Дорога в неизвестность (СИ)

- Не раздражай меня, бородатый. Что-нибудь путное бы предложил.
- Великая Октябрьская социалистическая революция.
Так, с Богом! «Семь», «десять», «семнадцать». Через мгновение грохнуло ещё раз, только намного сильнее.
- Чуется мне, что эта попытка будет последней.
- Я говорил тебе сразу, что это День Победы. Нет, начал выдумывать. Вводи девятое мая сорок пятого года.
- Хорошо.
Хрен ты угадал, бородатый! Я нутром чую, что Днём Победы тут и не пахнет. Мысленно перекрестившись, поворачиваю ключ «двадцать один», «один», «двадцать четыре».
- Ты что творишь, идиотина?!- Борода хватает меня за грудки.
Бью по рукам, чтобы освободиться. В помещении стоит тишина. Опять эта звенящая тишина. Шум голосов сверху становится неожиданностью.
- Ищите, это где-то здесь. Я говорил вам, дебилам, фонари взять…
- Старый,- шепчет Борода.- Почему ничего не происходит? Что ты ввёл?
- День, когда Иосиф Виссарионович официально стал руководителем Союза. Стоп.
Я вернул ручку в исходное положение на «двадцать пять». За дверью что-то щелкнуло, штурвал начал крутиться. Борода чуть не заплясал от радости! Схватив с пола металлическую скобу, которая прикрывала замок, он защелкнул её в пазы. В этот момент сверху раздалось не менее радостное «нашел!» и люк стал отодвигаться. Щелчок с правой стороны оторвал мой взгляд от люка – штурвал остановился, и дверь приоткрылась вовнутрь маленькой щелкой.
- Давай, навались всем весом.- Борода упёрся двумя руками в дверь.
Петли, которые никто не смазывал почти семьдесят лет, поддались с трудом, но дверь отошла от створок настолько, что в нее можно было протиснуться. Борода проскочил первым. Я, не заставив себя ждать, последовал его примеру. Уже закрывая дверь с той стороны, я услышал полное ненависти «стоять, суки!», перешедшее в выстрелы. Но было поздно – дверь закрылась, и запорный механизм запустил штурвал.
Перед нами была лестница. Все было в точности, как в блокноте – на третьем пролёте мы наткнулись на такую же дверь, как и на входе. Не останавливаясь, пошли ниже, сверху еле различимо доносились стуки – скорее всего, госпитальцы пытаются открыть дверь. Только ничего у них не получится. Надеюсь, что даже если им удастся найти замок, то секретки, реагирующие на неправильный шифр, встали на место. В противном случае, первая же неудачная попытка станет последней – дверь заблокируется навечно. Нижняя дверь, на наше счастье, была открыта настежь. Мы попали в подобие КПП: слева стена с бронированным стеклом, за ним какой-то пульт управления с тучей кнопок.
- Это дезинфекционное помещение. Входная дверь на гидроприводе – открыть или закрыть такую вручную не получится ни за что. В последние годы второй мировой мир узнал о ядерном оружии, плюс ещё началась холодная война между Союзом и США. Ничего удивительного, что было сделано такое помещение,- выдал я свои размышления.
- Я рад твоей осведомленности в истории, но как нам попасть внутрь?
Интересный вопрос. Если я хоть что-то смыслю в устройстве подобных сооружений, то сначала мы должны пройти санитарную процедуру и только после этого откроется дверь. Запустить активацию можно, только попав в помещение с пультом, т.е. через запертую дверь напротив нас. Замкнутый круг.
- Пойдем обратно. В смысле, в ту дверь, которая этажом выше.
***
- Что делаем?- спросил Борода, когда мы оказались возле двери на лестнице,
- Крути баранку. Эта дверь не такая, как самая первая, значит, замок тут один и он перед нами.
- Есть гарантии, что там мы не нарвемся на такую же беду?
- Никаких. Парень писал, что инженер появлялся в зале, как из ниоткуда. Значит, здесь есть лифт. Скорее всего, верхний этаж – жилой блок для гражданских. Нижний этаж, возможно, для заключённых или рабочих. Вышел на поверхность, хватанул радиации, спустился, прошел дезинфекцию и добро пожаловать. А ну-ка, берись за рычаг.
Уперевшись в стену ногами, я навалился на рукоятку, напротив меня встал Руслан, потянув её на себя. С третьей попытки нам удалось сдвинуть её с места, полдела сделано – механизм поддаётся. Потратив около получаса и изрядно пропотев, мы прокрутили штурвал до крайней точки. Только ничего не изменилось – дверь не приоткрылась ни на миллиметр, несмотря на наши усиленные попытки отодвинуть её.
 
- Идеи?
- А у самого есть? Или вся надежда на меня?
- После того, как ты нашел скрытый замок, я предпочитаю молчать.
- Если дверь не открывается, то есть вариант, что она отодвигается. Тяни.
- Куда?
- Туда же, куда штурвал крутили.
Мышцы заныли от напряжения, когда мы в четыре руки потянули вставший колом штурвал. К моему величайшему удивлению, дверь поддалась нашим усилиям, отъехав на десять сантиметров. Несколько подходов и мы сдвинули ее почти на полметра. Я зашёл первым, Руслан присел на лестницу, пытаясь отдышаться.
- Давай быстрее,- крикнул я, не заметив, что Борода и так протискивается в проём.
- По-моему, проем стал меньше,- пропыхтел Русик, ошалело светя фонарем вокруг.
За нашими спинами начался непонятный шум, обернувшись на него как по команде, мы увидели заползающую на свое место дверь. Щёлк и механизм закрутил штурвал с нашей стороны.
- Зашибись!
- Руслан, ты какой-то ходячий кусок депрессии. Зато к нам теперь точно никто не попадет– эта дверь заперлась, а в нижнее помещение без дезинфекции не попасть. Веселее, бородатый.
- Хотелось бы, но не особо получается. Почему она закрылась?
- Я думаю, это советская противоугонка. Эта дверь, скорее всего, пожарный выход, то есть открываться она должна только изнутри тем же пультом, что и дезинфекционная. Видимо, от старости произошел сбой в системе, позволивший нам ее открыть. Да Бог с ним, пойдем, посмотрим чудеса советской истории.
Мы стояли в небольшом тамбуре в форме правильного пятиугольника, напротив нас длинная стена, соединяющая по диагонали боковые стены. По центру этой стены закрытая деревянная дверь. Я попросил Руслана убрать мой автомат в рюкзак и дать мне второй фонарь. Сам же достал из кобуры один пистолет и, сняв его с предохранителя, взвел курок. Второй отдал Руслану, убравшему свой АК за спину. Береженого Бог бережёт. Открыв дверь, мы попали в коридор, уходивший в обе стороны.
- Разделимся?- шепотом спросил Руслан.
- Чтоб ты, шизанув, нашпиговал меня свинцом? Ну уж нет. Давай, мил человек, держаться вместе. Пока пойдем прямо.
Мы двинулись вдоль коридора со стенами, обшитыми деревянными лакированными панелями. С правой стороны попалась первая дверь, открыв её, зашли в помещение. Вытянутое, около пятнадцати метров в длину и трёх в ширину, помещение оказалось подобием раздевалки – по периметру развешаны костюмы химзащиты, сверху на полке лежат противогазы. Следующая дверь привела нас в лабораторию: столы, шкафчики, склянки и пробирки. Ничего интересного. Третье помещение должно было быть теплицей: стены по всей длине были поделены на три железных яруса, засыпанных почвой. Последнее помещение было комнатой радистов, неудивительно – надо же как-то поддерживать связь с внешним миром и получать указания от вышестоящих лиц. Все четыре помещения абсолютно одинаковые по планировке. Выйдя обратно в коридор, я поднял голову наверх, прямо над нами через равное расстояние висели металлические конструкции, похожие на железный скелет змеи, только ребрами кверху, концы этих ребер соединены белым прутом по всей длине. Приглядевшись, я понял, что это освещение, а то, что я принял за прутья – длинные лампы дневного света.
- Наверху лампы, значит, должен быть свет.
- Интересно только, как он включается?- Русик обследовал фонарем ближайший светильник.
- Должна быть щитовая комната. Убежище рассчитано не просто на войну, а на ядерную войну. Все спустились и живите в темноте? Зачем тогда лампы вешать?
Мы дошли до поворота. Фонарь поймал из темноты на правой боковой стене дверь. Помещение, абсолютно идентичное обследованным нами ранее, было складом – на стеллажах лежала одежда, халаты и обувь. Через десять метров по коридору обнаружили поворот налево. Напротив него в стене железная дверь, с внушительного вида замком. Что это такое, разберемся позже. Кивнув головой на проход, поворачиваю, Русик прикрывает мою спину. Первая дверь по левую руку оказывается библиотекой. Не просто складом книг, а именно полноценной библиотекой со стеллажами и пометками. Вытащив первую попавшуюся, я прочитал название «Большая советская энциклопедия. Том 14». Кто бы удивлялся. При вытаскивании треснул корешок, и я быстро поставил её на место. Из-за долгого отсутствия свежего воздуха переплёты начали приходить в негодность. За стеллажами обнаружился читальный зал с тремя рядами столов, по пять в каждом.