Крик души (СИ)

- Значит, я испортила тогда не только день рождения, но и их помолвку?
- Я не знаю, как в таких случаях это называется, но да. Что-то вроде того.
Теперь я тем более не готова с ними встретиться. Они не заслужили такую паршивую подругу. Уж лучше я выйду из этой клиники и уеду подальше. Не хочу портить им жизнь.
- Дату свадьбу они не могли изменить. Сама понимаешь, Алексею стоило это не малых сил и денег. Но праздновать без тебя отказываются.
- Тогда я тем более не могу с ними встретиться. Слишком много натворила. Не смогу даже в глаза им взглянуть.
- Для них это не имеет значения. Они любят тебя и скучают.
- Нет. Я приносила им только проблемы и ничего более. Выпиши меня. Я хочу уехать.
- И куда ты собралась? – посмотрел на меня Егор Дмитриевич, напрягаясь всем телом. Его спина сразу выпрямилась, а плечи напряглись.
- Не знаю. Главное, подальше. Не хочу и дальше портить жизнь самым дорогим людям. Они должны жить и радоваться, а не разгребать мое дерьмо.
- Но ты уже не та. У тебя нет зависимости.
- Ты сам говорищь, что бывших наркоманов не бывает.
- Да. Но если ты не будешь убегать от поддержки и любви близких, то сможешь прожить всю жизнь без рецидивов.
- А если не смогу? Они снова будут терпеть хаос, что я создам? 
- А если сможешь? Ты думаешь, что избежишь рецидива, убежав в другой город, где будешь одинока? Да ты максимум через месяц начнешь выть от одиночества и самобичевания, и начнешь искать барыгу.
- Не начну, - произнесла уверенно, хоть на самом деле я ни в чем не уверена.
- Слушай, здесь у тебя всегда буду рядом я. Если вдруг рука снова потянется к таблеткам, ты всегда сможешь позвонить или приехать. Не беги. Останься. Здесь люди, которые тебя любят и переживают за тебя. Они хотят заботиться о тебе. Так позволь им это. Не решай за них.
Может он и прав. Рядом с Лешкой меньше шансов, что я вернусь к наркотикам. До конца жизни буду заглаживать перед ним и Владом вину. А если убегу, то вполне могу снова слететь с катушек.
Убежать ведь я всегда успею?
- Ладно. Я согласна встретиться с Лешкой.
- Кэт, ты умница, - подарил дядя доктор мне улыбку, заметно расслабившись. – Сейчас ты правильно поступаешь.
- Мы сможем с тобой после выписки видеться за пределами клиники?
- Думаешь, в этом будет необходимость?
- Ты только не подумай, я буду платить. Просто мне так будет легче вернуться к нормальной жизни.
- Ты не думала о психотерапии? 
- Мне не нужен мозгоправ. Просто я так привыкла с тобой болтать, что не готова, чтобы это резко прекратилось.
- Хорошо, мы будем видеться. Но только без оплаты. Не оскорбляй меня.
- Когда я смогу поехать домой? 
- Если после встречи с Алексеем ты будешь уверена, что готова, то я тебя выпишу.
- Спасибо, Егор Дмитриевич. Я никогда не забуду твою помощь.
- Кэт, для меня главное, чтобы дальше у тебя было все хорошо.
***
Я сижу в холле клиники, смотрю в пол и нервничаю. Все вокруг в светлых тонах, чтобы ничего не раздражала нервную систему пациентов, а, наоборот, успокаивало. Но мне это не помогает. С каждой минутой ожидания внутри все сжимается в нервный ком. 
- Кэт, привет, - услышала голос друга. Увидев Лешку, я замерла. Заранее приготовила целую речь с извинениями, но сейчас не могу зацепиться ни за одну фразу. – Ну ты чего, не плач, - сел он рядом и крепко обнял. – Все хорошо. Все плохое позади.
Я плачу? Даже не заметила этого. Кажется, что я даже забыла как дышать. Мне так не хватало его тепла, его объятий.
- Прости меня.
- Кэт, не нужно. Никто не злится и не обижается на тебя. Сейчас важно только то, что ты со всем справилась и можешь вернуться к нам.
- Нет. Я так виновата перед тобой и Владом.
- Ты ни в чем не виновата. Не думай об этом.
- Я люблю тебя. И очень скучала.
- Тогда почему больше полугода отказывалась от встречи? Я уже начал бояться, что никогда с тобой не увижусь.
- Мне было слишком стыдно перед вами.
Лешка отстранился от меня и начал рассматривать мое лицо, после чего начал говорить, глядя прямо в глаза:
 
- Никогда больше в своей жизни не стыдись меня и Влада. Мы семья. Что бы не случилось, всегда поймем и поддержим. И всегда простим.
- Я вижу, у вас все хорошо, - подошел к нам Егор Дмитриевич. 
- Все прекрасно, - ответила, вытирая слезы.
- Тогда иди за вещами. Тебе давно пора домой.
- Правда? – вскочила я на ноги. – Ты не шутишь?
- Стал бы я шутить после восьми месяцев твоего заточения, - улыбнулся дядя доктор. – Как ты называла это место? Тюрьмой, кажется?
- Я была не права. А ты лучший доктор. Спасибо, - я подошла к мужчине и поцеловала в щеку. Безмерно благодарна ему. Он спас меня во всех смыслах этого слова. – Не забывай, ты обещал продолжить со мной общаться.
- Я никогда не нарушаю своих слов, - снова улыбнулся Егор Дмитриевич. – Беги уже. Парни и так слишком долго ждали тебя.
Я быстро покидала вещи в сумку и уже через пять минут сидела в машине с Лешей.
- А где Влад?
- Дома. Готовит праздничный ужин.
- Я тебя так и не поздравила, - произнесла виновато. – Я очень рада за вас. Вы молодцы, что решились на такой шаг.
- Спасибо и прости, что поженились без тебя. Но мы семь месяцев ждали, чтобы отпраздновать. Ведь единственный человек, с которым мы хотим разделить свою радость, это ты. Но сегодня мы празднуем твое возвращение. А уже завтра в ресторане отметим нашу свадьбу.
- Отличная идея.
- А что у тебя с Егором Дмитриевичем?
- Ничего. Он мой врач. И новый друг.
- Ну-ну, - ответил Лешка с улыбкой.
- Никаких ну-ну. Он четко дал понять, что у нас отношения строго в рамках между врачом и пациентом. Так что давай без всякий намеков.
- Но теперь ты не его пациентка.
- Это ничего не меняет.
- Но ты же что-то чувствуешь к нему. Это видно.
Да, я много разных чувств испытываю к нему. Когда он раскрылся передо мной с другой стороны, не как мой лечащий врач, а как обычный человек, я увидела прекрасного мужчину. Он очень чувственный, но столько эмоций сдерживает внутри.
Рассказывая, за что он любит свою работу, о своих ежегодных прыжках с парашютом, о помощи приютам с бездомными животными, о своих попытках научиться готовить, и еще о многом другом – его глаза оживали. Они переставали быть уставшим отражением одиночества, а становились вечным огнем жизни.
И мне кажется, что я влюбилась в него. Но вдруг я снова путаю свои чувства, и это не любовь, а благодарность? Да и какая разница, если чувства не взаимны? Он старше на двенадцать лет. Я наркоманка. Кто захочет с такой строить серьезные отношения? Никто теперь не увидит во мне мать своих будущих детей.
- Да, чувствую. Благодарность.
- Не ври хоть себе.
- Я не хочу об этом думать. Если я для него лишь пациентка, то мои чувства не имеют значения.
- Ладно, я больше не буду лезть с этим к тебе, - тяжело вздохнул друг. – Пока тебя не было я сделал ремонт в твоей квартире. Егор Дмитриевич сказал, что так будет лучше. Надеюсь, ты не против.
После всего, что я натворила, как он может быть таким заботливым? Он, видимо, все предусмотрел, чтобы мне было хорошо. А я даже не знаю, как его отблагодарить.
- Не против. Как только разберусь с наследством, отдам тебе деньги.
- Ты забыла, как подписывала доверенность на меня? – поинтересовался Лешка с удивлением. А я только сейчас вспомнила, что Егор Дмитриевич несколько месяцев назад давал мне подписывать какие-то документы. – Ты уже давно вступила в права наследства. Все документы у тебя дома. И ремонт я делал с тех денег, что были на твоей карте. Их хватило. Большую часть мы с Владом сделали сами.
- Точно, я совсем забыла про доверенность, - постаралась сказать уверенно. – Леш, отвезешь меня завтра на кладбище?