Портальных Дел Мастер. Книга Третья (СИ)

  
Портальных Дел Мастер. Книга Третья
   
Глава 1
 
Про колокол
 
Итак…
На фоне льда и льда, а потому на совершенно непонятном расстоянии, — иногда даже мой идеальный глазомер подводит, — стоял гигантских размеров ледокол. Реально гигантских. Если пропорции окон верхней палубы выдержаны Архитекторами один к одному с человеческими стандартами, то его длина не меньше полукилометра.
Можно было бы подумать, что пустой заброшенный ледокол — это именно что локация. И что нам придётся сражаться с хаоситами по трюмам, каютам и прочим кубрикам, — заранее прошу простить мне мою морскую терминологию; не шарю.
Но!
После Каринского рифта я почему-то был уверен, что выдумка Архитекторов простирается гораздо дальше, и что это действительно судно.
Вменяемых деталей хватало:
Вздыбившийся острыми колючками лёд рядом с носом корабля, наполовину вмёрзшие винты сзади, да и общий внешний облик судна походил на то, что я видел в родном мире.
Однако невменяемых, как несложно догадаться, было больше. Первым делом в глаза бросался колокол. Огромный. Под стать кораблю. Думается мне, что высотой он был с трёхэтажный дом, не меньше; по сравнению с ним знаменитый Царь-Колокол — так… херня… колокольчик для вызова прислуги.
Закреплён он был по центру верхней палубы на хитрой металлоконструкции, чем-то напоминающей Эйфелеву башню без верхушки. Так что ледокол был не столько ледоколом, сколько… э-э-э… колоколовозом?
Ещё одна странность заключалась в якорях. Да, да, именно «якорях»; во множественном числе. Только лишь по тому борту, который был обращён к нам, я насчитал порядка сорока штук. И вот опять! То ли это баг Архитекторов и позор на их седины за то, что не разобрались в предмете, либо же деталь головоломки.
Ну и последнее — это гарпуны. Маленькие? Ну конечно же нет! Всё на этом корабле настырно стремилось к гигантизму.
Палуба буквально ощетинилась здоровенными китобойными гарпунами. Хотя… Китобойными — это я, конечно, не подумав ляпнул. Такой дурой кита не просто загарпунишь. Такой дурой ему добрую половину мяса вынесешь к чёртовой матери. Всё равно что в пескаря из подводного ружья шмальнуть.
— Итак, — пританцовывая от мороза, сказала Соня. — Что думаешь?
— Самое очевидное — освободить его ото льда и сдвинуть с места.
— Тоже об этом подумала.
— Но самое очевидное решение, — я продолжил свою мысль, — не обязательно должно быть верным.
— Слушай… Если самое очевидное настолько сложно в реализации, может оно всё-таки и есть верное?
— А может быть…
Колокол, якоря и гарпуны — вот чем наш мозг будет занят в ближайшее время. Так. Надо бы спокойно присесть и набросать варианты. В идеале даже записать их, но для начала…
— Давайте-ка на него заберёмся, а там и подумаем.
Возражений не было.
В глазах у каждого читалась надежда, что во внутренних помещениях ледокола будет не так холодно.
Шиза уже стояла у подножья снежного холма и махала руками, мол, спускайтесь быстрее. Ну мы и спустились. Что удивительно, без происшествий. После пятидесятикилограммовой Елизаветы Романовны как таковой колеи в снегу не осталось, а потому Лёха своей тушей проделал новую, и все мы скатились следом.
Отряхнулись, справились о том, не сломал ли кто-нибудь что-нибудь, и побрели по льду в направлении корабля.
Холодно, блин.
Хоть укутывайся, хоть не укутывайся — один хрен холодно.
А ещё очень напрягало то, что до сих пор мы не встретили ни одного хаосита. Хоть бы выскочил какой-нибудь йети для приличия. Хм-м… Что-то мне подсказывало, что все они сидят внутри ледокола, и что сперва нам нужно будет зачистить корабль. Но это что-то не имело ничего общего с чуйкой и вполне могло ошибаться.
Без малого двадцать минут молчаливого сосредоточенного пути, и мы наконец-то добрались до ледокола. С размерами я не ошибся. Как и предполагал — половина километра в длину, а то и чуть больше. Что интересно — ни грамма ржавчины, как будто бы его только позавчера спустили на воду, а вчера он уже умудрился застрять.
  
И кстати!
Приношу свои извинения товарищам Архитекторам. Насчёт функционала якорей стало чуть понятней. Некоторые из них были скинуты, — сброшены? Спущены? — прямо на лёд и посетителям рифта предлагалось начать восхождение на борт по цепям, к которым они были прикованы.
Делать мы этого, конечно же, не стали…
Я же портальщик всё-таки. И на мой взгляд будет вполне целесообразно потратить чуток маны вместо того, чтобы как минимум корячиться вверх в неудобных шубах и вымотаться ещё до боя, а как максимум сорваться и расшибить себе башку об лёд.
Вз-з-з! — портал вынес нас прямиком на верхнюю палубу.
— Давайте-ка отойдём из-под этой хренатовины, — сказал я, рассматривая огромный колокол над головой. — Мало ли, упадёт ещё.
Вблизи конструкция выглядела крепкой и надёжной, но всё равно. Рисковать, учитывая размеры этой махины не хотелось. Оно ведь и Ходорова прихлопнет, как упитанную мытищинскую муху. И никакие руны ему не помогут.
Помимо колокола, первостепенных проблем сейчас было две.
Первая — на нас вновь никто не нападал! Аж бесит, чесслово! Можно было бы подумать, что Хаос не прижился в этом климате и драться не придётся, да только верится с трудом. Для чего-то же этот рифт был создан, верно? Приключенцы должны приключаться, а без кровавого экшона что за приключение?
Вторая проблема оказалась совсем другого толка. Здесь, на высоте, начал дуть ветер. И находиться харей по ветру не было никакой возможности — даже несмотря на шарф, я сразу же начинал задыхаться.
Разговоры не то, что смолкли, они даже не начинались. Пока что все просто озирались по сторонам в поисках укрытия.
А мест, где можно укрыться, было великое множество — только с нашего ракурса было видно порядка десяти разномастных надстроек, в каждую из которых вели двери. И где-то за этими дверями начинался непроходимый кубриковый лабиринт. И где-то за этими дверями, — моя уверенность в этом крепла с каждым порывом ветра, — нас ждут хаоситы.
— Туда, — я махнул рукой в сторону эдакого домика на палубе с панорамными окнами по ходу движения ледокола.
Тяжёлая металлическая дверь поддалась и пустила нас внутрь. Ну да. По всей видимости, это здание задумывалось Архитекторами, как капитанский мостик или… рубка? Или как оно называется-то?
Короче!
Шиза сразу же захлопала в ладоши и бросилась к штурвалу.
Помимо штурвала на панели управления была хренова гора рычагов и ни одной кнопки. А жаль… люблю на кнопки тыкать, есть у меня такая слабость.
— Закройте дверь! — крикнул я, после того как Лёха протиснулся в дверной проём. — Всем активно дышать и яростно пердеть!
— Фу…
— Для сугреву, — пояснил я и стащил с носа шарф. — Так. Начинаем мозговой штурм. У кого какие мысли?
— Ледоко-о-о-ол! Хы-хы!
— С тобой всё ясно, — от Елизаветы Романовны толку сейчас не будет никакого. — Кость?
— Колокол на ледоколе ну явно неспроста, — заключил Ходоров, а потом задумался ненадолго и повторил: — Колокол на ледоколе… как будто скороговорка какая-то, да?
— Ага.
— Так вот… Ну не вяжутся эти вещи друг с другом, Ярик. Так что мне кажется, что нужно думать в этом направлении.
— Стройно и логично, — кивнул я. — А что обычно делают с колоколами? Думаешь, стоит в него позвонить?
— А может и стоит, — Костя вновь задумался. — Он ведь реально огромный. А что, если от вибраций его звона лёд треснет и корабль освободится?
— Нестройно, — сказал я. — И вообще нелогично. Во-первых, если от его вибраций лёд пойдёт трещиной, то у нас у всех черепа полопаются. А во-вторых, это слишком просто. Неужели никто до нас до такого не додумался бы?
— Тоже верно.
— Давайте дёргать рычаги! — крикнула Шиза.
Зная сестрицу, после этой фразы она должна была и впрямь начать дёргать рычаги в хаотичном порядке, но… удержалась. Взрослеет, что ли?