Смерть для бессмертных (СИ)

  
Глава 1. Корона в городе
 
Сир Хагри Генде служил Императорскому престолу уже более тридцати лет. Еще мальчишкой он стал оруженосцем одного из известнейших по тем временам рыцаря. А когда стал готов, да еще и проявил во время боя не дюжую долю храбрости и мастерства, Император лично возвел его в рыцари.
Он оставался верен Императору и тогда, когда к власти формально пришла его молодая жена со своим любовником. Хагри пытался вразумить Императора, но все попытки оказывались тщетным. А когда проклятие, наконец, было снято и его правитель вернул свой былой рассудок, он первым бросился в подвалы, чтобы лично казнить и лживую правительницу, и ее колдуна-визиря. К сожалению, его кто-то опередил – кардинал был уже мертв.
Иссохший, он напоминал давно сгнивший старческий труп, а не молодого красавца. А прямо рядом с ним располагалась гора черного пепла. И Генде даже вздрогнул, когда внутри этой горки нечто зашевелилось. Рефлекторно он занес клинок для удара, но смог остановиться. Ибо понял, что там, под пеплом…
Как жаль, что он понял, а не нанес удар вслепую…
- Приближаемся, сир! – раздался голос одного из сопровождавших его экипаж рыцарей. Их было трое. Сам Хагри был четвертым и дремал в своей карете, вспоминая события десятилетней давности. Теперь он отдергивает шторку и смотрит в окно на стены города Айронхолла. Он был здесь лет двадцать назад. И тогда город не имел и трети того величия и той красы, что представлял из себя сейчас. Сир Генде раскрыв рот принялся рассматривать идеально вычищенные улицы и блестящие крыши, сверкающие окна и улыбающихся жителей, напоминающих скорее прислугу в замке, нежели грязных, дурно пахнущих смердов.
- Седьмое пекло, - шепчет Хагри, продолжая удивляться столь резкому преображению давно забытого града. Теперь ему стало понятно, почему про Айронхолл говорили в столице все чаще и чаще, и почему все больше торговцев предпочитали связывать свои торговые пути именно с этим городом. Однажды один из них смел произнести, что Айронхоллу подобает быть столицей, а не тому засранному городку, который является ею сейчас. Хагри выбил из ублюдка всю дурь, отрезал ему язык кинжалом, который всегда держал за поясом, и бросил гнить в темнице.
А теперь ему и самому казалось, что этот город больше подходит Императору, чем Голденхэйвен. Мысленно Хагри занес в список один маленький пунктик: «Встретиться с лордом Айронхолла, чтобы обсудить возможность его переезда». Сначала он попытается сделать это тихо и мирно. Правда, защита у города была послабее, чем у нынешней столицы, но, когда сир Генде возьмется за его укрепление и притащит сюда тысячу рабов для возведения нормальной стены и башен, всё будет, как надо.
Экипаж остановился возле местной таверны. Хотя таверной ее тяжело было назвать… обычно они были грязными, старыми, и за милю от них разило дешевым элем и блевотой. А тут… проклятье! Куда это он попал?!
Таверна не для простого люда – уж точно. Хотя посетители не напоминали смердов – слишком уж чистые одежды… и запах потрясающий.
- Вы быстро привыкнете, сир, - произносит старый седовласый трактирщик, протирающий уже и без того блестящий стакан за своей стойкой.
- К чему?
Старик улыбается.
- Все, кто посещает наш город впервые, стоят именно с таким лицом. Но они привыкают.
Хагри с трудом отрывает взгляд от блестящего пола и воистину непривычной для него обстановки. Идет к стойке, подходит к трактирщику и кладет на прилавок серебряную монету, но не убирает с нее указательный палец.
- Я здесь по императорскому приказу.
Старик понимающе кивает, и его лицо принимает заговорщический вид. Он даже наклоняется к Хагри и оставляет в покое стакан.
- Мужчина. Около тридцати. Способен превращаться в черного монстра. Может называть себя Серым Когтем или Маркусом Спенсером.
Старик приподнимает глаза, словно пытается вспомнить.
- Нет, - отрицательно качает головой. – Таких бы я точно помнил. Особые приметы?
Хагри тяжело вздыхает.
 
- Тогда женщина. Таких красивых ты точно никогда не видел. Длинные светлые волосы, почти белые, ниже задницы опускались раньше. Высокая и стройная, длинные ноги, пышная грудь. Богиня. Возможно, с ней жрица с красными волосами.
И теперь старик уже качает головой утвердительно, все так же приподнимая глаза к потолку.
- Есть одна женщина с красными волосами, - говорит старик и тянется к серебряной монете.
- Место, - шепчет Хагри, чувствуя, как немного учащается его сердцебиение.
- Публичный дом «Языки пламени». Вы сразу же ее узнаете.
- Публичный дом? – эти два слова очень редко были в обиходе знакомых ему рыцарей. – Бордель что ли? Она шлюха?
- Хозяйка… этого борделя, - и старик начинает тянуть монету на себя. – К слову, там была как-то шлюха… с почти белыми волосами, прямо до бедер. Есть, наверное, и сейчас.
И теперь Хагри поднимает палец, позволяя старику забрать монету.
- Спасибо, старик. Я еще заскочу к тебе в трактир. К слову, как тебя звать?
- Боб, господин, - и старик улыбается. – Буду Вас ждать.
И Хагри покидает заведение. В следующий же миг лицемерная улыбка пропадает с лица седовласого мужчины, и он подзывает к себе жестом молодого эльфа. Мальчишке всего тринадцать, но он уже бывает весьма полезен.
Боб ловит на себе вопросительный взгляд Нинель, исполняющей обязанности разносчицы в этой таверне, а также уборщицы, поварихи и являющейся ко всему прочему совладелицей.
Старик кивает ей, давая понять, что их местоположение раскрыто. Как раз в этот момент к Бобу подбегает эльфенок.
- Беги к Мадам, - говорит старик. – Скажи, что корона в городе.
И эльф тут же бежит к складу, откуда он по подземному проходу доберется до публичного дома намного раньше, чем рыцари Императора.
***
Когда Хагри Генде входит в бордель в сопровождении троих своих рыцарей, тут же на некоторое время впадает в некий ступор.
Это не бордель… даже близко не он – палаты императора. Шикарный зал, где обитают десятки его наложниц, прекрасных и фигуристых, с блестящей кожей от какого-то нанесенного на нее масла и пахнущих… пахнущих, как пахнут только высокопоставленные особы. И даже лучше…
Красные шелковые покрывала, мягкие сидения и диваны, зашторенные комнаты и полуобнаженные дивы, вертящиеся вокруг клиентов.
Заприметив четверых гостей, тут же ровно такое же количество красоток двинулось с диванов к ним навстречу. Взяв рыцарей за руки, они ведут их вглубь зала. Трое поддались и, порою поглядывая на своего командира, позволили отвести себя к мягким диванам. Сам же Хагри лишь махнул рукой. Пусть мальчишки развлекутся, а он здесь не для этого.
Красноволосую женщину он замечает практически сразу. Она единственная, кто сохранил на себе максимум одежды, хотя тоже не стеснялась носить платье с глубоким декольте и вырезом сбоку, через который можно было при ходьбе разглядеть всю ее левую ногу вплоть до бедра.
- Леди Кара, я полагаю? – он подходит, и она разворачивается. Двое давних знакомых узнают друг друга сразу же. Рыцарь хмыкает. – А ты не меняешься.
- Зато тебя время не особо пощадило, Хагри, - Кара улыбается. – И здесь я известна как Мадам. Будь добр. Кара мертва.
Смочив пересохшее горло слюной, сир Генде осматривает столь желанные несколько лет назад губы и возвращается к глазам.
- Занимаешься все тем же. Торгуешь людьми.
Мадам улыбается.
- Не угадал. Все мои девочки – свободные жительницы Айронхолла. Работают здесь, потому что сами хотят.
Хагри громко смеется.
 
- Не смеши меня, ведьма. Кто же захочет добровольно носить клеймо шлюхи?
- Мы их не клеймим – это раз. И в нашем городе эта работа не считается зазорной – это два.
Генде не верит, и потому его лицо расплывается в широкой улыбке.
- Ладно, всё это не важно. Мне нужна Императрица. И ее новый любовник, с которым она покинула город.
- У тебя дерьмовые сведения. Императрица покинула город со мной, Стеллой и Марией.