Вероника, я люблю тебя! (СИ)

  
Глава 11
 
Я смотрю на Марка. Его чёрные волосы немного взъерошены, отчего он выглядит моложе и ещё красивее. Вижу маленькую родинку у него на шее и вспоминаю, как целовала её, сидя у него на коленях. «Что же ты делаешь, Ника? Хочешь свести меня с ума?» Так он сказал. Потом мы долго целовались. Это был один из лучших моментов в моей жизни. Кажется, что это было так давно, но это случилось всего три дня назад. Как же всё быстро меняется! С тех пор как Марк вошёл в мою жизнь, в ней постоянно что-то происходит. Раньше такого не было. Каждый день был похож на предыдущий. Скучный и серый. Меня спасали только книги. Ведь в них ключом бьёт жизнь! В них есть движение, изменения. Но теперь и в моей жизни есть движение. И это — благодаря ему. Именно он наполняет мою жизнь энергией, он делает её ярче и разнообразнее. Благодаря ему, я могу испытывать бурю таких эмоций, каких никогда в жизни не испытывала. Но это не всегда хорошо. Ведь из-за него же я и плачу.
Он молча стоит и смотрит в пол. Кажется, он смущен. Неужели это возможно? Я ещё ни разу не видела, чтобы ему было настолько неловко. Наверно, он не ожидал, что я так быстро соглашусь на его «пять минут».
— Ты сказала, что тебе плевать на меня. Это правда? — Тихо говорит он.
Какой же несчастный у него вид! Он что, правда боится, что мне на него плевать? Или это опять великолепная актерская игра?
Не знаю, что ответить. Не могу же я сказать, что мои слова — ложь? Что на самом деле я влюбилась в него, как глупая дура! И это несмотря на то, что он вёл себя со мной отвратительно. Это будет слишком легко для него. Я не дам ему возможности опять смеяться надо мной. Он был таким прекрасным все последние дни, что я поверила ему. Поверила, что между нами может быть мир, несмотря на то, что началось наше знакомство с битвы.
Я молчу. Он внимательно смотрит на меня. Мысли пытается прочесть?
— Ты пропал, ничего не объяснив мне, Марк, — говорю я ему, наконец.
— Я всё объясню. Всё, что ты захочешь.
Он потирает подбородок. Я уже привыкла к этому жесту, и он мне даже нравится. Марк нервничает.
— Так объясни.
Он покачивает головой, отчего одна прядь волос падает ему на лоб. Я инстинктивно поднимаю руку, чтобы её убрать, но тут же одергиваю. Он берёт мою руку и сжимает в своей. Этот жест такой мягкий и нежный, что я начинаю таять, как масло на солнце. Что ж, я знаю, что не могу оставаться рядом с ним равнодушной.
— Позволь, я увезу тебя отсюда, и мы поговорим, — просит он с отчаянием, глядя мне в глаза.
Он сейчас совсем не похож на того жестокого, злого человека, который орал на меня совсем недавно. Не похож и на того, кто прижимал меня к стене, пытаясь выбить признание в ревности. Там он был уверен в себе. Сейчас от его уверенности не осталось и следа. Куда же она подевалась? Он всегда такой разный и меня это в нём привлекает ещё больше. Но иногда, я не знаю, как реагировать на смену его настроения.
— Ника, — он сжимает мою руку крепче, но мне не больно. — Ты слышишь меня?
Я опускаю взгляд на наши руки. Глажу его пальцы. Его пальцы горячие и сильные. Я не хочу, чтобы он отпустил мою руку. Он шумно вздыхает. Куда подевалась моя решимость не находиться с ним рядом?
— Что ты мне ответишь?
Я поднимаю на него взгляд, и вижу на его лице легкую улыбку. Как он теперь спокоен! У меня странное ощущение, что всё это какая-то непонятная мне игра.
Если я скажу нет, будет ли он опять злиться? Понимаю, что не хочу этого проверять. Да и сама я устала, чтобы оставаться тут и дальше.
— Отвези меня домой, — говорю ему.
Он кивает и тянет меня за руку к выходу. Мы уже выходим из дома, когда я вдруг понимаю, что не взяла сумку.
— Постой, — говорю. Он хмурится. — Я забыла сумку в той спальне.
— Я схожу и заберу её, — говорит он. — Постой здесь минуту, ладно?
— Хорошо.
Он быстро уходит. Я оглядываюсь. Ко мне подбегает Рита.
— Всё нормально? — Спрашивает.
Киваю. А разве нормально?
— Я ужасная подруга, Ника, — с грустью в голосе говорит Рита. Стоит, нервно теребит свою юбку.
Не хочу обсуждать сейчас произошедшее.
— Ника, — зовёт Марк. Вернулся. — Держи.
Он протягивает мою сумку. Я беру и перекидываю её через плечо.
— Едем?
— Да, — устало говорю я. Хочу поскорее оказаться дома.
Ритка кидает быстрый взгляд на Марка.
— Уверена, что хочешь поехать с…
— Да, я уверена. Я позвоню тебе, Рит.
Она кивает и отходит от нас. Мы выходим из ворот дома. Я оглядываюсь.
— Где твоя машина?
— Тут, близко.
Очень кратко. Мы идем вдоль ряда машин и подходим к черному автомобилю Марка. Я чувствую, что мне нехорошо. И зачем я пила коньяк, да ещё две рюмки? Меня шатает в сторону.
— Что такое?
Марк обнимает меня одной рукой за талию, удерживая, чтобы я не упала, другой, открывает дверцу машины.
— Кажется, алкоголь даёт о себе знать, — говорю я.
Он помогает мне сесть. Захлопывает дверцу. Обходит автомобиль и садится за руль.
Мы едем в полной тишине. На меня вдруг накатывает волна тошноты. Я закрываю рот рукой.
— О, нет, — произношу я.
— Тошнит?
Марк глядит на меня беспокойно. Наверно думает, как бы не испачкала ему салон.
Я киваю. Чувствую, как тошнота подступает к горлу. Марк останавливает машину на обочине дороги. Выскакиваю наружу так быстро, как могу. Присаживаюсь на корточки, меня начинает рвать. Между приступами я слышу его приближающиеся шаги. Гляжу на него. Марк надел свою куртку.
— Не смотри, — через силу говорю я, но он опускается рядом и убирает мои волосы. Он держит мои волосы, пока меня сотрясают рвотные спазмы. Черт, как же стыдно!
— Стыдно, что ты видишь это, — говорю я, и меня пронзает очередной спазм.
— Представь, что я — твоя подружка, которая не бросит в рвотной беде, — шутит он. Нашёл время для шутки! Но я не могу сдержаться и смеюсь, пока меня не накрывает снова.
Минут через десять я чувствую, что меня отпустило. Я вдыхаю прохладный ночной воздух и мне легче. Алкоголь понемногу покидает моё тело. Поднимаю голову и вижу, что Марк тихо смеётся надо мной.
— Перестань ржать, — постанываю я.
— Это же твой первый перепит, как я могу не ржать? — Потом он смотрит на меня серьёзно. — Ты просто очуметь, как нажралась, малыш.
Ну, что у него за словечки! Я не могу сдержаться и начинаю смеяться. Он тоже. У меня просто в голове не укладывается вся эта ситуация. Мы сидим посреди ночи на обочине и вместе ржем над моей рвотой. Уму непостижимо! А ведь совсем недавно мы орали друг на друга, и мне казалось, что я ненавижу этого парня!
Через какое-то время мы перестаем смеяться. Марк тянет ко мне руку и гладит по щеке.
— Как ты? — С сочувствием спрашивает он.
Я киваю.
— Лучше.
— Хочешь воды?
— Ага.
Он помогает мне подняться и сесть в машину. Садится рядом и протягивает пластиковую бутылку.
— Держи.
Я беру и открываю крышку. Делаю несколько глотков. Чувствую слабость в теле. Голова немного кружится.
— Спасибо!
Я откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза. Никогда больше не буду пить. Как же плохо!
— Отвези меня домой, пожалуйста.
— Я думал, что ты хочешь поговорить.
Марк смотрит на меня. Я чувствую его взгляд даже с закрытыми глазами.
— Поговорим у меня дома.
Я открываю глаза и смотрю на него. Он удивлён.
— Ты серьёзно? Не боишься, что твоя мама опять устроит скандал?
Он не знает, что мамы нет дома! Откуда ему знать, он же не отвечал на мои звонки.
— Если бы ты не пропал вчера, то знал бы, что мамы нет дома. Она уехала до воскресенья. По работе.
Марк кивает.
— Ну, мы едем? — Спрашиваю я и снова чувствую головокружение.
— Да, конечно.
Марк так серьёзен и задумчив всю дорогу до моего дома. Я тихонько слежу за ним из-под полуприкрытых век. Его тревожит что-то. Он хмур. Мне очень интересно почему. Почему он не пришёл к магазину вчера вечером и потом не отвечал мне? Что у него стряслось, что он повёл себя так некрасиво по отношению ко мне? Он — загадка для меня. Смогу ли я её разгадать?