Дай мне силы подняться (ЛП)

Драко вздохнул и удобно усадил мальчика на диване, прежде чем подняться и прибраться. Скорпиус остался один, развлекаясь с новыми игрушками, которые вчера ему подарила крестная. Джинни Поттер окончательно разбаловала его сына. Драко улыбнулся, когда подумал о её последних подарках.
Джинни ворвалась в его дом — сзади волочился Поттер — и заявила Драко, что если он начнет возмущаться по поводу новых игрушек, то она его заавадит, а после этого пути назад уже не было…
И теперь у Скорпиуса было две специально изготовленные в натуральную величину куклы: тигр и пингвин. Специально разработанные Джорджем Уизли, они были яркими и, самое главное, безопасными.
Драко пришлось признать, что Джордж здорово поработал: игрушки были полностью безопасны для ребенка, можно было не бояться, что Скорп запихнет их в рот и подавится, а ещё они развлекали его, разговаривая и напевая глупые песенки. Драко хотел инвестировать в эту совершенно замечательную разработку и собирался в Косую Аллею. В том числе и затем, чтобы поговорить с Джорджем.
Он ходил по дому, собирая сумку для Скорпиуса: лекарства, шприцы и настойки, а также яркие игрушки — большие и поменьше, огромные иллюстрированные книжки для малышей. Драко не слишком приветствовал игры Скорпиуса с другими, здоровыми детьми — они далеко не всегда понимали особенности его сына.
Шестилетний Джеймс был исключением. По отношению к Скорпиусу он был, можно сказать, старшим братом. Когда малыш ночевал у Поттеров, зачастую именно Джеймс напоминал родителям, что пора давать Скорпиусу лекарства.
Но Драко редко оставлял сына одного, тот был ему слишком дорог. Не то чтобы в отсутствие отца ребенок становился конфликтным. Скорпиус был очень дружелюбным… пожалуй, даже слишком. Дело было в Драко, он безумно скучал по своему сыну и старался не расставаться с ним даже ненадолго.
Собрав сумку, Драко взял Скорпиуса на руки. Наступал его любимый момент — купание.
Драко отнес сына в ванную. Это была так же специально отделанная комната, каждый дюйм её стен был покрыт красочными фигурками персонажей из мультфильмов, а на плитку было наложено заклятие противоскольжения. Скорпиус подпрыгнул в руках отца, углядев огромную ванну, наполненную теплой водой.
Драко быстро раздел сына и посадил в ванну. Потянулся к гелю для душа и мылу, и отвлек внимание Скорпиуса игрушкой-лодочкой, иначе купание могло растянуться на несколько часов. Драко намылил детскую головку шампунем с запахом манго и начал энергично втирать его. Скорпиус, балуясь, плеснул водой, и Драко рассмеялся. Он смыл шампунь, быстро окатил мальчика из душа, завернул его в полотенце и слил воду.
Он знал, что за этим последует. Когда он нес Скорпиуса в свою комнату, услышал тихое сопение, за которым обычно следовала буря слез. И так каждый день. Драко пощекотал сына, дунул на пухлый животик — и это, как всегда, сработало.
Одежда Скорпиуса была разложена в комнате Драко, там он обычно и спал вместе с сыном на всякий случай: ночью могли прийти судороги или анафилактический шок.
Драко торопливо одел сына в светлые шорты и яркую футболку с любимым Вуди из «Истории Игрушек» и зашел в гостиную, чтобы забрать пингвина.
Аппарировав из своей комнаты на Косую Аллею, Драко обнял ребенка покрепче: он всегда боялся потерять Скорпиуса в толпе.
— Малыш, папа поработает, хорошо? Будь умницей, когда будешь играть с Джеймсом, — сказал Драко, прижавшись носом к макушке сына и вдыхая сладкий младенческий запах.
Скорпиус с любопытством посмотрел на отца, пытаясь понять его слова, но тут же отвлекся на пеструю толпу — наблюдал, надежно угнездившись на ручках и посасывая большой палец. Прекрасная точка обзора: Драко, с его шестью футами роста, возвышался над большинством прохожих.
Он был той еще мишенью для женских взглядов — мускулистый, красивый. Его узнавали, о нем уже два года писали в «Ведьмином Ежедневнике» как о самом завидном холостяке. У Драко было всё: внешность, власть, деньги, но он боялся наткнуться на такую же, как бывшая жена — красивую внешне, но совершенно гнилую внутри.
  
Нет уж.
Ему был нужен кто-то добрый и любящий, кто смог бы полюбить его сына как своего собственного, кого не испугают особые… потребности Скорпиуса.
Скорпиус всегда был на первом месте. Его потребности, его желания, его капризы… Он был главным в жизни Драко.
Он почувствовал, что Скорпиус возбужденно дернулся. Малыш посмотрел наверх, выводя Драко из размышлений. Он одарил сына ласковой улыбкой.
Драко заметил Блейза и Гарри, ждущих на крыльце магазина «Всевозможные волшебные вредилки», на руках Поттера сидел Джеймс. Блейз поднял руку в приветствии, а Гарри с Джеймсом двинулись навстречу.
На самом деле Драко думал, что ему очень повезло, раз его окружают такие чудесные люди. Они любят и принимают его сына таким, какой он есть. И делают его жизнь ярче и счастливее.
Когда они приблизились, Блейз сделал шаг и взял восторженного мальчика на руки, крепко его обняв.
— Эй, космонавт, — он всегда называл Скорпиуса этим прозвищем. — Я слышал, ты вчера начал ходить — ты молодец, дружище!
Гарри тоже приобнял малыша, поцеловал в макушку и — Драко был уверен — сунул ему шоколадную лягушку.
Они зашли в магазин. Внутри Драко отпустил Скорпиуса, и тот заковылял к Джеймсу, который вытащил из заднего кармана маленький золотой снитч и махал им малышу.
Внезапно из дальней комнаты раздался громкий хлопок, и все бросились туда убедиться, что с Джорджем всё в порядке. При этом Драко забыл закрыть дверь, чтобы Скорпиус не вышел на улицу.
Любопытный малыш толкнул дверь, постоял немного, а потом побежал, быстро перебирая пухленькими ножками…
  *
Гермиона Грейнджер услышала мягкий звон колокольчиков в стенах старого магазина и, поспешно крикнув: «Скоро буду!» — выбежала.
Здесь было здорово, здесь было много книг — они обступали, как будто укутывали в кокон. В магазине всегда пахло свежим кофе, булочками с корицей и апельсинами. Наверное, за это его и любили покупатели.
Маленькие пушистые пуфы и старые, потертые, но мягкие кресла с подголовниками были похожи на маленькие островки спокойствия. На полу из теплого медового дерева плясали отблески витража — красные, золотые, розовые…
В общем, было очень уютно.
Гермиона пригладила руками скромную длинную юбку и поспешила встретить новых покупателей. Однако это были не клиенты. Она увидела красивого светловолосого ребенка. Малыш лет двух на вид играл в цветных лучах: смеясь, подставлял под свет свой маленький белый сандалик и забирал обратно.
Сердце на мгновение замерло. Гермиона подошла к ребенку, который смотрел на неё с широкой улыбкой.
«Он очень похож на Малфоя» — испуганно подумала она. — «Это, должно быть, ребенок Драко — Гарри рассказывал, что у него болезнь Ангельмана».
Гермиона протянула руку, и малыш неуверенно подошел и прижался к ней. Они переместились к детским изданиям. Гермиона взяла большую подушку, усадила ребенка и вручила ему красочную книжку, которую тот начал рассматривать с жадным интересом.
Отойдя в сторону, Гермиона прошептала «Экспекто Патронум» и сообщила Гарри, где сейчас находится сын Малфоя. Гарри говорил ей, что собирался встретиться с Драко в обед, поэтому она знала, куда отправлять Патронуса.
Что ж, она сделала, что могла. Гермиона присела рядом с мальчиком и начала вместе с ним перелистывать страницы. Скорпиус залез ей на руки и обнял её за талию. Гермиона осторожно провела рукой по его волосам — медленно, спокойно.
Вскоре прогремели торопливые шаги, и Гермиона, оглянувшись, увидела стоящего над ними Драко Малфоя.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут его сын оторвал голову от Гермионы и поковылял к нему. Драко наклонился, ребенок обнял его за шею и поцеловал в щеку. Гермиона завороженно наблюдала за тем, как Драко нежно поцеловал сына в голову и осмотрел его, чтобы убедиться, что тот не поранился.
— Ох! Малыш, ты меня напугал, — мягко сказал Драко сыну, который как будто тут же забыл о нем и вернулся к Грейнджер и книжке.