Открытие профессора Фула (СИ)

 
Кобринский А
Открытие профессора Фула
Доктор технических наук А. Е. КОБРИНСКИЙ 
ОТКРЫТИЕ ПРОФЕССОРА ФУЛА 
Начинающие авторы нередко задумываются над тем, как писать научно-фантастический рассказ. 
Опыт читателя популярных журналов позволяет мне сформулировать ряд рекомендаций на этот счет и даже привести образчик такого рассказа. 
  
1. Наиболее важной проблемой, на мой взгляд, является терминологическая. Правильно подобранные и придуманные термины - половина дела. При этом можно использовать англо-русский, франко-русский и другие словари. Откройте словарь на любой странице и прочитайте первое слово, которое бросится вам в глаза. Его можно использовать как мужское или женское имя, название нового прибора, состава, сплава, машины. 
2. Некоторые термины расшифровывайте в примечаниях. Это способствует установлению контакта с читателем. Вы как бы подчеркиваете этим свою уверенность в том, что читатель понимает все остальные термины, а читатель, разбирая эти сноски, должен делать вид, будто хочет запомнить всю вашу тарабарщину, чтобы пересказать ее своим знакомым. 
3. Определенное значение имеет и выбор тематики. Наилучшей является космическая тема. Космические просторы настолько велики, что в их пределах может разместиться любое наперед заданное количество научно-фантастических рассказов. Но и другие темы не хуже. Например, кибернетические, хотя они уже порядочно избиты. Мешать космическое с кибернетическим, как это иногда делают, - дурной тон. 
4. Не бойтесь строить рассказ на самых невероятных гипотезах. Откуда их взять? Для этого достаточно по мере своих сил исказить один или несколько знакомых вам физических, химических или других законов, например, закон всемирного тяготения, законы термодинамики или, на худой конец. закон об охране авторского права. В последнем случае широко пользуйтесь патентной библиотекой Комитета по делам изобретений и открытий. 
5. Описание технических деталей надо обильно сдабривать мелкими бытовыми подробностями и любовными увлечениями героев. Это придает рассказу интимность. А главное, смелость и еще раз смелость, Вот нехитрый пример такого рассказа. 
Бифокальный глобоид, вращаясь под воздействием интерференционного потока, глухо гудел. Триггеры пробегали по стохастическим коммуникациям узлов долговременной памяти биологических блоков. 
У двух вертикальных металлических шкафов рефлексных устройств стояли Ай Кэн и Хи Маст. Второй день они пытались понять причины выхода из строя рефлекторных элементов, управляющих плавностью речи автомата Ирапожис 33-к-бис1. 
Ай Кэн утверждал, что причина возникновения заикательного рефлекса заключена в слишком большом эксайтинге квазиподкорковых ячеек блока разума. Вчера они провели целый день, периодически подавая в цепи питания белковые растворы нового изотопа карамболина и пытаясь таким образом снизить избыточную проприорецепторную перегрузку искусственного и, в недалеком будущем, полноценного мозга. Однако болезнь автомата прогрессировала. Час от часу его речь становилась все менее внятной: энтропийный декремент возрастал... 
И как это обычно бывает, заболевание произошло в самый неподходящий момент. 
Три дня тому назад профессор Фул, научный руководитель института, закончил теоретическое исследование по теме, связанной с прямым преобразованием информации в энергию. Согласно его оригинальной теории, количество генерируемой энергии должно находиться во взаимно-однозначном соответствии со смысловым содержанием информации. Прогрессирующее заикание автомата могло существенно снизить то предполагаемое значение коэффициента полезного действия, которое вытекало из информационно-энергетической гипотезы Фула. 
Вот почему его любимые ученики были срочно направлены для диагностических исследований в экспериментальный отдел, где функционировал Ирапожис. 
Два молодых ученых составляли идеальную кибернетическую пару. Ай Кэн, кандидат физико-филологических наук, недавно с блеском защитил диссертацию на тему "Методы создания фонетических автоматов, говорящих с прованским акцентом". Хи Маст работал в смежной области, успешно занимаясь логическими вопросами тренировки полуполноценных искусственных живых органов. Его работы, связанные с выработкой безусловно-хватательных рефлексов биорук, были тепло встречены общественностью института, и ему была единогласно присвоена ученая степень кандидата психолого-технических наук. 
Хи Маст, высокий широкоплечий юноша со значком мастера спорта на выпуклой груди пиджака, невнимательно слушал остроумные доводы Ай Кэна, вглядываясь в перегородку, из-за которой несся ровный шум монохроматической частоты. Источником шума являлся новый оригинальный вентиляционный прибор-стимулятор, предназначенный для подачи стимуляционной смеси в нервную сеть автомата. Прибор был разработан группой молодых математиков и действовал превосходно. Скорость речи автомата увеличилась вдвое и продолжала возрастать. 
Авторы стимулятора сидели вокруг стола и, жуя бутерброды, в уме умножали 256 на З13, определяя асимптотические возможности автомата. Одновременно им предстояло решить сложный технический вопрос. Дело в том, что в соответствии с разработанной математиками блок-схемой включающее устройство стимулятора помещалось на лопасти вентилятора. Это остроумное решение позволяло осуществить положительную обратную связь между темпом выдачи информации и количеством стимуляционной смеси. Десять минут тому назад Хи Маст попросил их выключить на минуту стимулятор, но для этого надо было нажать кнопку на лопасти вентилятора, делающего уже около 12 тыс. оборотов в минуту. Механик Воркер, который монтировал стимулятор, в свое время предупреждал их, что пустить прибор будет легче, чем остановить его, но они как-то не обратили внимания на его слова. Сейчас этот вопрос возник совершенно неожиданно и стал перерастать в проблему, так как Хи Маст был уверен, что именно сверхэффективное воздействие стимулятора является источником прогрессирующего заикания и может вызвать морфологические изменения и расстройства нервной сети автомата. 
Внезапно дверь распахнулась, и в лабораторию вбежало или, точнее, впорхнуло прелестное существо. Это была Вумен, молодой врач-педиатр из лаборатории искусственного скрещивания автоматов. Ее появление в институте год тому назад внесло смятение в ряды мужчин. Страсти немного улеглись, когда выяснилось, что Вумен серьезно и глубоко увлечена изучением искусственных наследственных признаков и цветомузыкальным оформлением готового платья. 
- Мальчики, почему же мы не идем обедать? - капризно спросила Вумен. 
- Но ты ведь знаешь, что Ирапожис тяжело заболел и что мы уже два дня сидим около него, отлучаясь только в случае самой крайней надобности! - угрюмо ответил Хи Маст. 
- И за эти два дня вы ни разу не поговорили с Фулом? 
- Конечно, нет! Ведь он бывает в институте только по четным понедельникам и нечетным четвергам! - сказал Ай Кэн. 
- Эх! Ничего-то вы не знаете! Он сейчас здесь! В кабинете директора обсуждается программа заседания ученого совета, которое должно было состояться два месяца тому назад. Идите скорее, и вы его еще застанете! 
Ай Кэн и Хи Мест кинулись к лифту. 
* * * 
Около лифта в покойном кресле сидела лифтерша тетушка Мазер. Облокотившись о стол, на котором лежал журнал учета прихода и ухода сотрудников, стоял ее племянник, девятилетний Бой, и листал книгу. 
- Что ты читаешь? - заинтересовался Ай Кэн, вызвав лифт. 
  
- "Генетическую бионику", - флегматично ответил Бой, переворачивая страницу. 
- Ну и как? - рассеянно спросил Ай Кэн. 
- Занятно. Только никак не разберу, что это за хромосомы и гены в клетках нашего тела. 
- Хромосомы - это вроде тончайших ниточек, а гены - узелки на этих ниточках. И от того, как и где располагаются эти узелки, зависит цвет твоих глаз, и курносая форма твоего носа, который ты всегда суешь куда не надо, и конопушки на твоем лице. (Ай Кэн не писал научно-фантастических рассказов и пытался разговаривать с детьми понятным им языком.)