До встречи с тобой (СИ)

— Ольга Валерьевна, вы… станете моей женой? — разжимаю кулак, открываю футляр и поворачиваю к ней.
Она смотрит на меня, не веря своим глазам. В комнате повисает тишина, нарушаемая только нашим дыханием. Я вижу, как в ее глазах начинают блестеть слезы, и мое сердце замирает в ожидании.
— Илья... — шепчет она, делая шаг ко мне. — Ты серьезно?
— Более чем, — отвечаю я, чувствуя, как волнение охватывает меня. — Я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Ты — мое все, Лялька. Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете, и я хочу, чтобы это счастье длилось вечно.
Она делает еще один шаг, и я вижу, как ее губы дрожат. Она протягивает руку, и я надеваю кольцо на ее палец. Оно идеально подходит, как будто создано специально для нее.
— Да, — наконец произносит она, и я чувствую, как радость переполняет меня. — Да, Туманов, я стану твоей женой.
Я обнимаю ее, чувствуя, как ее тело дрожит от эмоций. Мы стоим так, обнявшись, и я понимаю, что это — самый счастливый момент в моей жизни. Мы вместе, и впереди нас ждет только счастье.
— Я люблю тебя, — шепчу я ей на ухо, и она отвечает мне тем же. Мы целуемся, и я знаю, что теперь у нас есть все, о чем мы мечтали. Мы — семья, и это самое главное.
*****
Спустя три года.
— Илюш… Я все, — в ординаторскую заходит моя жена.
На ней красивое, летнее, легкое платье фиолетового цвета. Выгодно подчеркивающее все нужное. А нужного там много. Грудь, ставшая пышной, люблю ее сжимать в своих ладонях. Под грудью темный ремешок… а под ремешком… мое сокровище. Наше.
— Документы подписала, все. Я официально в декрете. Мои палаты отдают Сереге. Ты следи тут за всем, ладно? — слегка хмурит носик. — Боже, как я их оставлю? — смахивает слезинку с глаз.
Встаю из-за стола и немедленно притягиваю свою красавицу ближе.
— Ой, — пищит, а я весь напрягаюсь, ну мало ли что. — Вот, подпишите Илья Валентинович, — деловито сует мне в руки стопку документов, — С этого дня я официально в декретном отпуске. — Улыбается хитро. — Ждите меня через год, — щиплю ее за круглую попку, а она закатывается от смеха.
— Никакого через год, Ляль, забудь. — Строго возражаю. Она прекрасно знает, что я против ее выхода на работу так рано. Пусть занимается домом и семьей. Работа врачей - это сложно, ответственно…
— Ой… — вновь пищит Олька, — Толкается, — прикладывает мою руку к семимесячному животу. И я… таю. — Я просто съела шоколадку, а ей мало. Всю меня побила.
Ощущать движения нашей дочки вот так.. это космос. Я видел сотни беременных женщин, принимал роды, но когда это твое. Твое продолжение и твоя кровь. Все совсем по другому ощущается.
— Сядь, подожди и скоро домой поедем.
Три года назад Лялька сказала мне «да». Счастливее момента я думал, не будет. Потом свадьба в тесном кругу друзей и близких. Свадебное путешествие… в Подмосковье, на тихую базу отдыха. Потому что отпуск был только на ноябрь, а мне хотелось побыстрее.
К вопросу о детях мы подошли серьезно и основательно. Оля доучилась, устроилась к нам в центр врачом, проработала целых два года и только потом… мы решились. Получилось все с первого раза. На нашей счастливой базе отдыха. И сегодня моя девочка уходит в декретный отпуск. Вернется ли она из него спустя три года, я еще не решил. Но мне кажется, Ольга Валерьевна будет не против. Если что, то уговорю. Любя.
— Я тебя люблю, — сказал ей впервые, стоя посреди гардеробной в нашей новой квартире. Посреди нашего дома. — До встречи с тобой я не знал, что так можно. Сильно и люто. До последнего вздоха.
Лялька тихо плакала в моих руках, а я шептал и шептал, слово прорвало. Говорил ей о своих чувствах, о том, что она моя и что я без нее не могу. Крутила колечко на пальчике, а потом целовала солеными от слез губами.
Надувное матрас, кстати, нам там пригодился. Хорошо, что я его купил на всякий случай.
Мы вернулись домой после работы, и я почувствовал, как напряжение последних дней начало спадать. Моя жена теперь будет спокойно ждать меня дома, а я лететь к ней на всех парах. Лялька, все еще держа меня за руку, посмотрела на меня с нежностью и благодарностью.
 
— Ты знаешь, — начала она, — я всегда мечтала о таком доме, о такой семье. И теперь, когда у нас это есть, я чувствую себя самой счастливой женщиной на свете.
Я улыбнулся и обнял ее, чувствуя, как тепло ее тела передается мне. Мы прошли в гостиную, где на стенах висели наши фотографии, запечатлевшие самые счастливые моменты нашей жизни.
— Я тоже счастлив, — ответил я, — потому что у меня есть ты. Ты — мое вдохновение, моя поддержка, моя любовь.
Она прижалась ко мне еще крепче, и я почувствовал, как ее сердце бьется в унисон с моим. Мы стояли так, наслаждаясь моментом, и я понял, что нет ничего важнее, чем быть рядом с ней.
— Давай пообещаем друг другу, что всегда будем вместе, — предложил я, глядя ей в глаза. — Что бы ни случилось, мы справимся со всем, потому что у нас есть наша любовь.
Она кивнула, и я увидел, как в ее глазах блеснули слезы радости.
— Я обещаю, — прошептала она, — что всегда буду рядом с тобой. Ты — моя жизнь, моя любовь, мой мир.
***
Спустя еще пять лет.
Туман.
— Илья! Я тебя убью! — злая жена вылетает из ванной, шипит как разъяренная кошка держа в руках тесты. — Ты… ты… ты говорил, что…
— Тише, — перебиваю ее, указывая на закрытую дверь в детскую. — Маюша спит, еле уложил.
— Илья… я тебя убью. Я хочу поработать…. А ты, ты … — стучит кулачками с зажатыми тестами мне по груди. Аккуратно отстраняю и достаю тесты.
— Ляль, у тебя еще есть шесть месяцев. — сглатываю вязкую слюну. — Ляль… ну ты что. Не рада?
Она поднимает на меня заплаканные глаза и я тону в ее нежности и женственности. — Опять грудь подрастет… — подбираю более менее аргументы, — Попа, — сжимаю рукой задницу жены.
— Илья, я… рада, — слезы уже бесконтрольно текут по ее розовым щекам, собираю каждую губами и шепчу, шепчу кучу нежностей и благодарностей. Благодарю судьбу за такую женщину, за нашу встречу и что я ее дождался, заслужил не знаю за какие такие заслуги.
— До встречи с тобой? — тихо говорит.
— До встречи с тобой. — Отзываюсь.
Вместо всяких слов и признаний.
Через шесть месяцев Оля родила прекрасного и здорового Матвейку. А я уже пять лет работал заведующим гинекологическим отделением в центре Романова. Олька, выйдя из декрета, продолжит работать под мои руководством, ей не привыкать, да?
Папа Валера живет тихой счастливой жизнью в ближнем Подмосковье вместе Марией Витальевной, его реабилитологом из санатория.
Матвейка рос не по дням, а по часам. Его первые шаги, первые слова — все это было для нас настоящим чудом, как в первый раз. Оля, вернувшись на работу, быстро вошла в привычный ритм. Она всегда была профессионалом своего дела, и теперь, работая под моим руководством, она продолжала показывать высокие результаты. Мы с ней часто обсуждали рабочие моменты дома, и это только укрепляло нашу связь.
Папа Валера и Мария Витальевна стали настоящей опорой. Мы часто ездили к ним в Подмосковье, где проводили время всей семьей. Шашлыки, баня, бассейн — все это стало нашими семейными традициями. Дети обожали эти поездки, а мы наслаждались возможностью отдохнуть и провести время с близкими. И не отказывались от возможности оставить детей любимому деду, сбегали в уединенное место чтобы побыть наедине, только друг для друга.
Каждое воскресенье мы собирались за большим столом, делились новостями и планами на будущее. Эти моменты были для нас бесценными. Мы знали, что, несмотря на все трудности, мы есть друг у друга, и это самое главное.
Однажды, сидя у камина и наблюдая, как дети играют с дедушкой, я понял, насколько мы счастливы. Наша семья — это наша крепость, наш дом, наше все. И я был благодарен судьбе за каждый момент, проведенный с ними.
— До встречи с тобой…
—До встречи с тобой…
Для каждого из нас эти слова значили много, с разным смыслом, но с с одинаковой силой.