Pulp (СИ)

Мы попрыгали в люки следом за бойцами Зелёного Медведя. В коридорах эльфийского корабля уже шёл настоящий бой. Штурмовики встали стеной, их дробовики косили всякого, кто пытался подобраться к импровизированной крепости. Те же, кто пытался зайти в тыл, оказались прямо перед нами. Я успел лишь дважды выстрелить из своего «Мастерсон-Нольта», и то лишь потому, что спрыгнул первым. Ловко приземлившаяся на палубу одновременно со мной Серая Лисица в два удара покончила с остальными. Не так и много было врагов в коридоре.
Как только внутри сторожевика оказались все бойцы, я кивнул Оцелотти.
— Всё по плану. Вы берёте на себя мостик и капитана, мы — магиков.
— Не маловато вас? — в очередной раз покачал головой Адам, хотя отлично знал ответ.
— Враг должен думать, что мостик — первоочередная цель. Вы должны двигаться быстро, иначе капитан успеет выпустить монстра.
Оцелотти вздохнул, но махнул рукой Чёрным котам. Они встали за спинами штурмовиков, и Адам хлопнул по плечу Зелёного Медведя, давая тому команду двигаться. Я, Серая Лисица и Чёрный Змей направились к самой защищённой части сторожевика — помещению, где сидели магики, управляющие монстром.
Маршрут мы проложили ещё на базе и теперь уверено шли по коридорам в нужном направлении. Звуки боя за нашими спинами становились всё тише — мостик находился в другой стороне, и не знающие нашего точного количество враги сосредоточились на отражении очевидной атаки штурмовиков. Пока всё шло по плану — слишком гладко, и мне это совсем не нравилось.
Я был даже рад, когда дверь кубрика прямо передо мной внезапно открылась, и оттуда выскочил молодой человек с карабином в руках. Он был так удивлён, увидев меня, что не передёрнул затвор, сразу вскинул оружие и нажал на спусковой крючок. Выстрела, конечно, не последовало. Удивление так и осталось на его лице, когда я вогнал ему нож между рёбер и аккуратно поймал его, не давая упасть. Выпавшую из рук мёртвого матроса винтовку вовремя перехватил Чёрный Змей. Он же взял труп за ноги, и мы вместе втолкнули его обратно в кубрик. Чего мы не ожидали, так это пяти винтовочных стволов, глядящих нам прямо в лицо.
В рассчитанном на шестерых человек кубрике сидели на койках ещё пятеро матросов — и все в этот момент целились в нас с Чёрным Змеем. Когда мы падали на палубу рядом с мертвецом, а над нашими головами прогремел слитный залп пяти карабинов, я понял, что всё наконец-то приходит в норму. План скрытного продвижения к цели летит в бездну, а значит дальше придётся прорываться. Слава святым, всё не идёт слишком уж подозрительно гладко. Прямо как камень с души свалился.
Мы принялись стрелять из пистолетов прямо с палубы. Матросы слишком полагались на свои винтовки и даже не подумали спрыгнуть с коек. Они были просто идеальными мишенями. Не прошло и полминуты, как мы с Чёрным Змеем поднялись на ноги, оставив в кубрике только трупы.
— Вперёд! — крикнул я, и мы втроём бросились со всех ног по проходу.
Но стрельба, само собой, привлекла к нам внимание, и через считанные минуты мы столкнулись уже с настоящими бойцами эльфийской воздушной пехоты. В отличие от матросов, эти были вооружены пистолет-пулемётами странной формы — других северяне словно и не признавали. Передовые бойцы носили броню, выглядевшую архаично, но отлично защищавшую, и штурмовые щиты — для обороны они подходили ничуть не хуже.
На первых мы налетели словно ураган. Бежавший впереди Чёрный Змей и не подумал замедлиться. Он легко уклонился от торопливой очереди передового лигиста: тот стрелял из-за щита и больше для острастки, и попасть мог разве что случайно. А следом Чёрный Змей прыгнул, врезавшись в щит врага обеими ногами. Такого лигист явно не ожидал, он покачнулся, на секунду открыв голову в шлеме. Этого вполне хватило Серой Лисице и мне, чтобы нашпиговать его свинцом из трёх пистолетов.
Эльфийка тоже не собиралась тормозить, она легко оттолкнулась от палубы, пробежала пару шагов по переборке и обрушилась на плотно стоявших за спиной передового бойца лигистов. Её пистолеты собирали обильную кровавую дань — каждому врагу досталось по паре пуль. Небесные пехотинцы валились на палубу один за другим.
 
— Перезаряжаюсь! — выкрикнула эльфийка, и мы с Чёрным Змеем проскочили мимо неё.
Следующая группа оказалась смешанной — матросы с карабинами и небесные пехотинцы с пистолет-пулемётами и дробовиками. Действовали они слаженно, явно отрабатывали этот манёвр не раз. По команде офицера матросы упали на колено, вскидывая карабины, а воздушная пехота открыла огонь поверх их голов.
Я рухнул на палубу, кожей ощущая, как пули проходят выше меня, и, используя инерцию собственного движения, покатился по металлу прямо под ноги матросам. Они явно были не так хорошо тренированы, как небесная пехота, и это давало мне шанс. Не поднимаясь, я принялся стрелять снизу вверх. Особенно не целился — враги стояли слишком плотно, и захочешь — не промахнёшься. Матросы падали, раненные в ноги, или вскакивали, перекрывая линию огня стоящим сзади небесным пехотинцам. Я перекатился ещё раз, оказавшись в самом центре хаоса, и пустил в дело нож.
Удары клинком и выстрелы в упор приканчивали одного врага за другим. Они были слишком близко друг к другу, чтобы что-то противопоставить мне. Я знал, что делать, они — нет. Поэтому я убивал, а они валились на палубу и на тела товарищей, поливая всё вокруг кровью.
Для Чёрного Змея и Серой Лисицы работы не осталось.
— Иногда я забываю, насколько ты эффективно и беспощадно умеешь драться, — произнесла Серая Лисица, глядя на меня.
Наверное, в тот момент, залитый кровью матросов и воздушных пехотинцев, я выглядел впечатляюще. Хотя и не люблю лишних эффектов, особенно когда рядом только свои — впечатление производить не на кого.
Мы бросились дальше по проходу, стремясь как можно скорее добраться до помещения магиков. Кто знает, быть может, именно сейчас — в этот самый момент — отчаявшийся капитан корабля отдаёт приказ спустить чудовище на урб в отместку за наше дерзкое нападение.
Остановили нас на кухне, которая тут, наверное, на флотский манер называлась камбузом. Хотя и небесный, но сторожевик был кораблём, а значит порядки тут флотские. С десяток матросов с карабинами и почти столько же воздушных пехотинцев устроили нам настоящую засаду. Будь они более опытными в этом деле и мы менее профессиональными, может статься, у них бы что и вышло. Однако мы знали о засаде ещё до того, как открыли двери камбуза. Слишком уж шумно вели себя внутри матросы с небесной пехотой. Но стоит отдать им должное, плотность огня они сумели обеспечить.
Пули из карабинов и уродливых пистолет-пулемётов звенели о металл переборок и палубы. Грохочущие дробовики разносили в клочья оставленную на столе и плите еду. На нас обрушился град керамических и стеклянных осколков.
Я нырнул за плиту, стараясь не угодить в горячую лужу какого-то супа, разливающегося по палубе из валяющейся тут же кастрюли. Враги палили густо, особенно из пистолет-пулемётов, но бестолково. Я перекатился по полу, выходя из укрытия, четырьмя выстрелами снял двух замешкавшихся матросов. Заметил Серую Лисицу, мелькающую среди не успевающих за её стремительными движениями небесных пехотинцев. Эльфийка сменила пистолеты на меч, и клинок его собирал обильную жатву. Чёрный Змей не отставал, стреляя на ходу, и пули его почти всегда находили врагов. Я присоединился к ним, обрывая жизни матросов и небесных пехотинцев.
Вот только они должны были задержать нас до подхода главных сил врага — и со своей задачей справились. Среди сидхе дураков не водилось, и кто бы ни командовал охраной магиков, он понял, куда мы направляемся. В двери камбуза одновременно вошли четверо высоких солдат в блестящей угловатой серебристой броне, украшенной рогами и шипами, глаза прикрывали багровые линзы. Они вскинули архаичные мушкеты, вот только вместо свинцовых шариков их стволы плюнули в нас красными лучами смерти.
 
Хэрсиры, будь они неладны! Тяжёлая пехота сидхе, что-то вроде элиты для их людских подразделений. И что самое неприятное, их доспехам наши пистолеты нанесут урона меньше, чем слону дробина. Оставалось только пытаться проскочить между лучами смерти, посылаемыми их мушкетами, и подобраться к ним вплотную, чтобы сойтись врукопашную. Но кроме хэрсиров в камбуз ворвались ещё десятка два матросов и небесных пехотинцев.