Портальных Дел Мастер. Книга Третья (СИ)

— И он вроде как неуязвимый, — продолжил Лёха размышлять вслух. — А в играх, оно ведь как? Вспомни хотя бы этого усатого хрена из «Соника», например. Если босс неуязвимый, значит у него должны быть слабые места. Вот только в играх они светятся, — нахмурился Лёха, отломил кусочек бородинского хлеба и закинул в рот. — А тут не светятся. Короче! Я предлагаю вот что. Девчонки всеми силами бафают Костю, Костя танчит, ты прикрываешь его порталами от всяких ядер, а я скачу вокруг и ищу слабые места.
— Звучит, как план, — согласился я. — Но для начала выманим его на красный крест.
— Какой ещё крест?
— Там на полу крест нарисован.
— Правда?
Дальше чуть поспорили про крест. Кто-то его разглядел, а кто-то нет, не важно…
Важно то, что до самой ночи мы скакали вокруг Андрюши и искали его слабые места. И на крест выманивали, и даже чуть дальше, но всё бестолку. Только задолбались в очередной раз. Как бы ни старался Лёха, и как бы ни был хорош я, — не без хвастовства отмечу, что больше половины ударов, предназначенных Косте, порталами попадали по самому хаоситу, — эта тварь регенировала быстрее, чем мы её портили.
Под конец меня вдруг посетило озарение, — во всяком случае, тогда я так думал, — и я слил чуть ли не последнюю ману на один здоровенный портал. Я сделал его максимально широким и открыл под Андрюшей в надежде на то, что мешкообразный ублюдок провалится внутрь. Выход из этого портала я придумал разместить в нашем тренировочном мире; его в отличии от Кубы и Мытищ не жалко.
Но…
Хрен там.
Почуяв неладное, Андрюша всеми своими отростками намертво вцепился в потолок и падать в портал отказался.
— Всё, — от неуспеха усталость навалилась на меня так, что хоть волком вой. — Нахер. Валим домой.
Итого: бесцельно потраченный день.
Мышцы ноют, шуба воняет, мана на нуле, о настроении и говорить нечего. А ещё за боем мы потеряли связь с реальностью и совсем перестали следить за временем, так что вернулись реально поздно. Во всяком случае, матушка и Роман Романович нас не дождались и легли спать.
Не в силах даже пожрать и помыться, мы молча разбрелись по комнатам и легли спать…
* * *
Проснулся поздно и еле-еле успел доставить батю обратно в наш мир. Поговорить мы с ним так и не успели, — даже словом обмолвиться не получилось, — а потому подробности вчерашнего суда пришлось узнавать у мамы.
— Ромочка…
Ох, как же мне режет уши это её «Ромочка».
— … сказал, что всё нормально. Он инсценировал сердечный приступ и слушание пришлось перенести на сегодня.
— А на сегодня у них какие планы?
— А на сегодня у них планов нет, — вздохнула мать.
— Да брось, — я махнул рукой в попытке её подбодрить. — Роман Романович — он же… он же Роман Романович! Что-нибудь, да придумает.
Очередной завтрак. Очередное обсуждение того, что будем делать. Вот только… ребята реально устали. Да и я тоже, чего уж греха таить? С большой буквы «З» устали, и никаких перспектив кроме как уставать дальше впереди не видели.
— Я мотала это всё, — честно призналась Шиза, ковыряясь в яичнице. — Никакого толка от того, что мы с ним сражаемся нет. И я вообще не уверена, что решение загадки рифта связано с этим монстром.
— И я тоже, — нахмурилась на меня Соня; впрочем, она последнее время постоянно на меня хмурилась. Я уже десять раз объяснял, зачем таскаю её в рифт, но она категорически не хотела воспринимать эту информацию.
А всё ведь просто!
Как только загадка будет решена, — а она, чёрт его дери, будет решена, — и рифт начнёт закрываться, все мы хапнем столько опыта, сколько в других обстоятельствах набивали бы год, а то и все два.
Глядишь и уровень получим. Одиннадцатый. А это нихрена себе, между прочим. Этак нас и в цвет Империи запишут. И ещё рекламных контрактов подкинут, да посолидней.
— Я тоже согласен, — сказал Костя. — Нужно думать про рычаги и колокол, а не попусту биться с этим сраным чудищем.
— А я бы просто отдохнул, — честно добавил Лёха.
— Ну хорошо. Давайте пока что отдыхать и думать про рычаги и колокол. Лиз, чертёж у тебя?
  
— У меня.
— Тащи сюда.
— Минутку.
Елизавета Романовна сбегала в дом, вытащила чертёж из шубы, вернулась и положила его на центр стола. Так, чтобы всем было видно.
Мозги от усталости наотрез отказывались работать, но… мозги, логика, аналитика — всё это не совсем то, что нужно при разгадывании загадок Архитекторов. Тут, скорее, требуется воображение и лёгкая такая… э-э-э-э… как бы так сказать, чтобы не сматериться? Придурь?
Да.
Наверное, так.
И на моё же счастье, в то утро мне хватило той самой придури, чтобы найти решение. А было оно на виду. Странное, безбашенное, а может быть даже и идиотское, но вот оно, — реально! — прямо перед носом.
Я аж заржал непроизвольно.
Когда я наскоро малевал чертёж замёрзшими пальцами, помимо рычагов, гарпунов и якорей я зарисовал ещё и колокол. Прямо по центру палубы. А как я его зарисовал? Правильно! Тогда он казался мне опасностью, которая может свалиться прямо на голову, и я зарисовал его в виде крестика.
— Ах-ха-ха-ха!
— Чо ты ржёшь-то, придурок?
— Лиза!
— Э-э-э… я хотела сказать: «отчего ты так весел, мой милый братец»?
— Крест внизу! — крикнул я. — Им отмечено то самое место, на которое упадёт колокол, если его уронить!
— Ярик, — решил уточнить Костя. — Ты совсем поехавший?
— Отнюдь! — я аж с места вскочил. — Елизавета Романовна, голубушка! Седлай свинодракона, мы идём убивать биг-босса!
  
Глава 4
 
Про русский мат
 
Идея уронить колокол была воспринята моими домашними с большим скепсисом. Однако… за неимением других идей и предложений, сегодня же спозаранку мы принялись за исполнение этого сумасбродного плана.
Как бы не хотелось лезть обратно в холодрыгу — шуба, портал, рифт.
На счастье многих членов нашей команды, все силы нам сегодня были не нужны.
Елизавета Романовна верхом на Принцессе Борисе орудует внизу, Антракс караулит жаб, а мы с Олегом полетим над ледоколом и будем искать способ отцепить колокол. Все остальные пускай сидят в капитанской рубке и ждут.
Когда эта многотонная хреновина полетит вниз, пробьёт палубу и накроет хаосита Андрюшу, — а именно так события разворачивались у меня в голове, — поблизости не должно быть никого из наших. Ну а Шиза…
Шиза сама вызвалась рискнуть.
Она почему-то свято уверилась в том, что после выполнения задания ледокол поплывёт. А встать за штурвал плывущего ледокола — один из её пунктиков на человеческую жизнь. Ходоров, конечно, был не в восторге, но поди переспорь Елизавету Романовну в период маниакального обострения. Себе дороже.
— Спускайтесь, — сказал я напоследок. — Через пять минут мы начнём.
Дверь перед моим носом захлопнулась, капитанская рубка зажужжала и поехала вниз, ну а я остался пританцовывать на морозе. Рядом с угрюмым Олегом, который от наших вылазок тоже был, мягко говоря, не в восторге.
Чёрт! Какие же танцы с бубном все мы проделываем вот уже который день подряд⁉ И всё ради чего⁉ Ради какого-то сраного титула. А что есть титул? По сути своей, в отрыве от узкого и крайне ограниченного в масштабах Вселенной социума, титул — это просто слово. Ни больше и ни меньше.
Вот ведь хрень…
Слов у меня и так сколько хочешь. Назовусь Богом-Императором Дракон-Коньячного и попробуй докажи мне, что это не так.
Пророчество, — напомнил я себе уже в который раз. — Пророчество, пророчество, пророчество…
Напоминать о нём приходилось себе чуть ли не постоянно. Искушение послать всё к чёрту, развернуться и просто уйти было велико, но… надеюсь, всё идёт как нужно.
Ладно…
Я замёрз, Олег тоже местами покрылся инеем. Пора начинать.
Уже привычно взгромоздившись на спину гигантскому хаоситу-ящеру, я ухватился за выступ небольшого гребня, и мы полетели.