Заклинатель тьмы

На этот раз Мара ничего не ответила, лишь помотала головой, отпугивая назойливых мух. Мы уже достаточно далеко отъехали от рынка, но и здесь, в жилом квартале, повсюду витал густой запах зловоний. Остатки еды, испражнений, разлагающихся трупов животных и не только. Мусор, грязь… С каждым шагом лошади Карии нравилась мне все меньше и меньше. Но, как бы то ни было, надо было накормить себя и Мару, а заодно по-тихому узнать об этом городе. Нельзя напрямую спрашивать, где тут торгуют рабами. Не поймут, или я привлеку к себе внимание. Но никто не запретит мне затаиться и послушать чужие разговоры.
Приглянувшаяся мне таверна расположилась в конце улицы. С одной стороны, это место ничем не отличалось от остальных, с другой – у входа были привязаны сильные, тонконогие быстрые лошади с глубокими шрамами, неухоженные, грязные, уставшие. Как раз на таких в основном и путешествовали люди с большой дороги. Они меняли скакунов чаще, чем женщин. Я никогда не понимал, как можно так ужасно относиться к своим напарникам, пусть они и были всего лишь животными. Но сегодня я хотел услышать именно таких людей.
Я слез с Мары, привязал ее вместе с остальными лошадьми и зашел в таверну. Внутри оказалось достаточно просторно и светло, только вот все столики были заняты, хотя, казалось бы, утро уже прошло, а до обеда еще далеко. Стоило ли говорить, что на меня, конечно, обратили внимание. Однако я был абсолютно спокоен, даже снял платок с головы, открывая лицо. Кто-то взглянул на меня с интересом, кто-то с опаской, кто-то враждебно. В общем-то, ничего необычного для меня. Хотя мне самому стоит присмотреться к посетителям, чтобы проверить, нет ли среди них тех, кто давненько в поисках моей головы.
– Что будете заказывать? – обратился ко мне человек едва ли старше меня, когда я подошел к стойке.
– Хотелось бы что-то сытное. Еще дайте роти с сыром и зеленью, три штуки, творог, масала-чай и простой воды. Я на улице оставил лошадь, прямо у двери. Она любит яблоки, красные, если есть. И тоже воды не помешало бы.
– Хорошо, – кивнул парень. – Вы присаживайтесь, я принесу.
– Да вроде мест нет, я постою.
– Вон там у окна только что освободилось место.
Я оглянулся. Действительно, двое сидевших там мордоворотов поспешно ушли, оставив для меня целый столик на двух человек. Я нагнетаю или они поспешили сообщить кому-то о моем визите сюда?
– Откуда вы к нам приехали? – вдруг задал вопрос все тот же молодой хозяин таверны.
– Так заметно? – приветливо улыбнулся я, но все же ответил. – Из столицы. Еду на родину, на восток. И перед дальней дорогой стражи на воротах посоветовали мне заехать именно к вам.
– Как приятно слышать! Да, на воротах работает муж моей сестры. Он бы дурного не посоветовал, – так же добродушно ответил молодой человек.
Стоило ли говорить, что мы прекрасно поняли друг друга. Он соврал ровно настолько, насколько и я. Больше вопросов мне никто не задавал, и я спокойно сел за стол лицом к залу. В ожидании обеда я решил достать ножик, спрятанный вдоль запястья, и проверить его остроту. Обычное дело, показывающее, что я не хочу ни с кем общаться.
– Иди давай отсюда! – вдруг раздалось за моей спиной. – Кому сказал? Нет здесь мест!
– Да вон же! – владелец второго голоса явно указал на свободный стул рядом со мной.
– Проваливай!
Я слегка обернулся и понял, что хозяин таверны выпроваживал от заднего выхода какого-то ободранного бродягу.
– Да что ж происходит в этом городе?! То стража чуть не задавила на своих кобылах, то поесть не дают!
– У тебя даже денег нет! Вали давай!
– Чего это нет?! Вот, гляди! На лепешку хватит!
Я не видел, какую именно монету протянул нищий, но хозяин таверны, вероятно, посчитал ее вполне сносной, чтобы сжалиться над бедолагой. Надеюсь, он не решит в самом деле сесть рядом со мной. Но мои опасения быстро исчезли вместе с другими посетителями – похоже, они не захотели терпеть рядом с собой человека, от которого разило на целую лигу.
– А на чай? На чай хватит? Если что, то у меня еще есть! – заправски хвастался бродяга.
  
Боюсь, если он так продолжит, то вечером его найдут в сточной канаве. Или не найдут никогда.
– Ты вроде не был вором? Откуда у тебя золотой мухр?! – нарочито громко спросил хозяин заведения.
– А вы что, ничего не знаете? Не видели вчера, что происходило?!
Никто не обратил внимания на его вопли, ни один из посетителей заведения даже не поднял головы: это говорило о том, что либо все давно привыкли к такому поведению чудака, либо всем действительно было наплевать.
– Ну вечером же! Все кидали монеты прямо под ноги той повозке! Ну с девкой-то! Неужели не видели? Все просили лишь взглянуть на нее! Говорят, на рынок привезли такую диковинку!
– И что? – вдруг выкрикнул какой-то мужчина в центре зала. – Неужто показали товар?
– Видел! Сам видел! – прокричал нищий, поравнявшись с моим столиком и встав ко мне спиной.
– Да хватит нести чушь! Я тоже там был! – послышался голос откуда-то спереди. – Врет он все! Не показали они ее никому! Да и что смотреть, очередная уродина.
– Пф, – хмыкнул мужчина и, нисколько не церемонясь, все-таки плюхнулся на стул за моим столом. – Ты-то мне веришь?! – облокотившись на стол и наклонившись ко мне, спросил бродяга.
– Кажется, я вас не приглашал, – тихо ответил я, вертя ножом, прежде чем убрать его.
Я так и думал, что этим все закончится, и хотя в принципе можно было бы пересесть, тем не менее решил, что человек с таким развязанным языком может оказаться вполне неплохим собеседником.
– Ты не ответил на вопрос, – снова обратился ко мне бродяга и улыбнулся, обнажив ужасный косой ряд желтых гнилых зубов.
– Разве для этого города такая уж редкость, что кого-то везут на продажу? – решил прямолинейно спросить я.
– Не редкость. – Не переставая улыбаться, он откинулся на спинку стула. – Поэтому я тут и живу. Люди часто кидают монеты при таких процессиях, а я и собираю.
– И кто-то кинул золотой мухр ради обычной уродины? Вам несказанно повезло.
Бродяга ничего не ответил, так как мне принесли еду.
– Хотите, я его выгоню? – обратился ко мне хозяин таверны.
– Эй! Я вообще-то заплатил! Имею право тут сидеть! И где мой чай?
– Да ты везде успеваешь! – сменив тон на грубый, возразил парень и поймал мой взгляд.
Я отрицательно покачал головой. Можно было бы предположить, что вся эта сцена была разыграна специально, чтобы этот человек разговорил незнакомца, то есть меня, но я все-таки предпочел думать, что все происходящее было не более чем случайностью.
– Я и позавчера был на площади, – почему-то куда тише, чем раньше, сказал нищий. – Жалкое зрелище. Такая красивая и слепая была там. Ты видел?
– Все видели, – тоже понизив голос, ответил молодой человек, закончив расставлять тарелки. – Орала она зря, конечно, только больше получала.
– Зато я подзаработал! Столько денег осталось в песке!
– Ох, – махнул рукой парень, разворачиваясь обратно к стойке. Но тут же вернулся к нам и поставил перед моим собеседником горячий чай.
Ничего больше не говоря, я принялся за еду. Как оказалось, мне принесли достаточно большую порцию похлебки, и, стоит заметить, от нее вовсе недурно пахло.
– А вот ты, парень, всегда платишь за то, что тебе досталось? – вдруг поинтересовался бродяга.
– Не жалуюсь, – не поднимая головы, ответил я.
– М-да, и одет ты не бедно. – Он отхлебнул чай. – Не то что я. Небось, и за любую помощь говоришь спасибо?
– Люблю вежливость. Она помогает выжить.
– Даже так, – он одобрительно кивнул и снова наклонился ко мне.
Я старался нисколько не подавать вида, что он портит мне аппетит своим «ароматом».
– Слышь, парень, а не угостишь нищего-то? – спросил он.
Я поднял голову и столкнулся с его взглядом – хитрым, лживым и отчего-то насмешливым.
– Простите… – ответил я, вновь опустив глаза, но вдруг какое-то странное чувство разгорелось у меня в груди, оно заставило вновь поднять взгляд и все-таки сказать: – Хотя почему бы и нет?