Вероника, я люблю тебя! (СИ)

— Мне было хорошо, — уверяю его.
Он наклоняется и целует меня в щеку.
— Я рад. Если что, ты просто скажи. Не скрывай от меня, ладно?
Я киваю.
— Хорошо.
Понимаю, что мне нужно идти. Я немного устала и хочу спать, несмотря на то, что целых два часа проспала на коленях моего красивого парня!
— Я позвоню тебе утром, — говорит Марк, и я ещё раз целую его. Выхожу из машины, машу ему рукой. Он уезжает.
Дома я иду в спальню, закрываю дверь. Мама и правда, видимо, уже спит. Хорошо, что она не устроила очередную сцену.
Когда уже лежу в кровати, мне приходит сообщение.
«Спокойной ночи».
Я улыбаюсь и желаю ему того же. Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.
  
Глава 20
 
Понедельник
Утро начинается с неприятного разговора. Мама выговаривает мне за то, что я не отвечала на её звонки. Странно, что мама не возмущается моим поздним приходом.
— Телефон был на беззвучном режиме, — вру я. Врать плохо, но я же не могу сказать ей правду. Мама, я испытала блаженство в руках моего парня, а потом уснула у него на коленях. Да, да, у того самого парня, которого ты терпеть не можешь. Представляю, что она себе напридумывает!
— Ника, надеюсь, ты не занималась ничем таким, о чём…
— Мам, представь себе, я все ещё девственница, — говорю ей со всей откровенностью. Я ведь прекрасно знаю, что она имеет в виду под «ничем таким». — Я уже говорила тебе, не нужно беспокоиться, что я забеременею в столь раннем возрасте. У меня есть голова на плечах.
Она смотрит на меня, раскрыв рот. Я никогда не говорила с ней так прямо, и теперь это её шокирует. Я пожимаю плечами. Мне даже немного смешно. Она больше ничего не говорит.
Я быстро доедаю свой завтрак и мчусь в прихожую, надеть кроссовки.
День сегодня ясный и довольно тёплый. Я надела голубые джинсы и светлую блузку, сверху накинула ветровку. Я отлично выспалась и настроение у меня прекрасное. Рано утром мне позвонил Марк и пожелал хорошего дня. Он звонил в дороге, поэтому мы не стали разговаривать долго. Я не хотела его отвлекать. Договорились созвониться к вечеру.
Так странно. Он далеко от меня сейчас, но мне кажется, что он ближе, чем был всё это время. Это новое и незнакомое мне чувство, но оно мне нравится.
Этот день под завязку забит уроками. История народных праздников, зарубежная литература, русский язык, библиотековедение, английский. Освобожусь поздно и на работу сегодня не попаду.
Уже на входе встречаю Ритку. Она смотрит на меня хмуро. Я же ей так и не позвонила!
— Привет, подруга, — говорит она. — Как дела? Ты обижаешься на меня?
— Рит, извини, что не позвонила. Я совсем забыла, — виновато смотрю я на неё. Что-то мне это напоминает! Совсем недавно Ритка так же смотрела на меня. Конечно, одно с другим не сравнится, но всё же. — И нет, я на тебя не обижаюсь.
Я действительно сейчас не в обиде на то, что она молча смотрела, как я снимаю платье и даже не пыталась меня остановить. В эти выходные я была полностью поглощена Марком и выяснением отношений с ним. О Рите я и не вспомнила.
— Спасибо, если так. Я уж думала, и разговаривать не захочешь со мной. Я ведь глупо повела себя на вечеринке. Надо было помешать, а я просто тупо уставилась на тебя. Я вообще не ожидала, что ты выкинешь подобное.
— Я тоже от себя не ждала такого поступка. Давай забудем об этом, ладно?
Кивает.
— Но… ты же мне расскажешь всё? Например, то, что ты с Марком!
Ей безумно любопытно. Я прекрасно вижу это по её лицу. Смотрит на меня во все глаза.
— Но только не на уроке, — возражаю я.
Мы идём на историю народных праздников, и урок проходит очень оживлённо. Изучаем традиции и обычаи на Масленицу. Играем в несколько игр. В том числе в "ручеек".
Я стою в паре с Димой, парнем из нашей группы. Меня выбирает Лёша. Он смотрит на меня с улыбкой, я тоже улыбаюсь ему. Ритка замечает это, но отводит взгляд.
Звенит звонок, мы с подругой выходим из аудитории.
— Он запал на тебя, — говорит Ритка. — Лёша.
Я отмахиваюсь. Нет. Мы просто погуляли вместе. И всё.
В обед сидим во дворе. Рассказываю, что гуляла с Лёшей, но только как друзья.
— Он на тебя смотрит не как на друга, — отмечает Ритка.
— Да, брось!
Рассказываю ей о Марке, упуская некоторые подробности. Она, раскрыв рот от удивления, качает головой. Может, мне кажется, но я замечаю беспокойство в её взгляде. С чего бы? Конечно, Ритке Марк не особо нравится, но какое мне до этого дело? Мне-то он нравится. Мне с ним хорошо. Хоть и ссоримся, порой.
— Как у вас всё быстро закрутилось, подруга.
— Знаю, мне самой это странно, — задумчиво говорю я. Мне и правда не верится, что за столь недолгое время, я так привязалась к человеку, которого почти не знаю.
После обеда время летит быстро. Я и не замечаю, как заканчивается пара английского.
— Чем займёшься вечером? — Спрашивает Ритка, когда выходим из колледжа.
Пожимаю плечами.
— Не знаю. Буду дома.
— Может, прогуляемся, в кафе посидим. Поболтаем?
Ловлю себя на мысли, что совершенно не хочу куда-то идти. Мне почему-то становится грустно.
— Нет, — отвечаю. — Но спасибо, что предложила. Я лучше позанимаюсь.
— Ну, ладно. Если что, звони. До завтра!
— Пока.
По дороге домой мне звонит Марк.
— Привет, — говорит он. — Как прошёл твой день?
Голос у него уставший.
— Привет. День был долгий, я только иду домой. А вообще, прошёл весело. Играли в игры.
— Весёлая у тебя учеба. Библиотекарь.
Я улыбаюсь.
— Я ещё на работе. Скучаю по тебе, малыш.
И я так скучаю по нему!
— И я.
— Что значит и я? Не понимаю, — голос его вдруг напрягается.
— Я скучаю по тебе, очень, — признаюсь я.
Он облегчённо вздыхает.
— Я уж думал тебе всё равно.
— Мне не всё равно, Марк. Мне очень тебя не хватает, правда.
— Хорошо, верю.
Знаю, что он улыбается сейчас. Слышу по его интонации.
— Скажи, чего ты хочешь, Ника? — Спрашивает он, понижая голос.
Когда он задаёт мне такой вопрос, я всегда краснею. Вот и сейчас мои щёки разрумянились. Хорошо, что он не видит меня. Хотя ему бы это понравилось.
— Ты знаешь, — тихо отвечаю я.
— Нет, скажи мне, — он вздыхает в трубку и мне хочется увидеть его глаза. Я точно знаю, что в них сейчас озорные искорки.
— Хочу, чтобы ты поцеловал меня, — начнём издалека. Оглядываюсь по сторонам. Я почти дома.
— А ещё? Чего ещё ты хочешь?
— Хочу, чтобы ты обнял меня и крепко прижал к себе.
— Мм, — потягивает он. — Это всё?
Я знаю, его губы растягиваются в улыбке. Прекрасно понимаю, что он имеет в виду. Но мне стыдно признаться, что я хочу почувствовать его пальцы, как вчера в машине.
— Ты знаешь, — говорю я смущённо.
— Нет.
— Марк, прекрати! Я уже вся красная, а мне домой сейчас заходить. Мама дома.
Её машина на месте.
Я мысленно уже представляю себя у него на коленях, а его руку внизу, у меня под юбкой. Картинка такая яркая, что мне по себе. Блин. Марк смеётся.
— Ты влажная там, да, Ника?
Всё-то он знает!
— Марк!
— Хорошо, хорошо. Я не буду больше тебя смущать. Наверное. Но мне это очень нравится, ты же знаешь. Что будешь делать вечером?
Ещё одна Ритка. Я захожу домой. Снимаю обувь.
— Буду делать домашнюю работу.
— А потом?
— Почитаю что-нибудь.
— Булгакова?
— Нет, может Эдгара Алана По или что-нибудь из нашей классики. Мне нравится читать абсолютно разные книги.
— Блин, ты просто синий чулок!
— Чего?
Я даже не обижаюсь, а просто смеюсь.
— Не говори так!
— Ладно. Хочу поцеловать твои губы, — голос становится низким и хрипловатым.
Я иду по коридору, захожу в свою комнату, закрываю дверь.
— Да.
— Хочу снять с тебя твою одежду и сжать рукой твою нежную грудь.
Я ложусь в кровать, бросив рюкзак в кресло.