Эффект Грэхема

Некоторое время я плаваю на спине, а потом вдруг вспоминаю нечто очень важное.
– Эй, погоди-ка, а как зовут ухажера В? Давай, выкладывай.
Диана подплывает ко мне, медленно рассекая воду. Время тянет.
– Что, правда, Карл?
Она в ответ вздыхает.
– Персиваль.
У меня рот так и открывается.
– И ему всего двадцать шесть? Что за родители так поступают с ребенком? Он хотя бы откликается на Перси?
  
– Ему не нравится имя Перси, но, может, я его уговорю, – Диана начинает плыть рядом со мной, посмеиваясь. – Знаешь что? Мне даже неважно. Мне нравится Персиваль. Он-то мне и нужен.
Следующий час мы проводим в бассейне, плавая и болтая о всякой ерунде. Потом еще час валяемся на солнышке, пока живот у меня не начинает урчать так, что его уже невозможно игнорировать.
– Черт, Джи, утихомирь его, – ухмыляется Диана.
– Ничего не могу поделать. Умираю от голода.
– Хочешь, закажем что-нибудь на обед?
– Не могу. Я встречаюсь с Уиллом в городе. Кстати… – Я резко сажусь и засовываю руку в сумку в поисках телефона. – Надо бы время посмотреть.
– Ты знаешь, что я думаю о твоих отношениях с Уиллом, – Диана цокает языком. – Нечего общаться с друзьями бывшего.
– Ну, изначально он был моим другом. – Смотрю на экран. – Черт. Почти час. Скоро надо выдвигаться. Не хочешь к нам присоединиться?
– Не-а. Я пробегусь по тем движениям, которые мы выучили утром на тренировке. Но вечером возвращайся. Появился новый канал с реалити-шоу, и они запустили целую сетку всяких проектов, некоторые просто безумные. Потрясающее зрелище.
– О боже, ты смотрела «Интрижка или судьба»? Мы с мамой одержимы этим шоу.
– Да! – выпаливает Диана, и в итоге мы еще пятнадцать минут обсуждаем лучшее (и при этом – худшее) шоу о свиданиях во всем мире. Чепуха, на которую почему-то тратишь по десять часов своей жизни, а потом сожалеешь об этом.
В итоге я вынуждена прервать этот чудесный разговор, потому что пора зайти в квартиру и переодеться к обеду.
* * *
Не только Диана корит меня за то, что я по-прежнему близка с друзьями Кейса. Об этом мне твердят практически все, и их предупреждения маячат где-то на задворках моего подсознания, пока я иду к ресторану «У Сьюзи», где встречаюсь с Уиллом Ларсеном.
В свою защиту скажу, что я действительно подружилась с Уиллом задолго до того, как начала встречаться с Кейсом. Он, как и я, родился в Бостоне, мы ходили в одну старшую школу. Даже на пару свиданий сходили, пока не поняли, что таких платонических отношений, как у нас, наверное, ни у кого не было, нет и не будет. Химии – ноль.
Именно Уилл познакомил меня с Кейсом на первом курсе, он же убедил сходить с Кейсом на свидание. Я всю жизнь играла в хоккей и старалась не встречаться с хоккеистами. В основном потому что знаю, какие они.
Они – известные бабники.
Хм. Если задуматься, получается, все случившееся – вина Уилла.
– Привет, – обнимаю его, когда он встает из-за стола.
Уилл звонко целует меня в щеку и ослепительно улыбается. У него очарование соседского парня, перед которым редкая женщина устоит.
– Смотри-ка, – он демонстрирует мне ламинированную страницу. – Новое меню.
– Какой сюрприз.
Они тут меню меняют где-то раз в месяц. Такое ощущение, что владельцы никак не могут определиться, какой ресторан хотят содержать.
– Сэндвичей с деревенским хлебом больше нет, – сетует Уилл. – Как жаль. Они мне нравились.
– Да, шикарные были сэндвичи, – пробегаю взглядом по меню и хмурюсь. – Что-то многовато суши. Это настораживает.
Уилл посмеивается.
– Может, они переименуют свое заведение в «Суши у Сьюзи».
– Нет, тогда уж лучше в «Суперсуши-шоп у Сьюзи». Попробуй произнести это раз пять подряд.
– Точно, а потом начнут подавать суп и превратят эту контору в «Суперсуши-шоп и суп-шоп у Сьюзи».
– Да, так еще лучше.
Мы продолжаем изучать меню. Мне даже жалко владельцев. Они открылись два года назад и с тех пор пытаются удержаться на плаву. Меж тем у дверей их главного конкурента, трактира «У Деллы», вечно стоит очередь. Правда, «У Деллы» здесь уже целую вечность, это излюбленное местечко и почти городская достопримечательность. Мама, когда училась в Брайаре, работала там официанткой.
Мы с Уиллом останавливаемся на бургерах с картошкой фри. Так безопаснее, чем заказывать суши в заведении, где еще на прошлой неделе весь день подавали одни завтраки.
– У тебя же благотворительная игра на этой неделе, верно? – спрашивает Уилл, пока мы ждем заказ.
Я киваю.
– В четверг. Хочешь прийти поболеть?
– Если тренировочный лагерь меня не добьет, обязательно.
– Как идет формирование новой команды?
– О, да просто идеально. Знаешь, мы прямо как вода и масло. Они ведь так хорошо смешиваются.
Меня пробирает смех.
– Все настолько плохо?
– Хуже, чем ты думаешь. Эти парни из «Иствуда» такие злобные!
– Да, уверена, только они, – сухо замечаю я.
Уилл упрямо качает головой.
– Я просто о чем говорю, это ведь они фактически пришли к нам в дом. Могли бы вести себя повежливее.
– Видишь, вот в чем проблема. Ты говоришь, это ваш дом. Будто им здесь не место.
– Так им и правда не место, – ворчит друг, но уже с улыбкой, хоть и немного печальной. – Но я тебя услышал. Может, мы и правда отвечаем им тем же. В любом случае еще только второй день лагеря, а все уже готовы поубивать друг друга. Мы в этом году даже в плей-офф не выйдем, что уж говорить о финале.
Снисходительно треплю его по руке.
– Не переживай, сладкий. Как минимум одна хоккейная программа Брайара выиграет в этом году «Замороженную четверку». Женщины вас прикроют.
– Вот спасибо.
Тут подходит официантка с нашими напитками, и Уилл на некоторое время присасывается к своей газировке, а потом вдруг заявляет:
– Миллер переводится.
Миллер Шулик – еще один игрок «Брайара», причем чертовски хороший. В прошлом году играл во второй линии. А еще он очень приятный парень. На самом деле единственный его недостаток в том, что его лучший друг – Джордан Трагер.
– Сегодня утром сказал, – мрачно добавляет Уилл. – Тренер нашел ему место в Дулуте [16], в Миннесоте.
– Там хорошая программа.
– Ага. Если здесь он входит в десятку лучших, там будет в тройке. Явно шаг вперед. Просто так жалко, что он уходит. В пятницу вечером устраиваем ему прощальную вечеринку. Барбекю, выпивка. Может, посидим у костра. Ты придешь?
– Конечно. – Мне нравится Миллер. Грустно, что он уедет. – Действительно, до чего жалко. Почему Трагер не может перевестись?
– Потому что чудес не бывает.
Я фыркаю. Даже сокомандники Джордана его не выносят.
– Короче, скажи своим девчонкам про вечеринку для Миллера. Чем больше народу придет, тем веселее будет. Мия уже вернулась со своих шикарных каникул?
Мия, моя соседка, еще и одна из моих лучших подруг по колледжу. Ее отец – посол США в Мальте, а мать – наследница транспортной империи, так что лето Мия проводит, загорая на средиземноморских яхтах и отдыхая на роскошных европейских виллах.
– Ты же ее знаешь, она явится в последний день перед началом занятий. Зато Диана в городе.
– Круто. Возьми ее с собой на вечеринку.
Я вопросительно изгибаю бровь:
– Кого-нибудь из новых ребят пригласите?
– А ты, блин, как думаешь?
– Значит, нет.
– Конечно, нет. Зачем ходить Миллеру по больным мозолям?
Подходит официантка с нашей едой, мы благодарим ее, и Уилл тут же хватается за чизбургер, откусывает и жует первый кусок, кажется, целую вечность.
Когда он заговаривает снова, я понимаю, что вся его невозмутимость напускная, так сказать, прелюдия к следующему вопросу.
– Так что происходит между тобой и КК? – Его равнодушие тут же разлетается вдребезги.
Смеясь, закидываю в рот картошку фри.