Дорога в неизвестность (СИ)
- Хотел умереть, как мужчина, а подыхаешь, как шакал. В глаза смотри!
Ещё одна пощечина вернула Руслана в реальность, хотя он бы предпочёл умереть в бессознании. Воздух перестал поступать в лёгкие, сквозь туман Борода видел злобную ухмылку Андрея. Огонёк рации, висевшей на поясе, загорелся зелёным.
- Зажмурься ,- донеслось откуда-то издалека.
Борода, не разобравшись, пожелание это или просьба, послушно закрыл глаза. Через секунду что-то больно ударило в щеку, навалившись тяжестью на грудь, а по лицу потекли тёплые струйки. После удара по щеке, Руслан еле сохранял сознание и совсем потерял счёт времени.
- Фу, мерзость!- донеслось из пелены, тяжесть прошла, дав наконец-то вздохнуть полной грудью.- В здании чисто. Нужны оба живыми? Тогда топай сюда. Даст Бог, не отъедут раньше времени.
Борода с трудом приоткрыл один глаз. В мутной пелене он разглядел силуэт. Собрав все силы, которые у него остались, он попытался сфокусироваться на этом силуэте, но эта попытка стала последним осознанным восприятием, забравшем остатки сил и погрузившим Руслана в темноту.
Он приходил в себя несколько раз, но мутная картинка не давала никаких подробностей. Он понимал, что его тащат под руки, но куда, кто и зачем, оставалось загадкой. Ему было все равно, что будет дальше – друзья погибли, убежище захватят, все, к чему они шли, оказалось зря. Жить дальше незачем. Лишь бы не мучили перед смертью. Хотя, может, мучения наоборот поспособствуют финалу. Невидимые конвоиры несколько раз останавливались, и в каждой из этих остановок Руслан прощался с жизнью. Ему не хватало сил, чтобы произнести хоть слово или приоткрыть глаза. Наконец, он замер на месте, сбоку сквозь дымку восприятия был слышен разговор. Его протащили ещё какое-то время, потом уложили на что-то мягкое. Ощущения после пережитого были нереально приятными, и на смену происходящему сумбуру вновь пришла темнота.
***
Перекрёсток улиц Коммунистическая и Революции 1905 года. Здание общежития. 22:30
Атака началась почти сразу же после выстрела второй ракетницы. Ночную тишину разорвал грохот работающего дизельного двигателя. Машина летела вниз по улице Революции 1905 года. Через мгновение из-за поворота вылетел японский пикап с установленным в багажном отсеке пулемётом. Мы едва успели сориентироваться, упав на пол, как здание, на крыше которого мы расположились, накрыл шквальный огонь.
- Я прикрою!- я пытался переорать пулемёт,- Спустись на два этажа ниже, у тебя бронебойка заряжена – стреляй в бак, чтобы взорвать машину. Пошёл!!!
- Прикроет он. Не высовывайся, дурья башка!
Сиплый змеей прополз к выходу на крышу и уполз вниз. Я досчитал до тридцати и дал очередь по улице, успев заметить, где стоит пикап. Со стороны парка раздались выстрелы, заставив меня снова рухнуть на битум. Задрав автомат над парапетом, я дал очередь вниз, не целясь. Следом прозвучал еле слышный пшик ВКСа, и район накрыл оглушительный взрыв. Выглянув из-за парапета, я с радостью увидел, что пикап лежит на крыше. Я встал на колено, целясь через оптику в темноту парка. Вроде бы и нет никого, хоть разворачивайся и в убежище иди.
- Кирилл, на пол!!!- Сиплый влетел на крышу, откинув меня за шкирку от парапета на добрый метр и накрыл собой.- Они уже в здании! У них РПГ-18! Я не успел снять гранатомётчика.
Заряд «мухи» обрушил ту часть крыши, где я находился мгновением ранее. Я с ужасом смотрел на просевшую плиту перекрытия. РПГ-18, наверняка, перешла им по наследству после боя на территории больницы.
- Кирилл!- Сиплый тряс меня за плечи.- Где рация? Надо предупредить Руслана.
Я машинально снял рацию с пояса и протянул её Сиплому.
- Театр, приём! Театр, ответьте! Театр, вашу мать!- Сиплый орал в молчавшую рацию.
Мозг резко пришёл в себя от шока, я видел, как Сиплый пытается выйти на связь, но рация выдавала помехи… гудение, словно старый телефон понесли к колонке. Подскочив на ноги, я в два шага подлетел к Жеке, хлопающему рукой по рации. Резко оттянув его футболку, я содрал висящий на его шее круглый золотой медальон и хотел отскочить обратно, но на груди у Жеки появилась красная точка. Не думая о последствиях, я сделал подсечку и распластался на крыше.
- Ты что творишь, сволочь?!
Сиплый упал, а в следующий момент точка прицела зашарила по крыше: снайпер явно искал нас. Но почему тогда не убил, когда была возможность?! Жека, надо отдать должное его реакции, перед падением успел сгруппироваться и защитить голову от удара. Кивнув мне, он перекатился к парапету и прополз к углу крыши, положив на него ствол ВКС. Я достал фонарик, зажал его рукой и приподнял над собой. Стоило только убрать руку от линзы, и точка прицела тут же переместилась в мою сторону. Секунда, и тело Жеки дернулось от импульса винтовки.
- Готов, гаденыш. Говорил же, что мне не нравится эта высотка. Верни медальон.
- Ша, шпингалет! В медальоне передатчик. Протяни рацию, я вытяну медальон.- Я вытащил из-за пояса пистолет и, положив его на пол, пнул в сторону Жеки.- Меня терзает смутное сомнение, что ты даже не подозревал об этом. Иначе я бы тебя уже пристрелил.
Сиплый поймав пистолет одной ногой, другой сделал шаг вперёд и вытянул рацию, нажав на кнопку приёма. Крышу огласил мат Бороды. Я протянул руку к рации. Едва медальон приблизился к рации, голос Руслана пропал в помехах. Жека поднял пистолет и вернул его мне.
- Нам нужно обратно в убежище,- процедил он сквозь зубы и поднёс к себе рацию.- Руслан…Да соберись ты, тряпка, перестань истерить! Нас предали! Повторяю, нас предали!
- Разряди рацию – сейчас она не нужна.
Я поднялся на ноги и, покрутив медальон в руках, попробовал его согнуть. Металл поддался без проблем. Согнув, насколько это было возможно, разогнул в другую сторону. Полминуты манипуляций и медальон переломился пополам, внутренняя часть была серебристого цвета. В одной из половинок осталась торчать маленькая микросхема с круглой батарейкой. Я подцепил пустой половиной крепление батарейки и выдернул его с корнем из микросхемы, спрятав половинки в одно из отделений подсумка.
- Откуда у тебя эта побрякушка?
- Это подарок. Я думал, он золотой,- ответил Сиплый, почесывая голову.
- Может, и был таким когда-то. Сделали слепок, залили в него свинец, вставили маячок и всё. Эля тебе его дала?
Жека в ответ только моргнул:
- Нам нужно выбираться отсюда. Я клянусь могилами всех своих умерших родственников и жизнями тех, кто плохо себя чувствует, она не могла предать нас. Диверсанты наши что-то молчат.
Я только хмыкнул в ответ – на улице и впрямь было подозрительно тихо. Из глубины пристройки, выводящей на крышу, послышались шаги и мелькнул силуэт. Я, не задумываясь, сорвал с пояса свето-шумовую гранату, бросил её в проём и забежал за стену пристройки, зажмурив глаза и закрыв уши руками. Скинув почти пустой рожок, вставил новый и, перезарядив автомат, выскочил на ступеньки. На лестнице, держась за уши, стояли на коленях четверо, все в таких же костюмах, как у нас. Звон в их ушах еще не успел пройти. Грохот от АК накрыл лестничную площадку. Я подошёл к первому телу, стащив с него маску – не хватало ещё своих завалить. Но нет, на меня безжизненными глазами смотрел абсолютно незнакомый мне человек.
- Дай ствол, - попросил Жека.
Просить два раза меня не пришлось – у нас теперь цель попасть обратно в убежище. Что с нашим отрядом, остаётся загадкой, вдобавок ко всему, от резких движений начала болеть спина. Надеюсь, швы на месте, будет, как минимум, обидно истечь кровью раньше времени.
- Прикрой меня,- бросил Жека и скрылся в комнате девятого этажа.
Я, выбежав на лестничную площадку, дал очередь в коридор. Ответ не заставил себя долго ждать – несколько автоматов огрызнулись в ответ.
Так мы успехов не добьёмся – восьмой этаж, две гранаты, пистолет, отключенная рация. Если враг дошёл почти до крыши, нас ждут крупные неприятности – снайперской винтовой тут не повоюешь, а обойма в пистолете одна. Жаль, я зарекся не материться, есть ситуации, в которых мат выражает происходящее лучше всего. Воспользовавшись одиночеством, я залез во внутренний карман куртки и, достав оттуда шприц-ампулу, воткнул её в плечо. Бес перед выходом тайком дал мне три ампулы, сказав, что это военный препарат, повышающий выносливость. Главное, не увлекаться – действие препарата длится 12 часов. Потом придёт отходняк, и чем больше было использовано ампул, тем дольше придётся восстанавливаться организму.