Вероника, я люблю тебя! (СИ)

— Ты опять беззастенчиво меня разглядываешь, Вероника.
Он смеётся, а я краснею.
— Привет, — лепечу еле слышно. Отвожу взгляд. Блин, что же он со мной делает!
— Значит, ты правда здесь работаешь?
— Да, а ты думал, я соврала?
— Нет, я знал, что ты сказала правду, — странно звучат его слова. Откуда он мог знать?
Он проходит и садится прямо на стол для покупателей.
— Ого, много же тут книжек!
Он прищелкивает языком, а я улыбаюсь.
— Это книжный магазин, чего ты хотел?
Он пожимает плечами.
Я встаю с табурета и отставляю пустую коробку в сторону.
— Тем более, Лидия, хозяйка магазина, привезла вчера товар.
Я указываю на стопку коробок, которая значительно уменьшилась с начала рабочего дня.
Топчусь на месте, не зная, что сказать.
Марк склоняет голову набок и улыбается мне.
— Чувствуешь себя неловко?
— Я…
— Только, правда.
— Не думала, что ты придёшь сюда.
Я чувствую электрические разряды, проходящие между нами и от этого мне не по себе.
— Хотел посмотреть, где ты работаешь.
Он встаёт и идёт прямо ко мне. Подходит вплотную, я делаю шаг назад и спотыкаюсь о стоящую рядом коробку. Он протягивает руку и хватает меня, спасая от падения.
— Я не кусаюсь, Ника, помнишь? Ну, только если иногда.
Я смеюсь, и он улыбается мне.
— Ты изменился, — говорю.
— Я же сказал, что не хочу с тобой воевать.
Он держит меня в своих объятиях и мне так хорошо рядом с ним. Неловкость исчезает и я, не сознавая, что делаю, поднимаю руку и глажу его по щеке. Мне так хотелось это сделать! Понимаю это. Прихожу в себя и одергиваю руку.
— У тебя зелёные глаза, — тихо говорит он. — Такие красивые и манящие.
Он наклоняется и легонько целует мои губы. Еле ощутимый поцелуй заставляет меня трепетать в его руках. А ещё вчера он насмехался надо мной! Как быстро всё изменилось.
— Хочешь, поцелуй меня сама. Я не против.
Он будто угадывает мои желания! Я смущена, не знаю, что думать.
— Я не хочу, — выдавливаю из себя.
Он снова смеётся.
— Давай не начинай всё сначала.
Мне бы разозлится, но я не могу и смеюсь вместе с ним. Он отпускает меня.
— В любой момент может зайти Лидия. Не хочу, чтобы она с самого утра увидела такую картину.
— Тебя, беззастенчиво целующуюся с парнем?
Киваю и вновь улыбаюсь.
— Ты такая стеснительная. Ладно, не будем заставлять тебя краснеть перед начальством, если что.
Он отходит от меня и снова садится на стол.
Мне немного легче.
— Ничего, что я написал тебе ночью?
Я качаю головой. Интересно все-таки, почему он решился написать?
— Главное, что не приехал и не разбудил мою маму!
— Вот, черт, надо было это сделать! Поговорили бы с ней по душам.
Он потирает подбородок, раздумывая над своими словами.
— Она бы убила меня, а потом тебя, — смеюсь я. — Она очень строгая. И любит меня контролировать.
Буквально каждый мой шаг!
— Что ты делаешь вечером? — Внезапно меняет он тему разговора.
— Как раз сегодня у меня состоится серьезный разговор с мамой. Мы с ней поссорились, я на нее накричала. Она считает, что я отбилась от рук. Не думаю, что все закончится хорошо.
— Она знает, что ты ходила на вечеринку?
Я качаю головой.
— Не думаю, но вчера я пришла поздно, а такого раньше не было и об этом она знает. Плюс наша с ней ссора и закрытая дверь перед её носом. Этого достаточно, чтобы я впала в немилость. Уж, поверь мне.
Марк смотрит на меня внимательно, а потом спрашивает:
— Ты боишься того, что она скажет тебе? Боишься этого разговора?
Я задумываюсь. Боюсь ли я? Боюсь ли её гнева и обидных слов, которые она может мне сказать? Боюсь ли я, что она узнает о вечеринке?
— Если бы ты спросил меня об этом несколько дней назад, я бы ответила, что да. Но теперь нет, я не боюсь разговора с ней.
Он снова подходит ко мне, смотрит, будто изучает.
— А что изменилось за эти дни? — Ему явно это интересно.
Я взрослею и мне уже надоело плясать под ее дудку. А еще я встретила тебя и теперь меня ничего не волнует, кроме твоих прекрасных темных глаз и полных губ, которые мне хочется целовать. Я не могу признаться ему в последнем. Он засмеёт меня. Наверное.
— Ты можешь мне сказать.
Он что реально читает мои мысли? Я дёргаю плечами.
— Не знаю, что изменилось, но мне все равно, что она скажет.
Его губы растягиваются в улыбке.
— Значит, ты можешь прогулять разбор полетов. И мы с тобой проведём вечер вместе, сходим куда-нибудь.
Я бы тоже этого хотела.
— Я не могу, Марк. Мне, правда, нужно обсудить всё с мамой.
Я вздыхаю. Марк поджимает губы. Злится?
— Ты злишься?
— Нет, — качает он головой. — Мне вообще-то все равно.
Он равнодушно пожимает плечами. Я не верю ему. Он хороший актер, это я уже знаю. Но по его глазам вижу, что ему не все равно. Точно нет.
— Я не верю тебе, — говорю ему и смотрю на его реакцию.
— Тебе не обязательно верить мне, Вероника.
Я вижу, что он отдаляется от меня. Как же так? Мы только достигли какого-то согласия, и вот он обижается и злится на меня потому, что мне нужно поговорить с мамой. А не идти гулять с ним. Но ведь я, правда, хочу побыть с ним. Я бы хотела узнать его лучше.
— Я пойду, — говорит.
Отворачивается от меня и идёт выходу.
Не могу же я допустить, чтоб он просто вот так ушел, и между нами легла пропасть? Я бегу к нему, хватаю за руку и разворачиваю к себе лицом. Он явно удивлён, но руку не одергивает. Потирает подбородок. Это у него что, привычка такая?
— Что?
Смотрит на меня. О чём он думает в этот момент?
— Я сказала, что мне нужно поговорить с мамой, но я не думаю, что наш разговор затянется до ночи.
Я стараюсь улыбнуться. Хочу, чтоб черты его лица снова смягчились, чтоб он не злился.
— Что ты имеешь в виду? — Спрашивает он.
— Мы могли бы погулять после разговора, — неуверенно произношу я.
Вдруг он скажет, нет? Я смотрю на него, он на меня.
Внезапно его губы растягиваются в улыбке, а в глазах вновь пляшут озорные огоньки. Таким он мне нравится больше.
— Правда?
Он склоняет голову набок.
Я киваю.
— Ну, не знаю, получится ли, — дразнит он. — Боюсь, мама запрёт тебя в спальне.
— Не запрёт, — возражаю я.
Он притягивает меня к себе и шепчет на ухо:
— Хотя я могу забраться в окно и выкрасть тебя из дома.
Марк запускает свои пальцы в мои волосы. Как это приятно! Я дрожу от желания поцеловать его. Он трётся щекой о мою щёку. Я встаю на цыпочки и обнимаю его за шею. Как же приятно вот так стоять с ним в обнимку и вдыхать аромат его одеколона и кофе. От него всегда исходит легкий аромат кофе, и мне это нравится. Улыбаюсь ему в шею.
— Ты работаешь до семи?
Голос его немного хриплый. Он прижимает меня ещё ближе к себе. От такой близости у меня подгибаются колени.
Я киваю. Опираюсь лбом о его плечо.
— Тогда я заеду за тобой прямо сюда. Подвезу до дома и подожду.
Я немного отстраняюсь от него, но он тянет меня к себе снова.
— Только не подъезжай к моему дому, — говорю ему. — Не хочу ещё больших проблем с матерью.
Чувствую, что он кивает. Потом смотрит на меня.
— Хорошо.
Как быстро он согласился! И даже пререкаться не стал. Он очень странный человек. Я никогда не знаю, чего от него ожидать.
— А сейчас мне пора, — говорит он, тянется к моему лицу и целует в щёку.
— Куда ты? — Спрашиваю.
— Много будешь знать, плохо будешь спать!
Он шутит, и я улыбаюсь. В конце концов, кто я такая, чтоб он посвящал меня в свои планы? И правда, кто я для него? Откидываю эти мысли. Мы ещё слишком мало знакомы, чтобы быть друг другу кем-то.
— До вечера, — он отпускает меня и идёт к двери. На пороге сталкивается с Лидией. Молча, проходит мимо неё и выходит за дверь.
Я смотрю на свою начальницу. Представляю, какой у меня вид! Лицо красное, волосы растрепаны. Стою посредине магазина и молчу. Ощущаю поцелуй Марка на своей щеке, а тело чувствует его прикосновения.