До встречи с тобой (СИ)

— Не официально…
— Да, — коротко поясняю, выкидывая окурок в рядом стоящую на перилах пепельницу.
— Срок?
— Вчера.
— Все будет. Посидишь со мной?
— Не могу, Клим. Домой надо.
— Да ладно, Туман, тебя ждут? — приподнимает бровь в усмешке.
— Ждут.
Ухожу из клуба и еду домой.
Клима я знаю уже несколько лет. Привозил мне рожать свою жену. И так получилось, что общаться начали немного. Только, что у него в жизни произошло, что он сейчас один…Захочет, расскажет сам.
Глава 39. Планы.
Туман.
— Ляль, просыпайся, — тихо глажу нежную щечку пальцами, кайфуя от ее бархатистости.
Когда я ночью домой приехал, она мирно спала, свернувшись как котенок. Не стал ее будить, переложил на свою кровать и убрал оставленную для нее записку.
Меньше знает крепче спит.
Ставлю ароматный кофе на тумбочку рядом. Смотрю на сопящую девушку и желание прилечь рядом, забить на работу и проспать весь день, увеличивается. Но, мне ж нельзя. Я врач, а значит, в любом состоянии я ползу в центр. У меня пациенты. И… дежурство. Сегодня. После, практически, бессонной ночи. Ладно, прорвемся. Не в первой.
— Ляль, — щекочу за голую пятку торчащую из под одеяла.
Кто б меня так будил…. Кофе в постель. А на кухне уже готовы сендвичи. Все на что я способен утром. Новомодное название бутербродов с кучей зелени и чем-то белковым. Сегодня это тунец и яйца.
Я не спал практически. Не смог уснуть. Рядом сопела Олька, а я глаз сомкнуть не мог. Слушал ее мирное , тихое посапывание и считал овец, тараканов… ничего не помогло. Как рядом с ней можно просто спать? Она пахнет вкусно, так что мой член всю ночь то и дело реагировал. Особенно когда она на меня свою ногу закинула. А потом попой к паху прижалась. Так и лежал, не шевелясь.
— Ляль…
Светлая голова начинает шевелиться, появляясь из под одеяла. Глаза еле открываются.
— Привет… — тихо шелестит, осматривает меня полуодетого… в одних брюках.
— А который час? — спохватывается и уже осознанно вскакивает на кровати. — Блин, я проспала… — досадливо.
— Не проспала, еще два часа до смены. Рано. — встаю с кровати и удаляюсь в гардеробную, от греха подальше, подальше от этой сонной и такой красивой нимфы.
— Оу. Это мне? — удивленно что ли как то.
— Ты про кофе? Да, тебе. Пять минут и завтракать.
Слышу как босые ноги торопливо шлепают в сторону ванной. Я же успеваю надеть рубашку и заправить постель.
— Мне нужно заехать домой. Переодеться перед работой. Взять зарядку, такси сейчас…
— Заедем. — Перебиваю, — а такси отмени.
Меня злит ее самостоятельность и независимость.
Она смотрит на меня с подозрением, но молча достает телефон из кармана и тыкает отмену такси, послушно и безоговорочно.
— Спасибо за завтрак, — отодвигает едва съеденный сендвич и полупустую чашку с кофе.
— Ты почему не ешь? Не вкусно?
— Нет, вкусно, — быстро отвечает, — просто я не голодна, — чуть подергивает плечиком и глаза отводит. — Я готова.
Через два часа мы уже в отделении. Я погружаюсь в работу. Сегодня большой прием и поток пациенток. Олька крутится рядом, впитывает информацию как губка и выдает достаточно хорошие ответы на все мои вопросы. Проводит вместе со мной осмотры. Сама на обход отправляется и даже проверив листы ее назначений и анализов пациенток, убеждаюсь, передо мной молодой перспективный врач.
Я не ошибся когда оставил себе ее.
В кармане вибрирует телефон. Как раз обеденное время и за столом в кафе рядом со мной никого нет.
— Да, — принимаю вызов.
— Здоров, я все нашел, — хриплый ото сна голос Клима и тут же следует громкий зевок. — Ты заставил меня сегодня очень рано проснуться, в мой выходной, Илья. Всю инфу скину тебе на мейл. Но… хочу сразу сказать. Там сплошная задница.
— Спасиб Климыч, буду должен.
Хриплый смех в трубку. Чем может врач гинеколог помочь мужику? Да хрен там.
— Учту, ладно. Если что, звони, помогу решить этот ребус.
Открываю электронную почту и скролю файлы сброшенные мне другом.
Владелец авто: Богомолов Артур Семенович. Двадцати семи лет. Не работает, тут же его номер телефона. Так окей. Гуглю фамилию и понимаю, что передо мной обычный мажор и мамочкин сын. Места тусовок пробиваю через его соцсеть, в век интернета сложно утаить что-то. Особенно если ты выкладываешь любой свои чих. На фотографиях куча таких же дегенератов и толпы девчат. А вот и последняя публикация: « Завтра в Лотосе будет улетно!»
 
Да точно, полетаем. Лотос у нас пафосный клуб для золотых сыночков и дочек.
«Клим, прокатимся завтра до ночного клуба?» : пишу другу.
«У меня есть выбор?»
Маски шоу обеспечен.
Мы конечно скоро поедем в Лотос, но сначала нам надо отдежурить.
Глава 40. Напряги извилины.
Лялька.
— Фух, — присаживаюсь на крохотный диванчик в сестринской.
— Олечка Валерьевна, вас скоро сквозняк в коридоре будет по углам прибивать. Худющая… давайте с нами чайку, — Чума подмигивает и заботливо пододвигает мне вазочку с черешневым вареньем и контейнер с творожным печеньем. — Сама закручивала, кушайте. Сестра с юга прошлым летом приперла три ведра черешни. Она у меня в Краснодаре живет. Еще земляники ящик привезла. Я насушила. Чаек с ней. Пейте Олечка Валерьевна. А печенье Анютка принесла.
Господи, я среди таких доморощенных домохозяек себя убогой и ущербной чувствую.
— Ваша мазь творит чудеса, — ставлю баночку на стол. — Вдруг еще кому-то понадобится.
— Да что вы… — Элла двигает баночку от себя, — заберите ради бога! Это вам! Если что помазать там… натрете или собьете… — заговорщицки шепчет. — Дело молодое.
Чувствую как лицо краской заливает. Стыд. Не пойму откуда она узнала… да и что было узнавать. Туплю глаза в ставший резко безвкусным чай. Тереблю чашку на керамическую ручку. Печенье поперек горла.
— Я слышала, что Илья Валентинович… а еще видела. Как он их! Молоток! Вдруг у него костяшки, мазь ты прибереги. Он врач, ему нужно руки беречь, — наклоняется и кладет мазь мне в карман. Улыбается со знающим, важным, участливым видом.
— Ссспасибо, — тихо шепчу, закрывая лицо большой кружкой с чаем.
Мы сегодня с Ильей Валентиновичем дежурим.
Рабочий день уже подошел к концу. И я просто валюсь с ног потому что старалась выполнить все в отделении. И с врачами и с медсестрами. Не присела ни на минуту.
На приеме с Тумановым как прилежная ученица выполняла все строго по протоколу. И быстрее спешила уйти после. Он же сверлил меня скептическим взглядом и вежливо держал дистанцию. Вот так то лучше.
Что было то было. Работаем и живем дальше.
— Ты сегодня забегай на дежурстве сюда. Бери и чай и сладости.
Я благодарю в стопятьсотый раз старшую медсестру и тащусь на пост. Проверяю карточки и листы. А когда смотрю на часы, понимаю, что до закрытия кафе остается каких-то тридцать минут и тороплюсь в ординаторскую. Хочу успеть купить ужин и завтрак.
— Я же тебе сказал, что смогу приехать только через два дня, не раньше, — Туманов усталым голосом беседует за ситцевой занавеской, ноги торчат на подлокотнике дивана. — У меня сегодня дежурство, завтра важное дело. — раздражается, я кожей чувствую его эмоции. — Да сколько тебе можно это говорить! Я не могу… — по слогам отвечает. Но тут же обрывается. Потому что дверца моего шкафчика скрипит на самом «неудобном» месте. Мое любопытство на равне со стыдом… как неудобно… и я не знаю чего во мне больше в этот момент! Да пофиг! Уже не скрываясь гремлю сумкой в тесном отделении вещевого шкафа.
Слышу как он поднимается с дивана, скрип кроксов по линолеуму…
Занавеска колышится… вижу боковым зрением темно пшеничную макушку.
— Ольга Валерьевна, ваши забеги на сегодня не все? Вы решили покорить соседнее отделение?
Плотно сомкнув губы терплю его болючий сарказм и сую сумку обратно в шкаф.