Осень бедствий (СИ)
А больше она менять ничего и не стала.
Выщипала брови, зрительно поменяв форму глаз, а то Анна ходила, как Брежнев. И челочку сделала.
Добавьте сюда мужской костюм, облегающий вполне себе симпатичную фигурку, и каблуки.
А еще - фактор неожиданности.
Вот вы ожидаете встретить на рынке английскую королеву, которая ругается, как тетя Сара с Привоза и торгуется за морковку?
Нет?
А почему?
Вот-вот, такого - не бывает!
А Великая Княжна, которая явится к лидеру освобожденцев с немножко неприличным предложением? В мужском костюме, со стрижкой и с револьвером?
Бывает?
Яна искренне надеялась, что Тигру такое в голову не придет. Она ж у него не больная... наверное?
Осталось дождаться поезда.
Яна даже не сомневалась, что жом сделает остановку в Ирольске. Слишком уж стратегически важен этот город. Вот и пообщаемся.
Как к нему подойти?
Да помилуйте!
Ножками, разумеется. Ножками!
И, наверное, ей нужно немного подготовиться. Первое впечатление - самое главное, так что ей надо показать себя в выгодном свете.
Эх, знали бы вы, жом Тигр, чего только не наслушалась маленькая Яна в лесничестве! Сами бы повесились!
Русина, окрестности г. Зараево.
- Что скажешь, Петя?
Паренек лет пятнадцати взъерошил светлые вихры на макушке.
- Ох, тор... чего только не говорят!
Тор Изюмский улыбнулся.
- Ты наверняка что надо - все услышал. Верно?
- Для вас, тор, и сережку из ушка.
Николай Николаевич Изюмский улыбнулся.
Года три тому назад, поймал он на ярмарке карманника. Вылетел на него мальчишка, бежал, спасался, тор его и схватил. Но - не отдал разъяренной толпе.
Заплатил штраф, честь по чести договорился и забрал мальца с собой. Не от хорошей жизни Петька воровал - чтобы сестру прокормить. Жили они в селе, да пришла лихоманка. Родители померли, а у родственников ни Петя, ни Аксинья не прижились.
Сам-то Петька, может, и выдержал бы - чай, взрослый. А вот когда увидел, как сестренку колотят, да вдосыт есть не дают... Ему одиннадцать было, малышке - четыре годика. Схватил он сестру, да и дало деру.
А что напоследок денег прихватил, подглядев, куда их дядька прячет...
Так что же?
Дядьке зато их дом с наделом достанется. Будем считать - покупка.
Год проскитались брат с сестрой, Петька и воровал, и милостыню просил, и подработать не гнушался, пока его за руку не поймали. Так уж срослось.
Мальчику тор определил на конюшню, девчонку - в подручные к вышивальщицам. Чтобы иголку в нитку вдевать - много ума не надо, клубки перематывать, вышивку распускать - пальчики маленькие, ловкие - справится. Жить при усадьбе, каморку им отвели одну на двоих, питаться тоже при усадьбе, ну и какое-никакое, а жалованье...
С тех пор преданнее слуги у Изюмского не было.
Скажи кто Петьке жизнь за тора отдать? Пошел бы, да и отдал! А чего? То, что самого парня спасли - это еще полдела, авось, прокормился бы. Справился.
А вот что Аксюшку....
За хорошее будущее для сестрички Петя в лепешку был готов расшибиться. А уж побегать по городу, да порасспрашивать мальчишек...
Петя бы себе руку отгрызть дал, лишь бы вернуться с добычей, и удача была к нему благосклонна!
Мальчишки...
Такие мальчишки! Которым в любом возрасте интересно, о чем говорят взрослые! Которые водятся за всеми углами и во всех дырах, которые с радостью пересказывают друг другу все сплетни и слухи, нещадно их приукрашивая...
- Тор, тут дело такое... как я что слышал, так освобожденцы и правда хотели анператора... того! - Петя сделал выразительный жест поперек горла.
Николай Изюмский медленно кивнул.
- Верю. Что-то пошло не так?
- Анператор жил в домике, где-то часов шесть езды от города.
- Император, Петя. Говори правильно.
- Импета... им-пе-ра-тор, тор! - исправился Петя. Слово Изюмского для него было ценнее любых заветов Творца!
- Молодец. Итак, жил Петер в домике... с семьей?
- Да, и вроде как несколько слуг там с ним жили, то ли три, то ли четыре человека, из тех, кто уйти отказался.
- Понятно.
- Сначала главному освобожденцу телеграмма пришла. Он, говорят, аж зеленый стал, все какую-то тигру поминал...
- Ага.
- Потом приехали люди из столицы. И поехали к анпе.... Импе-ратору.
- А потом?
- Потом опять телеграмма пришла, поехали к императору, а там - пожарище, кто туда приехал, так там и лежат...
- Вот даже как?
- Говорят, своих освобожденцы сколько-то отличили. У одного там зуб золотый был, у двоих оружие... поняли, что все там полегли. Кажись...
- Освобожденцы?
- Тут такое дело, тор, - Петя взъерошил хохолок еще раз. - Могет, оно и брехня, ан говорят... вроде как не всех нашли.
- Не всех? - насторожился тор.
- Говорят, должно было больше быть. Вроде как одного или двоих не нашли...
- Одного или двоих? Освобожденцев?
- То-то и оно, что никто не знает. Было там две машины - одна осталась. Оружие кто-то прибрал, даже если что и погорело, так хоть стволы бы остались, хоть какие детали, а оружия заметно меньше.
- Хм...
- Говорят еще, у императора при себе сокровища какие были... вот, их не нашли! Вообще!
Тор Изюмский задумался. Серьезно.
Получалось - кто-то жив? Может, и сам император?
Вот ведь вопрос... Петя молчал, давая тору время все осмыслить.
- Больше ничего ты не слышал?
- Могет, оно и брехня...
- Но?
- Когда этот... как его... который был тут, из столицы приехавший...
- Ну?
- Его люди на постое были у местных. И вроде как слушок шел... в Звенигороде есть какой-то колокол, вот, вроде как он бил. А что, к чему... не знали. Только слухи ходили, что предзнаменование это плохое.
- Пушка, говоришь?
- Да...
- И колокол?
- Вроде как был, говорят...
- А сколько раз - не говорили?
Петька только что руками развел. Откуда ж ему такие тонкости знать? Было - и было, а дальше там что...
- Вроде как этот звенигородский сюда потому и приехал. А уж что там подробно...
- Не надо подробно, Петя, - тор похлопал мальчика по плечу - и был вознагражден преданным взглядом голубых глаз. - Ты и так узнал больше, чем я рассчитывал. И мне ты очень важные вести принес.
- Правда, тор?
Петька просиял, аки радуга.
- Правда.
- Только прикажите, тор! А я расстараюсь!
Николай Николаевич ухмыльнулся.
- Приказываю. Иди, поешь, отоспись - и я распоряжусь. Переберетесь с сестрой в другую комнату, в этой, небось, тесновато?
- Благодарствую, тор.
- И вот, сестре на ленточки. Понял?
Петя кивнул.
Сам бы он денег у тора не взял. А вот так, для сестренки...
И десять рублей принял, как положено, и поклонился, и удалился на целых два или три шага чинно и солидно. А потом опрометью помчался к дому. Радовать малышку.
Николай и не сомневался. Хоть и кормят их тут от пуза, хоть и сладости им перепадают, но Петя наверняка что-то да привез малышке из города. Или петушка на палочке, или пряник... Ежели тор женится, да сын у него будет, вот Петю он к сыну и приставит. Этот парень всякого может поучить, как надо родню любить.
Хороший парнишка. Правильный...
А вот что с информацией делать...
Петер, судя по всему, мертв.
Предания про царь-пушку и царь-колокол Изюмский знал. И других версий не видел.
Петер мертв.
Наследник назван.
Вот же ж...
И что теперь делать?
Хотя вопрос дурацкий. Что делать, что делать...
Искать наследника и собирать ополчение! И никак иначе.
Тор почесал в затылке, пользуясь тем, что его никто не видит.
Значит так...
Послать людей к соседям. Объявить мобилизацию. И постепенно стягивать войска в поместье. А еще - информация.
Как можно больше людей должны узнать и про смерть императора, и про наследника... кто же убил Петера?
Как там все было!?