрак десятками кушать могут...
- Понятно. Ладно, учите Кирюху, - Борис Викторович сунул в рот последний кусок блина, взял из рук дочери здоровущую коробку - и отправился на работу.
А по дороге...
- Гена, привет.
- Борис! Салам Алейкум, наше вашим!
- Гена, будь другом. Я тут девочку в дом нанял, Анна Петровна Воронова.
- И что с ней не так?
- Все так! Умница, готовит отлично, Кирюху дрессирует - укротительница тигров нервно плачет в сторонке.
- Чего ж тебе еще надобно, собака? Женись, хороняка, князь отпускает ее!
Роль Ивана Васильевича приятелю удалась. Даже голос был вполне себе Яковлевским.
- Тьфу на тебя! Ген, выясни мне про нее все, а? Кто, что, откуда....
- Ты что - абы кого в дом притащил?
- Не то, чтобы... Кирюха предыдущую училку сожрала, я ее под мышку и в агентство. А там мне эту девчонку и выдали. Вроде моль бесцветная, никакущая, а поди ж ты! Я как посмотрю, аж жутковато становится. Как взглянет - мороз по ж... бежит до ...
- Ишь ты! А что ты вообще о ней знаешь?
- Маловато. Училась на биолога, кажется, жила с отцом, есть сын - в больнице.
- Ладно, порасспрашиваю. Но ты будь осторожнее.
- Ген, я вообще не предполагал, что она задержится. Думал, Кирюха ее за два дня на... и выкинем. А я бы пока подобрал кого понадежнее...
- У меня есть отличная кандидатура. Отставной майор спецназа.
Борис Викторович послал друга... в отставку.
- А тут понимаешь - пришла, и начала всех строить. Кирюха за ней... ну, не хвостиком ходит, но заинтересовалась. Что дальше будет - не знаю, посмотрим. Но знать надо, раз так.
- Выясню я тебе все про девочку, выясню.
- Заранее спасибо. Документы сейчас скину по ватсаппу.
- Давай.
Борис Викторович сунул телефон в карман и повел носом.
Пахло в машине так... здесь так никогда не пахло. Обычно Борис Викторович вдыхал запах дорогого парфюма и моющих средств, кожи и металла. Но не сейчас.
Ланч-бокс источал такие ароматы, что хотелось открыть его - и слопать все сейчас. Только вот не лезет уже.
- Роман, тебя хоть накормили?
- А то ж! Анна Петровна на всех готовила! Да ловко так...
- Она тебе нравится?
Роман пожал плечами.
- Сложная она. Вроде и живет чуть не в трущобах, и одета небогато, а иногда как глянет - мороз по коже. Вот другие, не в пример ей, и парфюмом поливаются, и одеты от версачей, а все равно - крестьянки.
Борис Викторович узнал в этом описании Лизу, и хмыкнул.
- Не наглей.
- Что вы, Борис Викторович! Я бы и не посмел...
Хозяин покачал головой, но спорить не стал.
- Говоришь, сложная?
- Да. Как она держится, как говорит, как смотрит - ощущение... знаете, такая девочка из хорошей семьи. Из очень хорошей.
- Понятно. Ладно, будем посмотреть дальше.
* * *Анна проводила взглядом работодателя, и повернулась к Кире.
- Ну что - первое занятие? Надо определить, что и сколько есть в кладовке, составить список, а потом решить что мы будем готовить, на сколько человек, чего докупить, что есть...
- Так сложно?
- Дом вести вообще сложно. Роза Ильинична отлично справляется, - польстила домоправительнице Анна. Хотя и видела огрехи, недочеты... ее-то учили! А тут хоть и талантливая, и педантичная, но самоучка! Спасало то, что дом - не полноценное поместье, там бы сложнее было.
А во времена Анны хозяйка была кем-то вроде менеджера в современном отеле. Здоровущем, кстати. И менеджер этот находился в состоянии регулярной беременности - родов - кормежки - воспитания... Рехнешься!
И никакого декрета!
Роза Ильинична покивала.
Не то, чтобы ей нравилось такое вторжение в ее дела, но пусть лучше девчонка делом займется, чем пакостит и шкодит! Опять же, ее бабке такое бы понравилось. Точно.
Кира подумала, потом вытащила айпад - и девушки отправились по кладовкам. Сталин составил им компанию.
А вдруг?
Вдруг в кладовке живет бука? И как выпрыгнет! Как нападет!
Буку он еще не кушал! Только крысу... опять же, вдруг хамон неровно висит? Надо помочь, проконтролировать...
Русина, поместье великого князя Гавриила Воронова.
Политика - это искусство компромисса.
И находить эти компромиссы надо с людьми, которых с радостью бы на колбасный фарш переработал.
С восторгом бы!
А - нельзя.
Они нужны, они полезны... в данный момент. Поэтому можно утешать себя мыслью, что когда этот человек перестанет быть нужным... в политике нет друзей, но есть интересы, не так ли?
Вот тогда он и узнает, где зимуют раки. Отправившись под лед.
А пока...
Терпеть.
Другого выхода нет.
Вот и сидели в одной комнате два человека, которые при других условиях оппонента бы зубами загрызли. Пили вино, улыбались - и мечтали.
Жом Пламенный - о взрыве.
Хорошем таком, чтобы уши на крыше, а ноги на фонаре... и кишки, кишки веером по улице!
Князь Гавриил - о виселице. С подставленной колодой, чтобы подольше мучился, подонок!
Каждый в меру своей фантазии. Но улыбались они друг другу вполне мирно. И даже с неким взаимопониманием.
- Что скажете, жом Воронов? - жом пламенный улыбался. Вежливо так...
- Что я могу сказать? Вы прос...ли все, что могли, - не по-княжески отозвался Гаврюша. - Так и неизвестно, кого мой братец объявил наследником?
- Пока - нет. Есть предположения, что уцелел кто-то из его дочерей, но...
- Бабу - в наследницы?
- В истории бывали такие случаи, разве нет?
Гаврюша скривился.
- Бывали. Но там есть вполне определенные условия, жом.
- Прошу вас поделиться ими со мной. Подозреваю, что без знания этой информации, мы совершим много ошибок, - жом Пламенный был сама любезность.
Гаврюша кивнул. Покривился, помолчал какое-то время, а потом неохотно начал говорить.
- Есть такое предание, жом. Сразу хочу оговорить - это именно предания, но в них стоит верить. За время правления династии Вороновых им было несколько подтверждений, и я могу перечислить их.
- Я готов поверить во что угодно - после колокола и пушки, - кивнул жом Пламенный. - Я допросил людей, они клянутся, что рядом с колоколом никого не было. А он звенел...
- Звенел.
- Сам.
- Сам...
- Магия?
Гаврил покривился еще сильнее. Сунул в рот лимончик, чтобы хоть как-то оправдать горький привкус, и неохотно выдавил и себя.
- Благословение Хеллы.
- Хеллы? Но позвольте!
- Да, язычество. И в богиню почти никто сейчас не верит. Но - по преданию, у истоков нашей династии стояла ее жрица. Она принесла в жертву ребенка царской крови и поклялась, что восстановит ЕЕ храмы.