Трудно жить в России без нагана (СИ 7.01.2012)

— Вот именно! — собрание давится от едва сдерживаемого хохота, — Продано! Надо Лева, надо…
Инфу, о Левиной родне слили морячки. В личном деле такого не значилось. Теперь он мстит и "мстя" его страшна. Считает себя в полной безопасности, за сотню километров. И не знает, ох, не знает, насколько куплеты близки к действительности. А герой песни больше не обижается… Выжидает. Одно дело слышать, краем уха, что трюмы плывущего лихтера полны доверху. Другое дело — увидеть… чем они полны. О! Сам Али Баба нервно курит в углу… Со всех членов команды им взято обещание — не проболтаться по радио, до прибытия. Константин Никифорович предвкушает триумф. Когда сухопутный соперник, в стяжательстве и накопительстве, завистливо поперхнется слюной от вида добытых экспедицией сокровищ. Где он, кстати?
  
Глава 3. Котлеты "Стрелецкие"
 
Капитан? Не, мы без капитана. Есть боцман. Который, за попытку его обозвать капитаном… способен на многое. И обругать… И стукнуть… Ибо, сослан сюда, в наказание. За длинный язык & ехидство. Дабы не подкалывал, более старших по званию морских офицеров, перспективами возглавить "плавучий нужник"… Докудахтался! Самого и командировали. Как руководителя "хозяйственно-заготовительной команды". Вот! Поскольку сооружение — не корабль… Блин! В данном качестве — он чудо, не начальник. Заботлив, въедлив, предусмотрителен. Но, не капитан. Потому, что в прошлом перерождении жил хомяком и в следующем, им же воскреснет. Куркуль, в квадрате, в кубе! Последним капитаном с похожими задатками был легендарный Флинт. Теперь, таких маньяков уже не делают. К великому счастью, золота мы не нашли. Ф-р-р! Хе… Легок на помине. Понятно — скоро ужин. Пора выполнять контрольно-надзирающие функции. Боцман, как штык… Не чинясь, с ходу, возглавляет творящееся на борту безобразие. В лучших традициях лубочных анархистов.
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — выстрелы гремят то дальше, то ближе, сериями по семь, — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — перерыв. И-раз. И-два. И-три… Замена расстрелянных барабанов на заряженные. Норма 10 секунд.
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — быстро же насобачились барабаны менять, — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах!
— Фр-р-р-р! — свисток боцманской дудки, технический перерыв, — Опустить стволы! Заменить мишени!
— В тазик фарш вытряхивай! Ну, куда ты столько кладешь? Что? Мало, я вам говорю! Мясо луком не испортить! Посолю потом, сама, вы не суйтесь. Готово? Давай! — Тома дирижирует своей частью процесса…
— Фр-р-р-р! Фр-р-р-р! — двойной свисток. — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — да когда же этот гром закончится?
— Смена, к барьеру! Огонь! — уй! Десять минут, это каждый уже отстрелял по 3–4 барабана. Вытерплю?
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — от близкого грохота, зрение возвращается довольно быстро. Зубы сводит от желания спуститься в каюту и задраить люк, — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — страшно не люблю громких звуков.
— Смена к барьеру! — как на дуэли, блин, — Фр-р-р-р! Фр-р-р-р! — уши зажать? — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах!
— Мясо тоньше резать надо! Тогда хорошо перемешивается. И без костей… — острый запах, свежайшей черемши и крови, мешается с пороховой вонью, — Второй тазик несите! А этот сюда. Магниты — разбирайте!
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — канонада эхом разносится над пустынными водами, Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах!
— Мальчики! Вы — по краешкам старайтесь, по краешкам… Серединка — сама хорошо получается!
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — когда я был маленьким — шалел от разных фильмов про пиратов. Думал, как это здорово… Ходить целыми днями с настоящим пистолетом, стрелять куда тебе хочется, сколько влезет… А Ницше-то был прав — "Бойтесь мечтать. Мечты сбываются!". Хорошо, ветер уносит в сторону едкий дым.
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — в глазах прояснилось, хотя зайчики ещё прыгают. Нерпы от грома смылись, хитрая бабочка всё ещё сидит на месте, — Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — умное насекомое, аж противно…
Фр-р-р-р! — боцманская дудка — это не музыкальный инструмент, средство подачи звуковых сигналов. В сложившихся обстоятельствах её мелодия звучит просто божественно. Отстрелялись? Сбился со счета…
  
— Опустить стволы! Заменить мишени! Следующая смена приготовиться! — уй, продолжаем мучиться…
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — махаон недовольно шевелит усиками и перебирает лапками. Тоже ждет…
Чего ждет? Когда команда отстреляется. До последнего человека. Каждый день, каждый из нас обязан сдать в "оружейку" семь отстрелянных капсюльных барабанов, от личного револьвера. И получить взамен — семь снаряженных. Норма, на следующие сутки… Положено! Сорок девять (семь умножить на семь) раз в день стреляй. Два месяца назад нормой было двадцать один… Потом — двадцать восемь… Богатеем. Зачем? Дрессируют! Закрепление навыков "постоянного ношения и применения личного огнестрельного оружия", вот. Стреляй… куда хочешь. Но, стреляй! Хотелось бы, разумеется, с пользой "для дела и тела". В любую цель! По мишеням и волнам, по шишкам, по бабочкам, по мухам… А вот по стенам — стрелять нельзя. Очень неприличная привычка, да. Уй! Были инциденты. Любители поиграть в Шерлока Холмса, выбивающего по штукатурке узоры из револьвера, хе, перевелись в момент. Пуля Нагана, навылет, пробивает пять дюймовых досок… или толстый сосновый брус. Сюрприз сей, лицам, с другой стороны стены, отчего-то, радости не доставляет. Слава богу, тогда никого не задело. А головой думать надо! После десяти нарядов вне очереди — как бабушка отшептала. Условный рефлекс! Стрелять только в видимую цель, которую узнал, которую ни с чем не перепутаешь. Желательно, в малоподвижную. Что бы истраченный заряд даром не пропал… Кстати! Промахи, кстати, с некоторых пор причиняют почти физическое беспокойство. Как на ровном споткнуться. Да-с. Мухам приходится туго. Но, они мелкие. А птицы умные. Белок мало. А бабочки — идеальная мишень. Сами прилетают. Большие, яркие, попадания видно сразу. Плохо стало в окрестностях Базы быть бабочкой. Мамочка, а я больше не хочу быть пиратом! Мне уже надоело. Реально так осточертело… В ушах же звенит! Но, вообще-то, я обязан подавать пример… Ой! Кобура револьвера стала частью тела привычной, как третья рука. Странная рука. Манипулятор… осиное жало… длиной в десятки метров. Невидимое, громыхающее и смертоносное. Я её реально чувствую! Даже когда оружие спрятано. Собственно, как оно и было задумано…
— Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! — выстрелы сливаются, кто-то сейчас палит с двух рук сразу. Вот же, чертовы "ганфайтеры"! Морские пехотинцы вошли во вкус моментально. Дети! Гражданским навык дался тяжелее…
— А тебе особое приглашение? Вставай! — эх, вспомнили, про курортника, меня. Как же, забудет, жди… Тамара грозна. В стареньком, чисто выстиранном и, кажется, накрахмаленном халатике, "из старой жизни", поверх кожаного комбинезона. На голове — белая косынка. Трикотаж, новодел. В левой руке длинный нож. В правой — деревянная мешалка. Ещё бы красный крест, над доброй физиономией колхозной поварихи (две докторских диссертации на ней никак не отражаются — бой-баба), вылитая медсестра из ужастиков Хичкока.
— Можно? — толстая чугунная труба уже плотно набита слоями "медвежьего лука" и ломтями мяса.
Грубый пергамент мишени привычно (и я дошел до жизни такой?!) накрывает раструб пулеуловителя. Проглаживаю её пальцами, обминаю края. Надеваю, сверху, деревянную плаху с круглой дырой. Защита от промахов и от рикошетов. Опускаю трубу на упор горизонтально и, пятясь, отступаю к противоположному борту. Пять метров — это близко. Но и задача, чуть сложнее пальбы "по силуэту". Надо равномерно засеять пространство "яблока" мишени дырами пулевых пробоин. Потом сменить барабан и повторить… Тогда лук и мясные ломти, многократно пробитые пулями и размятые гидродинамическим ударом, равномерно пустят сок и перемешаются. В рваную субстанцию, красно-коричневого оттенка, с бело-зелеными вкраплениями. Пульки у нас, чугунные… по бедности. Зато, экологически чистые. Магнитом, из готового фарша, выловить их легко. Трудно равномерно прошить мясную начинку по всему объему. Пропуски-то ощутимы сразу. По пробоинам на бумаге… и на зуб… Елки! Это ж, тупое — пищевое "подкрепление полезного навыка". Будто в цирке, у дедушки Дурова. Гм… "Как похлопаешь, так и полопаешь!" Есть и другая причина… Форсмажор. Остались без кухонного инвентаря. Раздарили… Как в годы СССР — оказали братскую интернациональную помощь. "Голодающим тунгусам Южного Прибайкалья"… И котлы, и миски, и ложки, и даже разделочные доски с ножами, и саму мясорубку. Не жалко, но весьма ощутимо. Последний переход, до Базы. Хе! Теперь вынуждены питаться, как сумеем. Изгаляемся, однако… Чугунная сковорода и последняя пара разделочных ножей — ну, и достаточно. А мясорубка — вот. Пулеуловители. Они же — гантели, они же наковальни, они же кнехты, они же — не перечислить. Самодельные литые трубы из чугуна, с толстенными стенками и ушками.