Путеводная звезда. Том 1 (СИ)

Леонид мое решение поддержал, и разбираться с последствиями остались весело переругивающиеся Валера, Барятинский и – неожиданно, Судзуки. Вот от него никак не ожидал.
Пока авторы шутки разбирались с зоной ответственности, мы отправились вверх по ступеням крыльца классического русского терема, предваряющего расположившегося далее огромные и прозрачные купола ресторана. Уже заходя внутрь через широкие двери я заметил, что оставшаяся троица поочередно играют в камень-ножницы-бумага. И судя по тому, что вскоре нас догнали Барятинский с Судзуки, разбираться с полицейскими остался Валера. Не повезло. Ему, а мне как раз нормально.
Следуя за метрдотелем, мы большой компанией миновали просторный, чудесно пахнущей деревом зал встречи гостей. Едва прошли дальше, выходя под замеченные мною ранее купола, оказались в самом настоящем филиале тропиков. Здесь был устроен роскошный зимний сад: многочисленные пальмы, метров шести-восьми в высоту, подпирали прозрачные своды. По сторонам виднелись самые настоящие скальные гроты, журчала вода ручьев и водопадов, в огромных аквариумах плавала самая разная рыба.
На Москву уже давно опустилась темнота ранней зимней ночи. Но на верхушках пальм и на скалах гротов были установлены многочисленные светильники, а в помещении шумно, влажно и тепло. И все это в комплексе создавало впечатление южной ночи морского побережья тропиков – на второй линии пляжа Таиланда, к примеру.
Хотя нет, не Таиланд. Азиатских лиц в обслуге нет совсем, только если среди посетителей – вижу довольно много японцев. Не Таиланд, а наверное Латинская Америка, Бразилия даже – потому что со всех сторон, ненавязчиво громко, но слышно играла ритмичная музыка. Кроме того, из обслуживающего персонала вокруг сновали не только официанты в белых рубашках и с блестящими хромом подносами, но и стайки фривольно одетых фигуристых дев. Как одиночки, так и целые ансамбли песни и пляски, готовые скрасить досуг компаниям гостей. И песней, и пляской, а может быть не только – с интересом проводил я девушку с бронзовой кожей и в смелом ярком костюме в духе бразильского карнавала.
Пока Леонид и остальные двинулись «прямо и верно», видимо к привычным, ранее занимаемым столам, я чуть задержался. Наблюдал за тем, как по жесту одного из гостей официант сачком выловил осетра, а прибежавший с кухни помощник повара быстро и умело вырезал у рыбы из жаберной крышки небольшую фигурную пластинку.
Я сразу догадался, что это часть проверки – когда осетр вернется на подносе из кухни, можно убедиться в отсутствии обмана, приложив оставленную официантом фигурную пластинку, собирая паззл. Думаю, вряд ли в заведение подобного уровня могут развлекаться заменой свежей рыбы на мороженую, так что подобное представление вероятно просто дань традиции – решил я.
Еще раз осмотревшись с интересом, ускорил шаг, догоняя ушедшую вперед компанию. Шел по усыпанным песком дорожкам, петляя между кустами, яркими клумбами и пальмами. Людей вокруг немало – за многочисленными столиками под пальмами сидели посетители, сновали вокруг официанты. Но площадь ресторана настолько огромна, что думаю под сводами прозрачного купола тысячу человек собери, тесно не будет. Людей много, а толкучки не чувствуется. Отлично.
В предположении, что Леонид со компаний двигался «прямо и верно» к покинутым ранее местам, я не ошибся. На огороженной зеленью поляне, за несколькими аккуратно сдвинутыми столами, нас уже ожидали. И при виде стайки девушек полусвета, которые являлись частью компании, я понял откуда у Лады появилась информация о предстоящей встрече.
Светская жизнь она такая, что тайное быстро становится явным, и свою встречу со мной колумнистка наверняка подгадала ко времени. Но информация от нее стоит благодарности, так что, бросив на спинку стула пиджак, я достал из кармана ассистант. При этом обратил внимание, что место мое прямо под пальмой с антикварного вида табличкой «Дар М.А. Хлудова».
«Ресторан Стрельна» – отправил я Ладе сообщение. И вовремя ассистант убрал, потому что меня начали знакомить с присутствующими дамами.
 
И – неприятный сюрприз моей догадливости, девушки за столом оказались именно дамами, а не как я вначале подумал случайные спутницы для забавы и компании. Оказалось девушек сразу двенадцать, причем большинство с титулами. И по тону бесед я понял, что это именно старая, знающая друг друга компания, в которой проводят время Леонид сотоварищи, когда ситуация не объединяет лишь мужское общество игрой в покер или иными подходящими мероприятий.
Кстати, в их компании явно заметен традиционный гендерный перекос мира одаренных. Собравшаяся компания действительно старая и спаянная, я не ошибся. Но в ней сразу двенадцать девушек, а вот парней – если исключить ситуативно влившихся в общество Валеру, Борисов и меня, в три раза меньше. И еще кстати – прекрасную Ядвигу, в обществе которой Леонид был на вечеринке клуба Ядовитый плющ, я здесь не заметил.
Мое знакомство с дамами проходило не в очередности, а немного спонтанно – вернувшаяся к столу мужская часть компании снова влилась в ритм посиделок. Заметно было, что сидят они здесь уже довольно давно, как бы и не с обеда. Так что в процессе разговоров практически со всеми познакомился и пообщался, также приобщаясь к общему ритму.
Во время показательно неофициальных (и в то же время донельзя официальных) представлений и знакомств обратил внимание, что некоторые девушки, европейки в основном, судя по стати, врожденной властности и ауре не уступают в происхождении и силе Судзуки и Барятинскому, если даже не Валере. Поэтому только выдохнул незаметно, радуясь, что не попал в неудобную ситуацию – очень вовремя заметив, что вышел в свет, а не полусвет.
– Артур?
Обернувшись, увидел, что ко мне со спины подошел Леонид. Под руку с необычайно, вернее даже необычно и невероятно красивой девушкой. Казалась она самой настоящей гостьей из будущего – будучи похожа на очеловеченных героинь аниме. И глаза огромные, почти как у Наденьки.
Вот только Надежда красива настолько, что ее хочется обнять, приласкать и погладить, а спутница Леонида казалась полной ее противоположностью. Гостья она из светлого будущего, но озаренного явно холодным светом идеального совершенства. Как говорится, бойтесь своих желаний.
Кроме того, меня привлек ее взгляд – давным-давно я не видел в высшем обществе людей с глазными имплантами. Вернее, людей с глазными имплантами в высшем обществе я вообще ни разу не видел.
– Маша Легран, – представилась девушка. Сама.
И чуть погодя я понял, почему именно она представилась, а не Леонид это сделал. Едва Маша произнесла свое имя, она сделала едва заметное глазу движение, словно собираясь протянуть руку для полагающегося поцелуя. Но не протянула.
С нормами этикета этого мира, на стыке правил поведения общества владеющих аристократов и корпоративных технократов, все было очень непросто. Вернее, все очень просто – в эмансипированной среде допускалось и даже рекомендовалось рукопожатие, в традиционной аристократической – только поцелуй. На стыке же, в общении представителей разных сословий, тайных смыслов и противоречий могло возникнуть столько, что можно и локальную войну начать под шумок мнимых или действительных обид.
Именно поэтому Маша и сама представилась, и осталась внешне неподвижной. Чтобы не ставить и себя, и меня и Леонида в неловкое положение, если я вдруг откажусь принимать или выбирать тон общения из предложенных. Но отказываться я не собирался – поэтому первым потянулся, протягивая руку. Маша протянула свою в ответ, и чуть сжав ее ладонь я склонился, едва коснувшись губами холодных пальцев. Наплевав с высокой колокольни на нормы технократов, оставаясь верным старым традициям.
 
Кажется, что именно этот мой жест помог сбросить буквально повисшее в воздухе напряжение. Интересно, с чего бы?
– Очень много о вас слышала, рада наконец познакомиться, – когда наши взгляды встретились, произнесла Маша. Голос у нее неожиданно (после холода идеального совершенства внешности) оказался удивительно живой и приятный. А чудесный французский акцент лишь придавал звучанию дополнительной элегантности.