До встречи с тобой (СИ)

Резко открываю глаза. Илья.
Молча смотрю на него. Проверяет капельницу, закручивает колесико и вынимает иглу из моей вены, пластырь сверху.
— Спасибо, — сиплю в ответ.
— Ляль, ты как? Почему ничего не поела? Давай вместе поедим? А то уже обед скоро, а ты…
— Илья, — обрываю его, — Скажи ты знаешь что-то про папу? Умоляю тебя, — ловлю его за руку, пока он рядом с тумбочкой кружит, срывая крышки с упаковок еды.
— Ляль, мы с тобой сейчас будем кушать и я все расскажу, хорошо?
Я с облегчением выдыхаю. Ведь если бы плохо было, то он не был таким спокойным, не смотрел в мои глаза так отрыто и честно. И не предлагал бы вместе позавтракать. Ну вот точно!
—Да, хорошо, — соглашаюсь и мой желудок тоже, его сигнал даже Илья слышит.
Он садится рядом на кровать, придвигает тумбочку и выдвигает у нее столешницу вперед, преобразуя из нее столик. Ставит на нее йогурт, кашу, чай. И достает из кармана маленькую шоколадку.
— Ешь, и я наблюдаю за тем как ты ешь, Оля. — тоном врача проговаривает и смотрит пристально на меня. Протягивает ложку и контейнер с кашей. — Вся информация только после завтрака.
Он берет стаканчик с кофе, отдельно себе принес? Я даже не заметила и запах не услышала.
Активно уплетаю кашу. Беру бутерброд с сыром. Ем. Наплевав на то что там обычный хлеб. Я ем! Все, что угодно съесть готова. А Илья напротив не сводит с меня внимательных глаз.
Пьет один кофе.
— Возьми, — достаю и протягиваю ему еще один бутерброд. — Мне девочки сегодня с утра принесли.
Мы едим в тишине. И у меня есть время чтобы насмотреться на этого мужчину. Вот так близко и … наедине.
У него уставшие, покрасневшие глаза с лопнувшими капиллярами. Он оброс и трехдневная щетина торчит в разные стороны непослушными каштановыми колючками.
Между бровей складка будто увеличилась, такое бывает когда человек много хмурится.
— Я все, — выдаю когда мой желудок полон. — В меня уже не лезет.
Ерзаю в нетерпеливом волнении на кровати в ожидании его расказа. Но Илья н спешит. Доедает свой бутерброд, допивает кофе, аккуратно убирает столик обратно и выкидывает упаковки в урну.
— Ты не хочешь мне говорить? — спрашиваю не выдержав.
— Ляль, на самом деле мне пока тебе нечего рассказать. Я жду звонка от своего приятеля. И уже по той информации которую он сообщит мы начнем действовать.
— Но ты знаешь. Что там с папой, да? Ты знаешь…— вскакиваю с кровати и схватив Илью за руки внимательно смотрю в его глаза. — Ну скажи мне Илья… — слезы вновь глаза застилают.
— Не плачь Ляль, — вытирает мои щеки нежно пальцами, — Папа твой ранен, но я сделаю все, что бы он вернулся домой побыстрее.
Глава 50. Мысли.
Оля.
Мое сердце с ритма сбивается и ладони потеют от стресса и нервов.
— Как ранен… — шепчу и всхлипываю, Илья меня обнимает в утешающих объятьях. — Папочка мой милый… у него… сердце уже… — между всхлипами пытаюсь говорить, — и он… на таблетках.
— Ляль, я жду новостей оттуда где он. Для тебя сейчас важно и для него важно, чтобы ты была сильной и не расклеивалась. — бодрым голосом меня поддерживает.
— Папа всегда говорит чтобы я была стойкой. Илья, - задираю голову и на него смотрю, — Илья… я не могу крестному дозвониться. Он куда -то уехал тоже. Он бы мне смог что-то сообщить. И я очень переживаю за них. За папу. Он же мой родной и единственный.
Он смотрит на меня внимательно и участливо. Вытирает мои щеки вновь и вновь и успокаивающе качает на руках как маленькую девочку. Прижимается потом подбородком к моей макушке.
— Ляль все хорошо будет, верь мне. Наши там и все решат. Связи нет, потому что вышка пострадала. А если бы что-то плохое случилось, трубили бы во всех новостях.
Я активно киваю молча и вновь к его груди прижимаюсь, вдыхая его запах и ощущая его поддержку.
Илья убирает остатки нашей трапезы и садится напротив на стул. Я на него смотрю и мы молчим.
— Отдохни Оль. Попробуй уснуть. — А сам еле держится.
Он такой потрепанный. Еще больше это отмечаю, смотря на него вот так. Густая короткая щетина его старше делает, тверже очерчивая скулы и подбородок. Он всегда на работе гладко выбрит и свеж. Сейчас передо мной не лощеный и одетый с иголочки, в белоснежную медицинскую пижаму, врач. Сейчас он совсем другой. Темно-синие джинсы под халатом и бежевая рубашка не первой свежести, это не уменьшает его мужественности и полной отдаче во всех делах, перфекционизма в работе. Я ощущаю, что он делит мои проблемы вместе со мной. И мне от его поддержи легче. Сейчас передо мной мужчина старше меня, умнее, мудрее, сильнее. Закаленный, с характером и принципами.
 
Он устало потирает покрасневшие глаза, откидывается на спинку стула и прикрывает их. А через несколько минут по размеренному дыханию я понимаю, что он уснул. Вот так: сидя на неудобном стуле в сидячей позе он заснул за секунды.
Не хочу его потревожить или разбудить.
Мне же спать совсем не хочется, кажется, я выспалась на месяц вперед. Тихо поднимаюсь с кровати и нырнув в больничные тапочки, выданные мне заботливой Анечкой, подхожу к окну.
На улице сквозь серые тучи проглядывает солнце. Оно еще не весеннее, но… весной происходят перемены в жизни. Она уже скоро, настоящая: с капелью и прилетом щебечущих птиц, с набухшими почками, голубым небом и ярким солнцем. Перемены… А я их очень боюсь. Я боюсь, что папочка мой не вернется ко мне. Что я останусь одна на этом свете. Что он как и мама, уйдет из моей жизни, оставив меня тут.
Он у меня мужчина в полном расцвете сил. Столько лет он посвятил себя мне. Прожил самые яркие годы один, без женщины рядом, храня в сердце воспоминания о маме и не давая мне о ней забывать, пусть и видела я ее только на фото и видео.
Есть у нас дома несколько записей где мама мной беременная ходила. Папа так нежно с ней общался, будто интервью давал. А мама расспрашивала его и расспрашивала. Видео смешное перед глазами, где они спорят как меня назвать. Мама хотела Олю, а папа хотел Майю.
Вытираю вновь мокрые глаза смотря на свое отражение в мутном стекле.
Я всегда была борцом. Боролась за все в своей жизни. Мои успехи - это результат каждодневного упорного труда. Что в детстве, что сейчас. Мое место в этом медицинском центре… сколько бессонных ночей за этим? Сколько исписанных листов, часов тренировок за тренажерами… десятки…не счесть. В библиотеках пропадала…
Мне так хотелось, чтобы папа мной гордился. Чтобы он мог всем вокруг говорить: «Моя дочь врач. Она спасает жизни. Помогает маленьким человечкам придти в этит мир»
«Господи, пусть папочка домой вернется поскорее. Услышь меня. Мамочка, и тебя я молю, помоги мне. Пусть папа домой живым приедет…»
Вибрация телефона заставляет повернуться к Илье. Он безмятежно и крепко спит. Руки чешутся провести по его непослушным волосам, потрогать щетину. Провести руками по морщинам и разгладить их. Он так рядом…
Телефон не прекращая вибрировать вновь и вновь разрывается.
— Илья, — тихо зову его. — Илья, телефон.
Он открывает глаза и сразу в карман рукой лезет.
— Да Клим, — с серьезным лицом принимает вызов, встает, — Я еще зайду, — целует меня в макушку и выходит из палаты. — Я слушаю тебя… -доносится уже из коридора.
Кто такой Клим? Мне нужно узнать, вдруг это новости по папе.
Глава 51. Поиск ответов.
Оля.
— Ляль, чашка чая, бутерброд и беги, — моя тетушка Агата прибыла в столицу позавчера. В аккурат к моему возвращению домой. Мы пробыли с ней день дома и вот сегодня, я выхожу на работу.
Хватит сидеть дома в неизвестности. Время тянется как резина. Илья мне так ничего не сообщил. Попросил просто подождать точных новостей.
И я… жду.
На хочу пью чай и откусываю бутерброд с авокадо и подобием яйца пашот.
— Не порть свою моську лишней гримасой. Ешь то что дали, ну не получаются у меня эти… яйца ашота! — ругается тетушка, вытирая руки о передник стоя у раковины на кухне, — Кухня это не мое, а вот театр, там я дива и гуру, между прочим, мне предлагают взять курс студентов на мастер класс.