Одиночка, или В плену Огня (СИ)

— Кьелл? — прозвучало так, словно дамочка испытывала рвотный рефлекс. — Я Ханна, староста группы. Советую соблюдать все мои правила.
— Твои? Ты что же, пишешь правила для всей академии? — фыркнула Фина и, проигнорировав протянутую брошюру, зашагала к свободным партам. Подружка Ханны швырнула брошюру вслед, а Фина налету поймала ее. — Зачем так нервничать, дорогуша?
— Фина, да ну их. Не лезь, — мягко вмешался Михаил и уже громче добавил, обращаясь к старосте: — Мы все учтем, Ханна.
Староста не планировала оставлять конфликт. Фина видела по глазам, что мымра не отстанет так просто. Но в помещение вошел профессор с кипой учебников в руках.
— Это Эрлинг! — с восторгом и благоговением прошептал Миша.
— Только в обморок не грохнись! — фыркнула Фина, задумчиво изучая яркие надписи на обложке буклета, с которого улыбались две вредные мымры на фоне здания академия.
Вопреки скептическому настрою Руфины, занятие ей понравилось. Бесспорно, профессор Эрлинг действительно очень крутой и знающий преподаватель. Много нового почерпнула Фина всего лишь за неполный час занятий.
Ну а после ее, как оказалось, ждал сюрприз.
— Следующее занятие у вас пройдет на арене, — обронил Эрлинг и как-то очень проницательно взглянул на саму Руфину.
— Круто! Обалдеть! Будем сразу с советником заниматься! Без нудных лекций о безопасности и прочем! — восторженно шептал Миша, кажется, позабыв, про то, что звонка пока не было, да и ректор Эрлинг все еще находился в кабинете.
— На завтра подготовите первое практические задание. Ничего сложного, если включить мозги, — мягко улыбнулся ректор и подмигну, почему-то, опять же Руфине.
Кьелл на автомате вежливо улыбнулась. Уже и забылось желание разбираться с наказанием, которое отбывал Миша по ее вине. Да и как ругаться с ректором, который так подкупающе и очаровательно смотрит? Словом, Фина решила не влезать, а идти на следующий урок. Благо Мишка знал дорогу к той самой арене.
* * *
Арена представляла собой огромное, размером с футбольное, поле. В самом центре имелись ограждения, они разделяли поле на сегменты. Очевидно, что можно было спокойно заниматься в любом сегменте, не мешая другим, поскольку ограждения были весьма прочными.
Подойдя ко входу на поле, Фина споткнулась. Их группу уже ждал преподаватель, тот самый советник Рандолф Эрлинг. И вот здесь Руфина поняла, что занятия не будут легкими.
Эрлинг смотрел прямо на нее. Мужчина стоял, скрестив руки на груди и расставив ноги так, что не возникало и толики сомнений, кто является хозяином всей арены. И поблажек точно не будет.
Фина заскрипела зубами, Эрлинг не сводил с нее взгляда, словно мечтал оторвать голову. Хотя, кажется, девушка и повода пока не дала. Так ведь?
Советник отвернулся, будто вспомнил, что помимо Фины есть и другие ученики. И раскатистый голос громом пронесся по полю:
— Парни по пояс, девушки до футболок! — властно скомандовал преподаватель, а Фина зябко поежилась.
— Раздевайся, Рыжик, — подтолкнул Мишка ее локтем в бок и подмигнул.
— Еще чего! Холод собачий! — негромко рыкнула Руфина и взглянула на небо. Солнца не было, тяжелые облака нависали над головой, обещая дождь. А воздух с утра так и не прогрелся. Словом, Фина мерзла. И не собиралась лишаться тепла мягкого свитера.
Форма академии состояла из строгого пиджака, рубашки, брюк или юбки. Перед занятием на арене студенты сменили форму на спортивную. И теперь на Фине был спортивный костюм, а под ним — теплый свитер и футболка.
И сейчас у девушки не было никакого желания раздеваться. Вообще.
— Ингольф! — рявкнул рычащий голос, а Мишка даже вздрогнул, и улыбка сползла с лица парня. — Если ты закончил охмурять девушек, то покажи классу, как проходить полосу препятствий!
Фина не сомневалась, что в голосе Эрлинга звенела насмешка. Но девушка предпочла промолчать, потому что вновь тяжелый взгляд принялся буравить ее лоб, кажется. И, пожалуй, еще чуть-чуть и Фина ощутит огромную дыру в собственной голове.
 
Мишка справился. Руфина испытывала за друга гордость, когда парень сорвался с места и принялся преодолевать препятствия с легкостью и энтузиазмом, но сама девушка так и не смогла сдвинуться, чтобы раздеться до футболки. Вокруг щеголяли оборотни, парни и девушки, резвились, прыгали, подтягивались, лазали, балдели. Но Фина не смогла. Так и стояла, будто пригвожденная к месту суровым взором темных глаз.
— Чего стоим? — негромко рычал Эрлинг, а перед глазами Фины всплывали воспоминания, когда она увидела Психа, то есть, советника, там, на дороге, по пути в академию.
Жуткий взгляд. Пугающий. Пробиравший до костей.
— Вводное занятие, Кьелл! Чего тут сложного? Марш на полосу! — командовал Эрлинг, а Фина все крепче сжимала кулаки.
И вдруг стремительно развернулась и побежала, однако совершенно в противоположную от всего класса сторону. Девушка понимала, что поступает трусливо. Кто сбегает с первого же урока, особенно, если препод уже ее увидел? Но нестерпимо захотелось спрятаться от странных буравящих глаз.
Псих догнал ее в один прыжок. Хорошо, что вся группа уже давно была на другом краю поля. Фина слышала едва различимые звуки голосов ребят, а вот здесь, на выходе из арены, она оказалась наедине с пугавшим ее до чертиков Психом. А рядом — никого.
— Стоять! — зарычал волк прямо ей в затылок.
Фина понимала, что нельзя убегать. А потому резко затормозила.
Эрлинг по инерции впечатался в нее со спины, и Руфина негромко вскрикнула.
Крепкая рука тут же перехватила ее поперек живота, удерживая от падения. И Фине на миг показалось, что мужская ладонь обросла короткой шерсткой, а ногти превратились в острые когти. Но, моргнув, Руфина будто сбросила наваждение и убедилась, что никаких изменений нет. Зато было невероятно стыдно.
— Какого черта, Кьелл?! — утробно рычал советник и, подхватив девушку, развернул ее. Теперь Фина смотрела в широкую грудную клетку, не собираясь поднимать взора выше. Ткань зеленой футболки не скрывала развитых мышц и спортивно-сложенной фигуры, но Руфина задержала взор на тонкой золотой цепочке.
— Я боюсь холода. Мерзну. Раздеваться не стану, — пробурчала Фина и, наконец, подняла глаза выше. — Можете жаловаться ректору.
— А убежала почему? — уже спокойно и тихо уточнил Эрлинг.
Темный взор все еще прожигал Руфину, заставлял дико нервничать и поступать необдуманно, даже глупо. Девушка и сама себя не узнавала.
Фина упрямо молчала. Эрлинг отошел на два шага назад. И девушке показалось, что она вновь начинает замерзать.
— Можешь не раздеваться. Сегодня полного оборота не будет, — словно выплюнул советник, повернувшись к ней спиной.
Фина решила, что ослышалась. Но Эрлинг уже вернулся на свое место, с которого было удобно наблюдать за всем, что происходило на арене в каждом секторе, даже между ограждениями.
— Беги, Руфина, — как-то приглушенно скомандовал Эрлинг, не оборачиваясь.
Фина побежала и уже через несколько секунд присоединилась к одногруппникам. Тело требовало физической нагрузки. Волчья кровь поглощала адреналин. И через полчаса занятий Фина не заметила, что полоса припятствия привела их обратно, к Эрлингу.
Рваное сбивчивое дыхание вспарывало грудную клетку. Все мышцы пели и звенели от напряжения. У многих девушек футболки прилипли к телу, а парни щеголяли голыми торсами. Мишка о чем-то болтал, заняв место рядом с Финой. Девушка и не слушала толком. Она, по каким-то необъяснимым причинам, все еще прокручивала в голове те ощущения, когда советник Эрлинг перехватил ее своей огромной ручищей.
— Когда закончишь пялиться на подружку, Ингольф, принеси группе бутылки с водой! — рявкнул Эрлинг так, что каждый студент застыл. Стихли разговоры и смех. — И раз уж никто из вас не устал….
Фина вскинула брови. Да она и шага больше не сделает! Чертов садист, а не препод! Точно, псих!
После того, как Мишка вынул воду из небольшого ящика, который Фина приняла за обычное ограждение, как и сотни других на арене, и все студенты сделали несколько жадных глотков каждый из своей бутылки, то весь класс погнали заниматься дальше. И Руфина поняла, что Эрлинг не просто псих, а настоящее чудовище! По крайней мере, с этим заявлением была согласна каждая мышца на теле девушки, когда та приползла в свой домик после уроков.