Похоже, это любовь (ЛП)

– Как прошел шопинг с Ником?
– Мы выжили. Вот, пожалуй, и все, что я могу сказать. Видела бы ты его лицо, когда я показал ему подобранные под костюмы галстуки. Он заявил, что там, откуда он родом, мужчины и бойзеновый – вещи несовместимые. Мне страшно подумать, что такое место существует. (Цвет бойзеновой ягоды – гибрида малины, ежевики и логановой ягоды, которая в свою очередь тоже является гибридом малины и ежевики. Прим.пер.)
– Бойзеновый? Повезло тебе, что ты выжил. Спасибо, Кристиан. Я ценю твою помощь. – Джордан сделала мысленную пометку послать ему бутылку вина из своего магазина.
– Не стесняйся, отправляй ко мне всех нуждающихся в костюмах покупателей, каких захочешь. И я думаю, ты останешься довольна результатами. – В его голос закралась хитреца. – Счастливого дня Святого Валентина, Джордан. У меня такое ощущение, что на этот раз ты отметишь его, как полагается.
«Точно», – подумала Джордан, отключаясь. Потому что ее кавалер – Ник. И, конечно же, любой женщине, которая встретит День всех влюбленных с кавалером, подобным Нику, гарантирована ночь бесконечного, грандиозного секса.
Жаркого, с царапающей щетиной, повали-меня-на-стол сногсшибательного секса.
Вероятно, с грязными словечками.
«Пожалуй, не самый ужасный способ провести Валентинов день», – признала она. Но такое ей не светит.
Джордан вошла в магазин и повесила пальто в подсобке. Переобулась и включила свет и музыку. Она любила открывать магазин – в это время дня, как ни в какое другое, ощущала его своим.
Обычно утренние часы медленно тянулись до одиннадцати, и у нее оставался в запасе добрый час, чтобы расставить к бутылкам информационные карточки и значки о полной распродаже, провести инвентаризацию и прибраться. Однако Джордан сомневалась, что на уборку потребуется много времени и усилий. Прошлым вечером магазин закрывал Мартин, а он был чистюлей в той же мере, что и винным снобом. Самое что ни на есть желанное качество для помощника управляющего.
Она проверила выручку за прошлый вечер и увидела, что тот выдался удачным. Помимо обычного объема продаж, в их винном клубе прибавились четыре новых покупателя.
Винный клуб Джордан создала два года назад. Каждый раз, когда покупатели просили ее и Мартина порекомендовать какое-то вино, труды оказывались не напрасными. Каждый месяц они с Мартином отбирали два вина общей стоимостью от ста до ста пятидесяти долларов.
Поначалу Джордан колебалась по поводу цены, и спрашивала Мартина, не следует ли им предлагать более бюджетные варианты. Она беспокоилась, что из-за таких цен люди не захотят вступить в клуб.
– Если отбирать буду я, вступят, – театрально прошептал Мартин.
Она дала ему шесть месяцев на доказательство своей правоты.
И он не подвел.
В клубе числилось около восьмисот членов, и это огромный успех. Иногда они рисковали, выбирая вино отличного качества, но зачастую из бутика менее известных виноделов. И Мартин, приверженец традиций, всегда настаивал на выборе одного из вин Старого света, несмотря на то, что согласно опросам потребители отдавали предпочтение винам Нового света из-за удобных этикеток. До сих пор в винном клубе никто не жаловался.
– Они тебя любят. Серьезно, когда собираешься открыть свой собственный магазин и выбросить меня из бизнеса? – как-то поддразнила она Мартина.
– Они не меня любят, а тебя, – откликнулся он прозаично.
– Едва ли, это твои заслуженные лавры. Если бы решала я, то в летнее время винный клуб на девяносто процентов состоял бы из калифорнийских каберне и десятидолларовых новозеландских совиньон блан.
– И у тебя по-прежнему оставались бы все восемьсот членов, – ответил Мартин. – Давай будем честными, Джордан. Богатым людям нравится то же, что и остальным. Они покупаю отобранные мной вина, потому что и ты их советуешь.
Джордан тотчас открыла рот, чтобы возразить – на ее вкус разговор слишком уж походил на «Новое платье короля» – но какая-то часть ее души подозревала, что Мартин не так уж сильно заблуждался. (Сказка Ганса Христиана Андерсена. Прим.пер.)
  
Будучи сведущей в объемах рыночных продаж, Джордан знала, как велико число богатых чикагцев, покупавших вино именно в ее магазине. Может она и была финансово независимой, но людей привлекали именно деньги ее отца.
– Ты вроде Перис Хилтон вина, – как-то высказался Мартин.
Джордан от ужаса чуть в обморок не грохнулась.
– Если пообещаешь больше никогда в жизни не приводить таких аналогий, я позволю тебе выбрать два вина Старого света на следующий месяц, – сказала тогда Джордан.
Мартин жадно потер руки.
– А можно одним из них будет «Брунелло ди Монтальчино»?
– Ты всегда говорил, что у «Брунелло» нестабильное качество.
– И мало для кого это станет проблемой, – заявил тогда Мартин. – Говорю тебе, Джордан, с твоим именем и моим безупречным вкусом, мы с этим магазином далеко пойдем.
  
Глава 9
 
Ник припарковал машину недалеко от дома Джордан и прошагал короткое расстояние по холоду. Открыл высокие кованые ворота и оказался во внутреннем дворике, где раскинулся сад.
Он предполагал, что ее жилище окажется симпатичным – очень симпатичным – и не ошибся. Кирпичный дом высотой в два с половиной этажа, элегантные французские балконы огибали арочные окна первого яруса. Большой балкон из кирпича и известняка на втором этаже, по прикидкам Ника примыкавший к хозяйской спальне, выходил во внутренний дворик.
Поднимаясь по ступенькам к входной двери, фэбээровец поймал себя на мысли, купил ли ей дом отец, или она зарабатывала достаточно, чтобы позволить себе такое приобретение без чьей-либо помощи. Это, конечно, не его дело, просто… любопытно.
Ник нажал на звонок и через дверь расслышал мелодичный перезвон. Когда прошла минута или две, и никто не ответил, он снова потянулся к звонку.
Дверь распахнулась.
– Прости, – задыхаясь выпалила Джордан. – С «молнией» проблемы.
Ник старался не выдать своей реакции, в то время как элементарно… глазел. Оттуда, где он стоял, Маккол никаких проблем не видел.
Глубокий фиолетовый оттенок ткани подчеркивал все изгибы ее стройной фигуры.
Джордан забрала волосы наверх, и несколько выпущенных светлых прядок разметались около подчеркнутых дымчатым макияжем бирюзовых глаз, сверкавших ярче бриллиантов в ее ушах.
Она оперлась одной рукой о дверной косяк.
– С тех пор, как мы познакомились, так долго ты еще ни разу не молчал, Бруклин. Я так понимаю, платье тебе понравилось.
Попался!
Ник взял себя в руки:
– Не слишком выпендривайся. Я просто пытаюсь понять, куда в этой штуке мы спрячем микрофон.
Джордан отступила в сторону, давая кавалеру пройти в дом, и закрыла за ним дверь.
У Ника чуть глаза из орбит не вылезли.
Боже мой, сзади ее платье… вырез на спине опускался заманчиво низко, практически умоляя пялиться на ее задницу.
– Так зачем мне микрофон? – спросила Джордан.
Маккол растерянно моргнул.
– Что прости?
– Ты сказал, мне нужно надеть микрофон, – напомнила она.
Точно. Микрофон. Секретная операция.
– Это всего лишь мера предосторожности. Хочу слышать ваш с Экхартом разговор, пока сам буду в его кабинете. – Ник потянулся к внутреннему карману пиджака и вытащил беспроводной микрофон размером чуть больше пяти миллиметров. – Счастливого Дня Святого Валентина.
Джордан с любопытством изучила крошечную вещицу.
– Не могу поверить, какой он маленький.
– Он улавливает голоса на расстоянии пятнадцати метров даже через одежду. Все, что тебе нужно, припрятать его в лифчике. – Его взгляд остановился на ее V-образном декольте. – Если конечно с этим платьем ты носишь лифчик.
– Не-а. Только пластырь на сосках.
Шесть лет секретной работы в ФБР, еще пять лет в Нью-Йоркском департаменте полиции, но черт его дери, если Ник имел представление, как выбраться из этой ситуации.
Джордан ухмыльнулась: