Одиночка, или В плену Огня (СИ)

И дышать становилось нереально… Невозможно сделать глоток воздуха, когда черные глаза воскрешают в памяти сны о том, чего не было… Или было?
За два минувших дня, когда эмоции улеглись, и ничего, кроме метки не напоминало о произошедшем с ней, Фина искусно пользовалась самообманом. Уговаривала себя, ну подумаешь, всего лишь метка! С каждым может случиться!
А теперь, когда тягучий волчий взор волнующих душу глаз был так близко, все вдруг вернулось. Даже ощущение жарких объятий, прощальных и трепетных, усилилось во сто крат.
Откровенный флирт девочек из класса и их заигрывающий шепот стерлись, превратились в неясный фон. Фина не замечала прикосновений друга, или Тиры. Ей казалось, что ее тело — там, в руках Ранда, начинает гореть, полыхает запретным огнем.
На миг свет ближайшего фонаря ослепил. Руфина вздрогнула. Связь, прочно соединившая их с Рандом на расстоянии, лопнула, взорвалась темнотой.
И вдруг сознание Фины сковало ступором все тело. Застыв от ужаса и неверия, девушка поняла: этот вздох — последний. Прямо в нее, брошенное умелой рукой волка, летит лезвие, острое и гладкое, вспарывая пространство, сталкиваясь с мелкими песчинками, уничтожая все на своем пути.
Фина не успела закричать. Не успела отшатнуться в сторону. Даже моргнуть не успела. А в мыслях стремительно билась одна лишь фраза:
«За что?»
Острый нож, просвистев в миллиметре от ее щеки, вонзился в стену за ее спиной, пришпилив полупустой рюкзак.
Медленно, без резких движений, Фина подняла руку, коснулась щеки. На пальцах – капельки крови. А спиной волчица ощутила едва заметное шевеление. Что-то дергалось в ее рюкзаке.
А тем временем Рандолф стремительно приблизился в два прыжка. Не произнося ни слова, волк содрал лямки с плеча Руфины и отодвинул девушку в сторону, спрятал за свою спину, будто она - тряпичная кукла. Марионетка. Впрочем, так оно сейчас и было.
На негнущихся ногах Фина шагнула к спасительной опоре. Уперлась ладонью в дощатую стену. Жадно втянула носом воздух. Терпкий приятный аромат лесной малины и меда защекотал острый нюх. Странно, что Эрлинг стал вдруг у нее ассоциироваться с такими лакомствами, но да, так и было.
Девушка попыталась взять себя в руки.
— Что ты… вы творите?! — голос вышел жалобным, писклявым, даже жалким.
— Спасаю тебя, Рыжик, — глухо рыкнул волк, обернулся к ней, сжимая в крепкой ладони длинную, все еще извивавшуюся змею, а Руфине показалось, что ласковое прозвище Ранд произнес с долей сарказма. Но падая в обморок, девушка предпочла пропустить ехидное замечание преподавателя.
* * *
— Змеи? Опять змеи? Откуда?! — рычал Рандолф, вышагивая по ковру кабинета.
На этот раз, кабинет был другим. Фина это поняла, как только открыла глаза и осмотрелась.
Помещение было меньше того, где они встретились с Рандом в прошлый раз. Однако, судя по обстановке, книгам и мебели, принадлежало все тому же человеку — ректору Эрлингу.
Сам профессор в эту минуту сидел в кожаном кресле с высокой спинкой, задумчиво смотрел в пространство и выглядел немного странно.
Нет, Фина и прежде наблюдала мужчин в домашней одежду. Папа, к примеру, любил щеголять по дому в потрепанных футболках. Однако профессор совершенно не ассоциировался у Руфины с футболкой с яркими принтами и шортами до колен.
Моргнув, Фина убедилась, что не спит. Ректор Эрлинг никуда не исчез, так и продолжал сидеть и слушать младшего брата.
А тот…
Ранд, судя по всему, бесился и негодовал. Он даже не заметил, что Фина пришла в себя.
Зато сама Кьелл, сбросив остатки вязкого, липкого тумана, села на диване и сжала ладонями виски. Щеку слегка саднило, и девушка вспомнила, что да, Рандолф Эрлинг умудрился ранить ее.
И он вновь швырнул в нее что-то острое… ах, да, нож! Этот безумный, неконтролируемый, сумасбродный и невменяемый оборотень метнул в нее нож.
Опять!
Пока Фина лихорадочно соображала, Ранд застыл на полушаге, глядя на нее с высоты своего роста. Но эта разница ни капли не волновала сейчас. Девушка не считала себя крохотной в сравнении с ним. Совсем нет! Потому что грудную клетку Фины распирало от негодования и злобы на советника Эрлинга.
 
И Фина, очевидно на нервах, абсолютно не контролировала себя.
Подскочив на ноги настолько резко, что слегка закружилась голова, Кьелл выбросила руки вперед. Предугадала, что Ранд сунулся к ней, чтобы придержать, или же помочь вернуться на диван.
Однако Фина не хотела его прикосновений. Не сейчас. Сейчас она хотела бы откусить ему голову без наркоза. По самые коленки!
— Ты! Ты… Ты опять в меня швырнул своими ножами! — возмутилась Фина, тут же поморщившись от чрезмерно визгливого голоса. И когда она успела превратиться в истеричку? Не важно!
— В прошлый раз нож был столовым, — негромко заметил Рандолф, а ректор выразительно хмыкнул. — Давай-ка мы двинем в лес и там уже…
— Никуда я не стану двигать, понял?! Ты едва не убил меня! — не успокаивалась Руфина, наплевав на то, что походила на истеричную куклу в этот миг. Плевать! Девушка хотела только одного — высказать все, что накопилось, прямо в лицо Ранду.
— Я не промахиваюсь, Рыжик, — словно с сопливым ребенком говорил он. — Нужно было реагировать мгновенно.
— Вот спасибо, мил человек! Не промахиваешься? А это что такое??? — девушка ткнула пальцев в свою щеку, указав на кусок пластыря, наклеенного поверх царапины.
— Тут да, виноват, — сжал губы Рандолф, а потом более настойчиво повторил: — Пойдем отсюда.
— Вот уж дудки! — прищурилась Руфина. — Мне ваше общество, советник Эрлинг, совершенно без надобности. И вообще! Мне нужно готовиться к занятиям.
— Какая послушная студентка, — закивал ректор, скрестив руки на груди и не без интереса рассматривая спорившую парочку. — А давай, Кьелл, я провожу тебя до общаги?
— Она не…! — рявкнул Ранд.
— Согласна! Премного благодарна, ректор Эрлинг! — дерзко проговорила Руфина и зашагала к двери, но тут же, сверкая злым взором, взглянула на советника: — И не смейте приближаться ко мне со своими … ножами!
Требование выглядело смешным, даже детским. Руфина понимала, что Ранд защищал ее от ползучей твари, каким-то чудом забравшейся в ее рюкзак.
Но разум туманили воспоминания о заигрывающих голосах и кокетливых взглядах, которыми студентки щедро награждали Эрлинга, щеголявшего с обнаженным торсом в людном месте.
Нормально, да?! Она, понимаешь ли, скучала, волновалась, а он…
Гад!
Фина чеканила шаг, не совсем понимая, куда ей идти. Благо ректор оказался прямо за ее спиной и, провожая, всю дорогу молчал. Уже перед крыльцом в домик, из окна которого выглядывала взволнованная Тира, Руфина все же засомневалась в своем решении. Зря она не выслушала Ранда. Наверняка, он многое рассказал бы ей насчет змеи, да и о том, где пропадал два дня.
Но менять что-то было уже поздно.
— Ты, главное, от греха подальше, ограничь контакт с Ингольфом. Для его же блага, — негромко пробормотал Ранд и уже громче, для тех, кто мог услышать эту странную беседу, добавил: — Повторите пройденный материал, Кьелл. Завтра жду на занятии.
Фина кивнула, вежливо попрощалась и нырнула за дверь шалаша. Тира, бледная и растерянная, выскочила из своей комнаты и всплеснула руками.
— Ужасно, Фина! Это просто катастрофа! Как змея оказалась у тебя в сумке?! Бр! Ненавижу змей! Ненавижу! — причитала Тира.
— Давай утром поговорим, а? Я устала. Прости, — вяло прошептала Фина и закрылась в своей комнате.
Девушке не хотелось разговаривать. Даже видеть никого не хотелось. Всплеск ярости и злости на Ранда испарился так же внезапно, как и начался. Щека уже совсем не болела. Наверняка, там царапина зажила, и шрама, скорее всего, не осталось.
А вот Эрлинга она обидела, да. Он ее спас. Опять. А она…
Стало тоскливо на душе. Вот на пустом месте же завелась, с нуля.
  
Глава 9
 
Фина решила лечь спать. Так и не включив свет в комнате, переодевшись в теплую пижаму, девушка укуталась в одеяло и прикрыла глаза.