Время выбора 3 (СИ)
Ну так, я хоть поспал часов пять, а эти уверен не ложились.
— Ну, Фёдор Михайлович, докладывай.
Думный откашлялся, продумывая ответ:
— Ну, значится так. Гроб с телом государя находится у алтаря домовой церкви Спаса Нерукотворного. Там монахи круглосуточно псалмы читают, я на всякий случай к ним своего человечка приставил. Царица и малец Фёдор на женской половине. Сейчас их покои Ваши гусары охраняют, чужих повязали и отправили к нам в тёмную.
— А что Алексей?
— Пока не нашли, зато нам удалось взять почти всех заговорщиков. Матвеев сдался сам, Ромодановский оказал сопротивление, пришлось вызывать подмогу. Трое раненых, его с сыновьями привезли сюда, в подвалы. Ещё пятеро из списка тоже у нас. Вот только Шереметьев шельмец утёк. Буквально за полчаса до этого сбежал. Семью оставил как есть.
— Ясно, пусть целовальник с вежеством их допросит. Можно немного припугнуть. Нам сейчас важно знать, что им известно. И ещё, утром подьячий аптекарского приказа Тимофей с помощниками должен быть у меня. Вот передашь ему записку.
Глава 2
Вечер я тупо просидел в кресле и смотрел на заходящее солнце. Оно позолотило крыши соборов, подкрашивая в зловеще красный цвет. Грядут тяжёлые времена.
Чёрт, как мне не хватает моего мозгового штаба. Мои парни, так же как и моя семья, остались в Ярославле. Поскрипев пером, я написал послание для сестры Анны. В нём просил незамедлительно по получении организовать приезд ко мне под солидной охраной нужных мне людей.
Я поименно перечислил самых нужных мне:
— Матвей Золотарёв.
— Иван Братилкин (большой)
— Иван Чижов (малый)
— Дмитрий Григорович.
— Василий Головин.
— Пётр Турбин.
— Сава Костылёв.
— Митрофан Калинин.
— Макар Телегин.
— Панкрат Нягин.
— Егор Мусатов.
Это мои гвардейцы первых выпусков. С ними я многое прошёл. Все грамотны, обучены и старому и новому счёту. Знают в различных объёмах историю, начиная от древней Греции и Рима, заканчивая современной. Уникальное для этого времени образование, которое мы с сестрой Анной смогли им дать. А главное каждый прошёл школу в основных кремлёвских приказах. А затем уже я забрал их с собой в Ярославль. Там мы вместе строили мою торговую и производственную империю. Именно их я ставил управляющими на первое время, пока готовил постоянных. Общая черта для них всех — это полное и безоговорочное доверие патрону, то бишь мне. Перекупить вряд ли получится. Я плачу им очень хорошие деньги. Знаю точно, что их семьи живут весьма достойно только лишь благодаря этим деньгам. Да есть и иные методы для их контроля.
У меня шестерёнки в голове прокручивались с явным скрипом. Пришлось попросить принести мне вина. Только опустошив два бокала я смог начать продуктивно думать.
И так, что мы имеем. Царь в гробу и вскоре будет погребён в царской усыпальнице Архангельского собора. Алексей пропал и его судьба пока неизвестна. Варианта два. Возможно его похитила противоборствующая партия. Тогда вскоре они его предъявят. Или же племянника уже нет в живых по какой-то причине.
Далее, жив младенец Фёдор. И в старой истории именно ему брат передал свой трон. Но тот рано умрёт. И тогда настанет время Софьи. Но и она не удержится возле власти со своим любовничком, взойдёт яркая звезда Петра Алексеевича.
Тьфу ты, уже не взойдёт. Не будет свадьбы брата с Натальей Нарышкиной. Моя матушка тоже пока жива. Надо будет завтра же её навестить.
А через несколько мгновений до меня дошло, во что я вляпался. Меня буквально раздавила многотонная плита ответственности, так что дышать стало невозможно. Это Великий Пётр со своей харизмой и обезбашенностью, а также даром предвидения, смог буквально развернуть страну на новый вектор развития. Это он мог драть бороды боярам, наряжать вместе с зашуганными жёнами и детками в европейские платья. Курить вонючий табак и травиться горьким кофе. Ему сходило с рук всё, он сумел загнать церковников в угол и создать послушный своей воле Синод. А я рядом с ним просто пигмей.
Правда спустя минут пять меня также резко отпустило. Я просто подумал, что без реформ первого государя Михаила Фёдоровича и брата Алексея Михайловича деяния Петра бы отчаянно буксовали. Он не на пустом месте создавал свою империю. А кому как не мне знать потенциал отца и брата. Нет, их невозможно назвать недалёкими и совсем неподходящими для царского торна. Но и гениями они точно не были. Все их реформы — результат работы советников различного уровня. И талант руководителя такого масштаба, как мне кажется — в первую очередь окружить себя действительно нужными людьми. А также уметь делать выбор, лавировать между сильными родами, оставаясь всегда выше их дрязг. В таком варианте я ничуть не хуже моего брата. Я могу навскидку назвать несколько очень мешающих ему черт характера. Первые годы правления Алексей был очень доверчив. Покидая Москву для богомолья, он слепо доверял реальную власть Борису Морозову. Чем это кончилось — всем известно. Далее он выбрал на роль духовного наставника игумена Новоспасского монастыря Никона. И тут уж мне пришлось брать грех на душу. И не случилось разделения страны по живому, не загорелись молитвенные дома, не потащили старообрядцев на костёр как еретиков.
А под конец жизни брат возвысил Артамона Матвеева и тот отблагодарил царя неверностью, подняв бояр против законного наследника Алексея Алексеевича.
Кроме этого, на мой взгляд брат очень много времени уделял поездкам по различным обителям. А сколько денег и земельных угодий он им отписал. Его постоянно бросало из одной крайности в другую. Взять это же баловство с шифрованными письмами. Вещь нужная для соответствующих служб. Но сколько жалоб я получал от управленцев на местах. Когда они получали непонятный письмена, которые не могли прочитать. И приходилось неделями и месяцами ожидать помощи в разъяснении.
Исходя из всего этого я могу предположить, что смогу справиться с навалившейся властью. Вот только ошибаться мне сейчас никак нельзя. Хожу по кромке. Мне нужно скользить между противоборствующими группировками и добиться избрания меня монархом. Обязательно состоится Земской Собор. Ведь даже мой брат, после смерти нашего отца был вынужден пройти процедуру утверждения на таком сборище, где представлены в различных пропорциях все сословия земли русской. И конечно прежде всего нужно закончить следствие. Выяснить настоящую причину смерти государя и местонахождения наследника.
Встал я рано и сразу отправился на службу в свою домовую церковь Спаса на Бору. После молитвы голова чиста аки стёклышко. В голове стройными рядами роются новые и новые мысли. То, что вчера мне казалось безвыходным, сегодня стало понятным и логичным.
С самого утра по всей Москве звучал траурный «перебор». Все храмы и церкви торопились известить прихожан о кончине государя. Для этого звонарь использовал только главный колокол, медленно раскачивая било, ударяя только по одной стороне. И учитывая количество церквей в белокаменной, можно получить представление о происходящем. В небо взмыли десятки тысяч побеспокоенных птиц. У Кремля начал собираться простой народ. В связи с этим пришлось усилить охрану на воротах.
Хорошо, что я не стал завтракать сегодня. Иначе вышло бы неудобно. Переговорив на коротке со своим главным лекарем Тимофеем Зимаревым. Я его оставил брату, когда уезжал в ссылку в Ярославль. При этом рассчитывал, что государь приберёт к себе способного парня. Но Алексей решил немного иначе. Он определил Тимошку помощником подьячего в Аптекарский приказ. За пять лет Тимофей сделал карьеру, поднявшись до подьячего. В принципе это солидная должность. Но при мне он бы получил больше чисто медицинской практики. Аптекарский приказ занимал немалое место в системе местного здравоохранения. Он ведал аптеками, аптекарскими огородами и сбором лекарственного сырья. А также контролем над практикующими лекарями и приглашением иностранцев на службу ко двору. Так что административную практику Тимофей получил дай боже. Ну и мой лекарь основной призвание тоже не оставил, лечил людей ещё по нашим общим методикам. Интересно будет его с вести со своим домашним лекарем Егорием. Когда я покидал Москву, Тимофей именно Егория порекомендовал взять с собой. Его ученик. Но, что интересно, за эти годы они работали немного в разных направлениях и забавно было бы их свести вновь.