Трудно жить в России без нагана (СИ 7.01.2012)
Теперь — роли переменились. Да и мальчики — присмирели. На стволы голой грудью не полезут. Таких бабок, что бы буром, на верную смерть, прыгали, у Министерства Обороны Российской Федерации нетути… Оно — бюджетная организация. И сотрудники там "бюджетные". Говоря простым языком — продажные твари… Это не в укор им сказано. Нет, и никогда не было в истории человечества героических наемников. За деньги, под танки с последней гранатой "наемные сотрудники" не прыгают. У них работа — выгодно продаваться… Совершать подвиги бесплатно, по мысли военных, должны штатские лохи. Мобилизованные и призванные. Вывод? Мысли, которые бегают за окаменевшими мордами, с по-воровски бегающими глазками, читаются, как на праздничном лозунге. А что у вас, для нас есть ценного? Что нам за службу вашему новому режиму будет? И испуг… Как это — ничего? Как это — не больше чем всем остальным? Мы же такие, мы разэтакие…
И снова врут… Даже сами себе врут! Интересно, в современные военные училища, уродов специально подбирают? Сильно подозреваю, что с ходу, холуи согласились бы даже на "профилактическую субботнюю порку", только бы мы их пустили обратно. В пресловутую цивилизацию. К теплу и электричеству. Человеки они, или тараканы, в конце концов? Могли бы и гордость какую-нибудь проявить… Но, чего нет, того нет… Ахинеев утверждает, что если медведя в цирке удается выучить стоять на коньках и ездить на мотоцикле, то и самого оборзевшего "русского офицера" вполне можно надрессировать некоторым полезным в хозяйстве трюкам. Хе… "Если зайца долго бить, он научится курить!". Подозреваю, без электрошока — дохлый номер. Впрочем, способность к мимикрии, у этой категории "дааих россиян", гипертрофированная. А психологии известны случаи, когда насильно навязанная "маска" постепенно прирастала к лицу. Будем питать надежды.
Видеозапись того, самого первого, общего собрания под открытым небом не велась. Хорошо хоть на звуковую расщедрились. С одной "точки". У места оратора, на заменяющем трибуну пне из сухостоя. Это — официальная версия. Вторая "точка" — моя… Случай. Залез, прятаться от ветра в затишек между кустами (ну, желудок схватило), да так там и "засел" до самого конца. Странное местечко. Почти рядом с поляной, но, в качестве "отхожего", практически не освоенное. Сам бы сроду туда не сунулся, так вот скрутило — хоть делай в штаны. В последние и единственные. Извернулся, протиснулся, влез. И просидел, образно выражаясь, "на очке", всю официальную часть мероприятия. Эх, хороша была, с голодухи, дикая утятина, да жирновата оказалась…
То одна, то другая группа терлась рядом (затишек без ветра) покурить в перерывах. Вроде и неудобно подслушивать, а деваться некуда. И вылезать принародно совершенно не хотелось. Главное, сам не скажу, кто и с кем что обсуждал. На слух, по голосам, только нескольких распознал. И на запах… Приходится теперь по памяти восстанавливать, анонимно. Мнения "в кулуарах съезда", так сказать… Помните такой термин?
Дым дорогих сигарет. Начальство? А почему голоса приглушенные? Словно боятся кого. Правильно боятся… Ба! Это "золотопогонники" ищут виноватых, тыча пальцами в отсутствующих. А сами-то… Идея "планово сократить избыточное население" (милая, практически нацистская терминология, не находите?), у новоявленных "господ" внутреннего содрогания не вызвала. А чего там? Всё логично! Раз нас "приблудных интелей" (так они называли) одеть и кормить нечем, то и кормить ни к чему… Выжать, как лимон, за пустую надежду, на "тяжелых работах", да и бросить в тайге, как есть… А воспротивятся — принудить силой… Это они гуманизм проявили. Типа — "жалко на убогих патроны тратить". Всё равно ж не выживут. Мы выжили. А из оппонентов — "иных уж нет, а те — далече…". Одни голоса на диктофоне и остались. Сохраним, для истории… Ого! Если даже вояк проняло — можно с чистой совестью (мысленно) вытереть трудовой пот… Сработало!
— Эта сволочь нас на погибель послала! — у контрактника, для меня оставшегося Свидомитом, голос меняется, в зависимости от обстоятельств. На подчиненных он рычит, с равными — объясняется приятным баритоном, а в присутствии начальства, непроизвольно — начинает визгливо пищать, как базарная баба. Ну, такой человек, разносторонний. Сквозь кусты ни черта не видно, только тянет табаком. Зато характерный взвизгивающий монолог обиженного в лучших чувствах холуя доносится отчетливо, — Он не мог у местных спросить, какая тут была река, при царе?!! Я ему рыжий?!! По подводным камням, на "резинке", я скакать не нанимался!
Старательно себя накручивает… И, в определенной степени прав… Кто же ему виноват, что реальная Сибирь XVII века резко отличается от дешевых приключенческих романчиков в стиле "альт-хистори"? Там, "попаданцы" в форме, браво гоняют аборигенов современным оружием, на танках и броневиках, громят и конницу и пехоту, учат жизни полководцев с императорами. Как выяснилось, на самом деле — всё иначе. Ни тебе живых мишеней для пулеметного огня, ни готовых упасть к ногам вооруженных победителей городов, ни мелких радостей наемника (кабаков, доступных девиц и трофеев). Тайга, вода, скалы, сотни километров стылой воды до ближайших населенных мест… и почти полная бесполезность пресловутого "послезнания".
Да, у военных были отличные карты Евразии конца ХХ и начала XXI века… А толку? На этих картах вся Ангара давно перегорожена плотинами и судоходна. Хочешь, на плотах по течению плыви, хочешь — на надувной лодке. Хочешь сам, хочешь компанией… В небе — спутники, по берегам — геодезические знаки, на лодке — сонар. Здесь и сейчас — ничего этого нет. А новые карты врут. Именно потому, что они из ХХ века.
Настоящая Ангара, здесь и сейчас — мелкая. Пока ещё нет Иркутской ГЭС, поднявшей уровень воды так, что от белого Шаманского камня, у истока, осталась торчать над водой только верхушка. Настоящая Ангара — быстрая. Скорость течения, местами, до 4–4,5 метров в секунду. Настоящая Ангара имеет летний минимум и зимний максимум водности, отличающиеся друг от друга на несколько метров. И ещё… никто никогда не чистил и не разведывал здесь фарватер. До более или менее настоящего судоходства — почти столетие.
— Трудно было взять какого-нибудь интеля за жопу и расспросить подробно? — тихо визжит Свидомит.
— Так кто же знал? — резонно отвечает из-за кустов собеседник.
— Они знали! Интели наши, гребанные, всё с самого начала знали! — разоряется Свидомит, — Я сам, их рожи паскудные видел, когда отплывали. Почему они нас не предупредили?
Да ты, голубчик, утратил сцепление с реальностью, если так рассуждаешь. Представь, чувства людей, на глазах у которых на только что, их же руками, с великой поспешностью сделанные плоты, под охраной автоматчиков, грузят общие (!) запасы еды и горючего. Явно собираясь присвоить это богатство, "по праву сильного". Хе! Кроме плевка вслед с мысленным пожеланием "скорее сдохнуть", тут что-либо ожидать трудно. "Рыночные отношения", говорят, легко отличить от "солидарных" по характерной примете. В случае голода, из районов им пораженных, "при рынке" — продовольствие вывозится (так как на него нет платежеспособного спроса), а при ином общественном строе — наоборот, завозится (надо спасать людей и плевать на прибыли). Вот и нарвался…
— Сам бы и спрашивал — снова резонно отвечает собеседник, — ты был командир, тебе и карты в руки.
— Да я… Да вы… Суки ученые! — давится бессильной яростью выходец с самостийной Украины. Очень уж его впечатлила короткая экспедиция по реке её бесславное возвращение… Особенно — переговоры по радио "с позиции слабого".
— Если такой смелый, зачем радиста одного на связи бросил? Зачем сам больным сказался? Зассал?
— Я до сих пор больной! — Свидомит пытается разразиться натужным кашлем. Напрасно. Здоров он как бык, даже насморка от купания в холодной воде не заработал. Просто перепугался до смерти. До сипоты…