Pulp (СИ)

— Я выкурил почти половину сигары, пока мы говорили, — заявил я, — а вы так и не перешли к сути. Общие слова хороши лишь тогда, когда всё решено. Мне, в конце концов, не так уж важна ваша мотивация. Личная или государственная. Скажите, что я должен сделать для вас, и я приму решение.
— А вознаграждение не имеет для вас решающего значения? — приподнял почти невидимую серебристую бровь эльф.
— Только если я приму принципиальное решение работать на вас.
Тактические планы операций редко обсуждались на главной базе. Обычно мы сначала выдвигались на место и уже исходя из местных условий продумывали действия. Однако на сей раз всё было иначе. Почти так же, как в деле с Фабрикой или устранением генерала Огано. Потому что теперь нам придётся сражаться в довольно необычных условиях.
— И ты согласился, — вздохнул Миллер. — Согласился на это дело, хотя и сам понимаешь, чем оно может обернуться?
— Убивать эльфов слишком приятно, мастер, — положил ему руку на плечо Оцелотти. — Чем больше мы отправим на тот свет высокомерных ублюдков, тем лучше. Верно, командир?
Как и все полуэльфы, Адам ненавидел чистокровных, особенно сидхе. Он долго выказывал почти открытую неприязнь Серой Лисице, недолюбливал Хидео, мне даже пришлось несколько раз серьёзно говорить с ним на эту тему. А потому за возможность сразиться с сидхе он, наверное, и сам готов был приплатить. Даже несмотря на то, что нанимателем нашим был тоже эльф.
— Там эльфов будет один-два, — отмахнулся Миллер, сбросив его ладонь. — Вряд ли больше. Даже волшебники и те, скорее всего, люди из северных племён.
— Даже парочку не так уж плохо, — решил оставить за собой последнее слово Оцелотти.
— Дело не в том, что я хочу убивать эльфов, — сказал я Миллеру. — Оплата будет более чем щедрая, и деньги уже лежат на обезличенном аккредитиве. Пароль передадут Соварону после того, как дело будет сделано, и передаст не наниматель. Мы защищены в вопросе оплаты. Хотя уверен, эльф не обманул бы меня.
— Почему? — спросил-таки Миллер. — Думаешь, для него что-то значит твоя репутация?
— Именно из-за неё он меня и нанял, — заявил я. — Значит, знает, чем заканчивается обман.
— Эльф уж точно не считает себя ровней африйскому генералу-мятежнику, — презрительно скривил губы Миллер.
— Как бы то ни было, в части оплаты мы застрахованы, но есть и другое. Мы не просто будем убивать эльфов, нас наняли предотвратить масштабную провокацию. Если мы не справимся, погибнут тысячи человек.
— Ставки настолько велики?
— Да, — кивнул я.
Сигара горела уже сама по себе. Я давно забыл делать короткие затяжки. Слишком уж безрадостная картина рисовалась в голове. Эльф был весьма убедителен, и пускай я обычно не верю представителям его народа, в этот раз уверен — большая часть сказанного им — правда.
— Значит, верхушка воинственной клики в Империи Сидхе хочет натравить монстра на урб? Громадного монстра, который создан как для того, чтобы уничтожать урбы и крепости?
— Совершенно верно, — кивнул эльф. — Официально будет сообщено, что произошёл сбой в магическом контроле над существом, и оно атаковало ближайший населённый объект. Правительство спешно принесёт свои извинения, предложит компенсацию, однако это поставит мир на грань новой войны.
— Что нужно сделать мне и моим людям?
— Каждого монстра постоянно контролирует небесный корабль, — объяснил эльф, — и он должен находиться поблизости. Ваша задача захватить его и не дать совершить диверсию в заклинательном зале. Там постоянно дежурят маги, держащие чудовище в узде.
— Считаете, они не заодно с теми, кто устраивает диверсию?
— Скорее всего, все они, — заявил эльф. — В нужный момент дежурная смена отпустит чудовище, натравит его на урб.
— У меня в армии нет настолько грамотных магиков, чтобы перехватить контроль над чудовищем.
— Просто убейте магиков до того, как они натравят монстра на урб. Как только это случится, тварь просто заснёт. Такая программа заложена в её примитивном мозге.
 
Миллер выстукивал по краю стола незамысловатый марш пальцами искусственной руки. Оцелотти покачивался на стуле, делая вид, что его весь разговор вовсе не касается. Он хотел убивать эльфов, остальное Адама вроде как и не интересовало. Я обсуждал будущую операцию, не в деталях пока, только с ними двоими.
— Вот так просто, — первым нарушил повисшее молчание Миллер, — ворваться в летающий корабль сидхе и прикончить магиков, контролирующих чудовище.
— А что тут такого прямо уж слишком сложного? — принялся разглядывать ногти Оцелотти. — Обычное дело для моих «котов».
— Воздушный абордаж, — покачал головой Миллер, — мы такого не практиковали со времён войны. Надо искать среди наших бойцов тех, у кого есть опыт, и неважно, «коты» они или нет.
— Много бойцов не понадобится, — сказал я. — Да и не уверен я, что охрана на летающем корабле сидхе будет такой уж серьёзной. Прохождение чудовища согласовано с розалийскими властями, а намеренно усиливать охрану тоже не стали бы.
— Ради такого случая могли бы, — возразил Миллер.
— Нет, — покачал головой Оцелотти. — Командир же сказал, что диверсию устраивает воинствующая клика из верхушки Сидхейской империи, им не на руку привлекать лишнее внимание именно к этому кораблю. Выгул чудовища такого масштаба, как алмазное оружие, уже само по себе нетривиальное дело, а если на корабле, который контролирует его, усилят охрану, это будет выглядеть слишком подозрительно. Не забывай, мастер, эта самая клика далеко не единственная сила в их правительстве. За ними очень пристально следят политические оппоненты.
— Когда это ты начал так хорошо разбираться в политике Сидхейской империи? — поддел его Миллер.
— Имеющий глаза, — усмехнулся Оцелотти. — Или скажешь, я не прав?
— Я не так хорошо знаком с эльфами, — очень близко подошёл к опасной черте Миллер, — и не возьмусь судить о внутренних делах их империи.
— Мастер, — в голосе Оцелотти слышна была настоящая угроза, — ты перегибаешь палку. Кого другого я бы принудил извиниться, но мы с тобой друзья, надеюсь, и ты просто воздержишься от подобных заявлений.
Эти двое никогда не были друзьями. Парадоксально, но мои ближайшие помощники с удовольствием вцепились бы друг другу в горло, если бы не я. «Солдаты без границ» были нашей с Миллером фронтовой мечтой, но костяк частной армии составили именно бойцы Оцелотти. Оба признавали моё лидерство, однако каждый хотел быть номером вторым, не уступая главенство другому. Мы вроде бы распределили обязанности, и интересы Миллера с Оцелотти почти никогда не пересекались, однако они никак не могли избавиться от взаимной неприязни, тянущейся через годы.
— Довольно, — хлопнул я по столу ладонями, прекращая их спор. — Миллер, найди десяток бойцов с опытом воздушного абордажа. Оцелотти, та же задача — провести отбор среди твоих «диких котов». Завтра в полдень представьте списки, встречаемся здесь же и прорабатываем детали операции. Времени у нас на подготовку не слишком много.
Оба одновременно поднялись на ноги и вышли из комнаты. Я же остался сидеть за столом, глядя на расстеленную на нём карту розалийского побережья. Ставки, как верно сказал Миллер, слишком велики, и я вовсе не уверен, что стоило вообще ввязываться в это дело, как показал Миллеру. Моя ненависть к эльфам не была такой слепой, как у Оцелотти. Сейчас мне казалось, что я ставлю на карту всё — не только жизни тысяч жителей розалийского урба (до которых мне, положа руку на сердце, нет никакого дела), не только колоссальную сумму в гномьих кредитах, лежащую на обезличенном аккредитиве, но само существование «Солдат без границ». Моё решение будет таким же судьбоносным для всей частной армии, как то, что я принял, когда согласился вытащить принца Максимилиана из Рагны. Вот только сейчас ставки для «Солдат без границ» куда выше.
 
Списки, принесённые мне на следующий день Миллером и Оцелотти, были короткими — в обоих не насчитывалось и пяти человек. Первым я взял список Миллера. Возглавляли его Чёрный Змей и Серая Лисица, что было достаточно предсказуемо. Я намеренно не давал указаний своим вербовщикам и Оцелотти раскапывать истории нанимающихся к нам бойцов — их прошлое не интересовало меня. Их жизнь, как и в розалийском Безымянном легионе начиналась с чистого листа, как только они вступали в ряды «Солдат без границ». И всё же эти двое были слишком уж разносторонними профессионалами, у обоих явно не по одному воздушному абордажу. Особенно если говорить о Серой Лисице. А вот то, что следом за ними стоял позывной «Зелёный Медведь» было куда интереснее — орк же штурмовик и командовал прежде джаггерами. Сам рассказал об этом не так давно. Не думал, что тяжёлую пехоту используют во время небесных сражений, хотя от альбийцев и не такого можно ожидать. Ещё до войны среди офицеров Экуменики ходила шутка о том, что в Альбии вся армия не более чем придаток к флотам — небесному и военно-морскому. Ещё пара имён мне ничего не говорила, но судя по отметкам, они также штурмовики и подчинялись Зелёному Медведю, хотя один был веспанцем, а второй и вовсе родом из Олайского герцогства. А вот глянув в список Оцелотти, я поднял на него глаза и задал первый вопрос, который пришёл в голову: