Похоже, это любовь (ЛП)

– Рассказывать кому-то о своих чувствах рискованно, Джордо, – наконец сказал он. – Слово не воробей, вылетит – не поймаешь.
Трудно не согласиться. Но если альтернативой набраться мужества и поговорить, это стать интернет-террористкой – пожалуй, она не умрет, если честно признается во всем Нику. Да, он мог бы существенно облегчить ей жизнь, если б не вел себя как упрямый болван, но с Ником никогда не было легко, с самой первой их встречи. Одна из черт, которые Джордан в нем нравились. Восемьдесят два процента времени.
Она глубоко вздохнула, решив быть честной с самой собой.
– Кайл… похоже, я облажалась. – Джордан подняла руку и уточнила: – Частично. «Высокий, темный и горячий», конечно, тоже виноват. Как минимум наполовину. Или на две трети. Конечно, он, скорее всего, сейчас дуется и думает, мол, я не так себя повела. Этот парень – та еще заноза. Пробирается под кожу, как клещ или колючка, или шип, или… что еще может раздражать кожу?
– Чесотка?
– Чесотка? Лучше ты ничего не придумал?
Кайл уставился на сестру так, будто она не поняла соль шутки.
– Понятие я не имею, о чем ты, Джордо. Но если думаешь, что облажалась, то могу задать лишь один вопрос – тот самый, что ты задала мне пять месяцев назад: исправить можешь?
– Я пытаюсь, – вздохнула Джордан.
– Пытайся лучше, – твердо ответил брат.
– Ладно. – Она помолчала и кивнула: – Ладно.
  
Глава 31
 
«Погреба ДеВайн» были готовы начать работу ровно в десять – и их хозяйка тоже.
Ник так и не перезвонил. Ничего. Она уже спустила пар, перезагрузилась, и если он не собирается ей отвечать – ну и ладно. Джордан сходит к нему в его подставной офис и лично выскажет все, что лежит на сердце. Оставалось надеяться, что Ник каким-то образом ответит на ее чувства, но Джордан особо на это не рассчитывала. Вся эта сентиментальность для нее лес дремучий, и если слишком много думать о предстоящем разговоре, то можно просто струсить и спрятаться обратно за забор из сарказма и недомолвок. «Ага, и посмотрите, куда это уже меня завело».
Из прошлых бесед Джордан знала, что этим утром Ксандер встречается с Трилани, следовательно, Ник, скорее всего, будет занят допоздна. Чтобы убить время, она с головой погрузилась в хлопоты, связанные с открытием магазина. Сделав все к десяти двадцати двум, Джордан огляделась, ища, чем бы еще себя занять. Она как раз размышляла, не расставить ли вина по алфавиту, невзирая на сорта и географическое происхождение, когда над дверью звякнул колокольчик.
Слава богу, посетитель. Джордан развернулась… и ее улыбка поблекла.
В магазин вошел Ксандер Экхарт.
Джордан быстро скрыла удивление. Видимо они с Трилани решили перенести встречу. Учитывая то, что она не общалась с Ником с воскресенья, новости вполне могли пройти мимо.
Раз уж приходилось разруливать ситуацию вслепую, Джордан решила прибегнуть к уже привычной тактике – вести себя непринужденно. Ну или хотя бы постараться.
– Ксандер. Рада встрече. Кажется, мы уже пару недель не виделись.
– С моей вечеринки.
Сегодня он надел черное пальто и черные же кожаные перчатки – неудивительно, учитывая температуру на улице.
– Как поживаешь?
Джордан надеялась, что голос не выдает ее нервозность. Она не рассчитывала увидеть Ксандера до… да вообще еще хоть раз. Зря надеялась – все-таки он ее постоянный клиент.
«Ты справишься». Она сумела поддерживать дружескую беседу на вечеринке – значит и сейчас сможет, пока он разглядывает магазин. ФБР почти завершило расследование. Нельзя все испортить.
Однако по спине бегали мурашки. Почему он не на встрече с Трилани?
Ксандер прошел мимо стенда с новинками в начале магазина.
Он всегда останавливался и проверял их. Как настоящий сноб просто не мог смириться с мыслью, что есть какие-то достойные вина, о которых он еще не знает.
Джордан с трудом сглотнула.
Как можно незаметнее она опустила руку под прилавок и нажала тревожную кнопку.
– Как поживаю? – переспросил Ксандер. – Честно говоря, Джордан, не очень. Совсем не очень.
  
– Жаль слышать. Что-то случилось?
Он подошел ближе и встал прямо напротив нее. Выражение его лица было каменно-холодным.
– Вообще-то случилось. Я выяснил, что один человек, которому я доверял, солгал мне. Предал меня. – Повисло долгое молчание, а потом Ксандер произнес: – Просто скажи, почему так поступила. Но должен предупредить: если ответ мне не понравится, то дела для тебя закончатся очень плохо. – Он вытащил из пальто пистолет. – И у меня ощущение, что, скорее всего, ответ мне не понравится.
***
Ник расхаживал по своему подставному офису, ожидая звонка.
Хаксли обещал сообщить, как только Трилани приедет в «Бордо» на встречу с Экхартом, но пока молчал.
А Ник пытался не думать о Джордан.
Он понимал, что как мужчина не должен в таком сознаваться, но их спор вывел его из себя. За последние несколько дней Ник чуть не взорвался, пока она болтала с тем придурком, задействовал все связи, чтобы вытащить ее братца из тюрьмы, провел сумасшедшие выходные, разъезжая по винодельням, всерьез задумался сменить ради нее работу – а потом они с Джордан поругались, и он вылетел из ее дома с ощущением, будто его использовали ради секса.
Определенно Ник был не в себе.
Единственный способ вернуть все на круги своя – решить проблему. Полностью вычеркнуть Джордан из жизни.
И это бесило его еще больше.
Она как-то умудрилась проникнуть в его жизнь и сорвать все планы. Ник был совершенно счастлив, пока не явилась Джордан со своим вином, дерзостью, сверкающими голубыми глазами и умением его развеселить. Ник охотно посмеялся бы над собой, как он облажался, вот только с воскресенья не мог выдавить и улыбки.
Все произошло слишком быстро. Он всегда понимал, что однажды устанет от работы под прикрытием и тогда постепенно завяжет с холостяцкой жизнью. Но эти отношения – дикие, сумасшедшие, раздражающие, возбуждающие американские горки с Джордан – были безумием. Чистым безумием. А больше всего бесило другое: будь Ник одним из тех чувствительных типов, обожающих копаться в себе, то сказал бы, мол, то, что он испытывает к Джордан, очень похоже на любовь – а он, Ник Маккол, никак не мог влюбиться.
Черт, или все же мог?
Нарезая круги по офису, Ник выдал смачную порцию чисто бруклинских ругательств, о которых чувствительные типы со склонностью к самокопанию и понятия не имели.
Как ни погляди, оставалось два выхода. План А: продолжать избегать Джордан и проверить, не рассосется ли эта дикая привязанность так же быстро, как возникла. Однажды на очередных семейных посиделках кузина Мария болтала о проблемах с бойфрендом и сказала, мол, в «Космо» написали, что человеку достаточно половины времени, сколько длились отношения, чтобы оправиться от разрыва.
Звучало неплохо. Если считать те периоды, что они с Джордан были вместе, то выходило в общей сложности три дня. Если верить «Космо», через тридцать шесть часов после расставания он должен о ней забыть.
Ник глянул на часы. Зараза. Получается, срок вышел три часа двадцать четыре минуты назад. Плохой признак.
Значит план Б: послать нафиг «Космо», принять мысль, что дикая привязанность никуда не денется, и смириться. Есть один существенный плюс: можно ворваться к Джордан в магазин и рассказать, как он бесится, что она спутала ему все карты. Неизвестно, к чему приведет такой разговор, но Ник собирался как-нибудь выкрутиться. Или можно просто плюнуть на болтовню и зацеловать Джордан до тех пор, пока она не вспомнит, насколько ей скучно зависать в обществе придурков в шарфиках.
Вот теперь похоже на план.
Раздался звонок сотового. Хаксли. Как раз вовремя. Вот только новости оказались неожиданными.
– Похоже, Экхарт пропустил встречу.
– Все еще болеет?
– Без понятия. За все утро из его офиса ни единого звонка.