Без тормозов (СИ)
Залетаем в раздевалку. Странно, что полностью экипированные парни до сих пор толкутся на лавочках. Впрочем, времени уточнять, что к чему нет. Переодеваемся за две минуты.
Пока натягиваем шлемы, в раздевалку залетает мистер Ландо.
— Всё готово, — отчего-то нервничает тренер. — Он уже тут. Делимся на две команды. Фьюри — в первую. Адмиралов — во вторую. Раст — в первую, Андерсон — во вторую…
— Какой? — хором выкрикивают оба близнеца.
— Томас, — машет рукой мистер Ландо и продолжает быстро разбивать нас на команды.
— А в чем вопрос, собственно? — тихо спрашиваю у Тейлора, второго из близнецов. — Отчего Ландо так нервничает?
— Шишку какую-то нам привезли, — хмыкает тот Андерсон, который очутился в моей команде. — Кататься учить его будем, — заливается громким смехом.
— И нафига это нам? Будто делать нечего, — цежу сквозь зубы.
Я не для того в команде столько лет пашу, чтобы тренером каким-то подрабатывать. У нас турнир скоро. Нахиба нам эта радость?
— Сам мэр его прислал, — Томас делает важный вид, поднимая указательный палец вверх, и корчит умильную рожу.
— Ааа, — тяну понятливо. — Значит мы его научим, — выдаю многозначительно.
Все вокруг начинают откровенно ржать. Настрой на сегодняшнюю тренировку нам всем понятен.
Не зря же столько лет играем бок о бок.
Что ж… посмотрим мы на мэрского протеже. И, конечно же, всему научим. От души, естественно. И от самого чистого сердца.
* * *Выходя на лед, ощущаю чувство легкости и бесконечного счастья. Только эта твердая субстанция способна заставить меня забыть обо всем, включая мерзкую школу и вонючую мажорку.
Рассекаем арену с парнями, разминаясь. Вдруг тренер свистит откуда-то сбоку.
Мы все, как один, замираем в тех же позах, в которых нас застал этот звук. Сказать, что мы все шокированы — это практически ничего не сказать вообще. Мы офигели. И это самое мягкое определение, которое можно в этой ситуации подобрать.
Наш мистер Ландо прекратил свистеть в свисток, когда нам исполнилось десять. С тех пор он всегда озвучивал свои мысли только словами. Хорошо еще, если они были цензурными.
Теперь же — что за…?
— Ребята, все сюда, — тренер стучит по бортику, подзывая нас к себе.
Мы словно отмираем и ползем к месту сбора. К Ландо подходит какой-то парень. Форма на нем новехонька, только что не блестит. Бренды такие, что нам и не снилось.
Закусываю губу, мне мажоров и в школе хватает.
Сегодня придется еще одного вытерпеть. К счастью, уверен, это ненадолго. Как только этот неудачник поцелует лед своей смазливой мордашкой, которая полжизни провела в салонах красоты, то сразу свалит. Дома будет зализывать свои раны. Или подставлять их зализывать какой-то дуре.
Радуюсь, что всего полчаса, — и мы с ребятами сможет полетать сами.
— Ого, — рядом присвистывает Тейлор. — Да это же тот чувак, которого показывали по телеку.
— Плевать, — сквозь зубы подтверждает это действием Лео Раст. — Этот мажорчик нам разминаться мешает.
— Я же говорю магнитная буря, — ржет стоящий рядом Ник. И шепотом объясняет парням свою теорию по поводу сегодняшнего дня.
Я жду, постукивая клюшкой по льду. Быстрее бы уже закончилась эта торжественная часть и мы могли бы начать двигаться. Ощущение предстоящего парения над ареной уже нетерпением пробивается внутри.
— Познакомьтесь, — тем временем вещает тренер, — это Эндрю Рочестер. Эту тренировку он продет с нами. Эндрю, — мистер Ландо поворачивается к мажорчику, — это моя команда, — в его голосе звучит неприкрытая гордость. При всех своих недостатках Рок Ландо всегда стоит за нас горой. — Представлять поименно сейчас не буду. Всех не запомнишь. Сейчас мы для начала потренируем технику владения клюшкой, — Ландо выезжает на лед и показывает, как проезжаем через препятствия, ведя перед собой шайбу. — Акцентируем внимание на правильность выполнения упражнения, а не на скорость. Всем ясно? — окидывает нас взглядом.
Мы хмуро киваем.
Сегодня должны были просто погонять, а не упражнениями для новичков заниматься.
Впрочем, едва мажорчик выезжает на лед, становится ясно, что он когда-то занимался хоккеем. Льда не боится, хотя и ездит пока осторожно. Но упражнения, на удивление, выполняет технически чисто.
— Отлично! — восклицает мистер Ландо, который всё это время не отрывал от нас внимательного взгляда. — Теперь разбиваемся на пары, — тренер быстро делит нас. Мне, к счастью, достается Тейлор. Парень такой же, как и я, местами несдержанный и отбитый, но адекватный. — Смотрим друг на друга, — инструктирует Ландо. Больше, правда, мажорчика, чем нас, которые уже давным-давно привыкли к таким тренировкам. — Тренируем движение боком — одной ногой толкаемся, вторая нога постоянна на льду в притормозе. Работаем корпусом — обманные движения при подпускании шайбы под препятствием влево-вправо. И в конце делаем вираж и передаем следующей паре, — тренер наглядно показывает то, что сейчас объяснил.
Еще какой-то период времени теряется на эту тягомотину.
В конце уже занудились все, включая тех, кто обычно спокоен. Ландо видит это и свистит об окончании нашего «занятия».
Мы с парнями вздыхаем с радостью. Наконец-то мажорчик свалит, и мы сможем нормально погонять.
Но тот, похоже, и не думает делать этого. Что-то с умным видом втирает нашему тренеру и совершенно игнорирует умные доводы Ландо.
По отголоскам слов тренера, который уже явно сдерживает свой повышающийся тон, слышно, что мистер Ландо боится выпускать новичка в игру. Знает же нас, как облупленных. И понимает, что мажору пощады не будет. Заигравшись, мы точно забудем о правилах приличия.
Уж не знаю, какие доводы привел мистеру Ландо этот Эндрю, но уже через пару минут тренер выпускает нас на лед. Отправив Вильсона в запас, ставит вместо него мажора. Тот, как и Ник, сейчас находятся в другой команде.
Кажется, «спасибо» сегодня мне скажет не только мой друг.
Впрочем, это происходит уже довольно скоро, когда я на скорости подрезаю мажорчика, который в тот же миг врезается в бортик и мешком оседает на лед.
Что — здравствуй, взрослая жизнь?
Что ты забыл на этом грязном хоккее, рафинированный мальчик?
Глава 11
Райан
— Фьюри! — шипит с другого конца зала тренер так, что я его слышу, словно он разоряется у меня над ухом, и глотает трехэтажные маты. — В запас! — яростно орет, уже не сдерживая мощи.
Я картинно пожимаю плечами. Мол, парнишка сам в мою траекторию попал. По сторонам надо смотреть. Ты тут не на параде.
— Всё в порядке, — вдруг подает голос со льда мажорчик. — Я был сам виноват, — давит в себе прорывающуюся боль от удара. — Продолжаем игру.
На моем лице появляется довольная лыба. Вопросительно смотрю на Ландо.
Тот гасит в себе злость и цедит, кивая головой мне остаться:
— Пару минут перерыв и продолжаем, — тренер вихрем проносится по льду, резко приземляясь около мажора. Осматривает, ощупывает, удовлетворенно хмыкает.
Когда становится ясно, что у этого новичка ничего, кроме ушибов, мистер Ландо поднимается на ноги и смотрит на меня.
— Извинись, — произносит четко и тихо.
Я закашливаюсь, поперхнувшись воздухом. Поднимаю бровь. Он это серьезно?
— Не буду, — качаю головой.
Где это видано, чтобы за такое поведение на льду извинялись? Я не сделал ничего противоправного, меня и на игре бы за это не исключили. Реагировать нужно быстрее. Кто ж виноват, что нам подсунули улитку?
— Будешь, — давит авторитетом Ландо. — Отстраню от следующей игры, — и по его виду видно — не шутит.
— Отстраняйте, — выплевываю буквально сквозь зубы. И отъезжаю на другой конец катка.
Чтобы он там не решил, я унижаться не буду. Пусть отстраняет. Знает же прекрасно, что без меня команда существенно ослабеет. Да… пофиг…
Ко мне подъезжают мои ребята.
— Вконец свихнулся, — констатирует Тейлор, явно имея в виду то, как наш Ландо пресмыкается перед этим незнакомым мажором.