Это любовь (СИ)

Нюансов было столько, что Мудрый откровенно парился. Крутил ситуацию то так, то эдак. Просчитывал ходы. Очевидно, что замахнувшись на долю Татьяны, конкуренты ею не ограничатся. Хотя бы потому, что ее недостаточно, чтобы отстранить Мудрого от управления бизнесом. А вот если присоединить к пакету Таньки акции Саввы… Ситуация вырисовывалась неприятная. Если не сказать – угрожающая.
  
Альбина это тоже очень хорошо понимала. Мудрый видел тревогу в ее бездонных глазах, как бы она не старалась поглубже ту спрятать.
Дошло до того, что сегодня за завтраком Аля сказала:
– Может, отменим все?
– Что именно? – Аркаша промокнул губы салфеткой.
– Слияние. Теперь ведь совсем непонятно, чей бизнес под большим ударом.
– Боишься, как бы я тебя не утопил? – сощурился Мудрый, играя челюстью.
– Не говори глупости, Аркаш. Я просто пытаюсь перераспределить риски.
– Зря. У меня все под контролем.
Альбина Ринатовна тоже отложила приборы. Посидела, думая о чем-то своем. Подняла взгляд и расслабленно улыбнулась:
– Хорошо.
Вот умела эта женщина его обезоружить. Одним словом. Влегкую. Мудрый не был уверен, что его жена понимала, как много для него значило ее безусловное доверие теперь, когда его подводило здоровье. Что лишь оно на самом деле и позволяло чувствовать себя полноценным. Как будто ничего не случилось. Как если бы это ничего не меняло. Для нее и в целом. А ведь в глубине души Аркаша, пожалуй, больше всего боялся, что все изменится.
Она в него верила, да… И он не мог ее подвести, несмотря на существенно возросшие риски. У Аркаши мозги закипали от расчетов, что он производил у себя в голове, просчитывая бесчисленное множество вариантов развития событий. Но лишь один, как ему казалось, был абсолютно беспроигрышным. Хотя тут, конечно, смотря как посмотреть.
– Десять минут прошло. Ты идешь? – спросил Савва, возвращая Аркашу в реальность.
– Ага. Сядешь в машину к Мише.
– Что я там забыл?
– Поедем в офис. Хватит тебе прохлаждаться.
– Что?
– Говорю, в дела будешь вникать. Не тупи.
Мудрый попытался встать, но от долгого сидения не тут-то было. Тихонько выругавшись под нос, Савва подскочил, незаметно подставляя ему локоть для опоры. Аркаша этот жест оценил, смерив бывшего пасынка задумчивым взглядом. В голове мелькнула странная мысль о том, что с каждым разом он все больше проникался мыслью, что его, если вдруг что, есть кому подхватить. И она его странным образом успокаивала. Что к чему?
Аркаша развернулся и пошел. Упрямый? Никто не спорит. Но он отказался даже от трости. Это в лоне семьи, при своих он мог пользоваться коляской. Здесь, в логове змей, нельзя было показывать слабости. Хорошо Миша догадался подогнать машину к крыльцу. Кряхтя, Мудрый не без труда устроился сзади. Ноги отнимались, мышцы спины горели огнем, а по ложбинке позвоночника и по лицу градом катился пот.
Мудрый проглотил обезбол и откинулся на спинку дивана. Только отдышался – открылась дверь.
– Все нормально? – поинтересовался у Саввы.
– Да. Но прости, в офис я сегодня не поеду. Хочу переодеться, помыться и…
– Ну, если так, то заодно и вещи собери, – перебил парня.
– В каком смысле?
– Поживешь у нас.
– Нет. Это неудобно.
– Две тысячи квадратных метров у меня полезной жилплощади. Вряд ли ты кому-нибудь помешаешь.
– Я просто не вижу смысла.
– Смысл в моем предложении есть. И немалый. На тебя сейчас начнется охота, – сощурится Мудрый.
– Думаешь, мне стоит опасаться покушения? – спросил Савва довольно-таки равнодушно. Мальчик быстро взрослел – отметил Аркаша.
– Нет, им нужна твоя доля. Не жизнь.
– Я никому не отдам ни ее, ни своего права голоса. Мы это триста раз уже обсуждали, – устало растер глаза молодой Грос.
– Ты просто еще не понимаешь, как они умеют убеждать, – рыкнул Аркаша, встряхивая неразумного. – На тебя будут давить, Савва. Тебя будут обрабатывать посредствам таких вещей, что ты просто охренеешь от изощренности, с которой эти ребята подходят к решению своих задач.
– Мне не пять лет, – огрызнулся Савва.
Аркаша дернул кадыком, заталкивая подальше готовые сорваться слова. Резкие и непримиримые, которые вряд ли ему помогут в процессе наведения мостов с этим… ладно, стоит признать, слишком молодым, а потому порывистым мальчиком. Мальчиком, который еще не обжегся.
– Ясно. Тогда тебя куда? В гостиницу?
Кажется, молодой Грос даже удивился тому, что Мудрый не стал настаивать на своем. Моргнул:
– Да. Туда. Ты только не подумай, от работы я не отлыниваю. Завтра начну, если ты не против. Сможешь уделить мне время и ввести в курс дел?
– Не вопрос, – пожал плечами Аркаша.
До гостиницы домчали молча и быстро. Савва поднялся в свой номер. Скинул, кажется, навсегда провонявшийся смертью костюм и шагнул в душ. Смешно, но мать оставила ему свой дом, переписав львиную долю наследства на «мужа». Видно, не совсем она была конченой, раз позаботилась о том, чтобы у него была крыша над головой. Толку что он и порога того дома не переступит?
Савва хмыкнул. И что есть силы саданул кулаком в стену. Пиздец. Просто какой-то гребаный пиздец! Предплечье прострелило электричеством до самого локтя. Кожа на костяшках лопнула, кровь добавила красок стекающей в слив воде, а легче так и не стало.
Савва вывалился из душа. Намотал на кулак полотенце. Кое-как обтерся целой рукой и как есть, голый, прошлепал к мини-бару. Открыл и залпом выпил крохотную бутылочку виски. Сделал круг по номеру. Нет, он, конечно, выкрутится. Куда деваться? Но сам факт! Сам факт, что мать так его подставила, не укладывался в голове. Конечно, могло быть так, что она просто не подумала о последствиях. Но это еще обиднее. Как… Вот как она могла это допустить?! Откуда эта беспечность?
Мудрый ее разбаловал. Да. Точно он… Больше некому.
Р-р-р… Сава отбросил полотенце, натянул свежие трусы, джинсы и футболку. Безликие стены номера давили на мозг. Хотелось во что бы то ни стало отсюда выбраться. А еще выпить. Нажраться, ну просто в сопли. Чтобы не думать, чтобы отлегло. Хоть ненадолго.
Савва спустился в лобби-бар.
– Текилу, пожалуйста.
Один шот, второй, третий… И все меньше чем за пять минут.
– Привет. Чего один скучаешь?
Савва повернул голову. С девушкой, что его окликнула, он совершенно точно не был знаком. И тем не менее она кого-то ему напомнила. Кого? Уж не Альбину ли, мать ее так, Ринатовну? Да, точно! Присутствовала какая-то схожесть. Намек на восток в больших глазах. Масть. И как будто даже парфюм у них был одинаковым.
– Привет. Так сложилось.
– Не против, если я составлю тебе компанию?
Девица обвела Савву неприкрыто голодным взглядом. Он сощурился, вдруг сложив в уме два и два:
– Сколько?
– Сотка.
– Годится.
Достал картхолдер.
– Да потом, дурачок, – засмеялась девица, едва не заставив его передумать, потому что ее смех мало походил на грудной рокот Альбины и вызывал лишь одно желание – велеть ей заткнуться, чтобы не сбить настрой.
Савва помахал картой в воздухе. Официант понятливо улыбнулся и, достав терминал, принялся выбивать чек.
– Даже не угостил ничем! – пожурила Савву путана, когда они зашли в лифт.
– Мини-бар номера в твоем полном распоряжении.
– Супер! А как тебя зовут хоть?
– Савва, – пожал плечами тот, не соизволив поинтересоваться в ответ ее именем. Но девицу этот факт ничуть не расстроил.
– Аля.
– Что? – сглотнул Савва. – Это от Альбины, что ли?
– От Алины. Но если надо, то я готова стать для тебя кем угодно, – опять засмеялась девица. Савву передернуло.
– Мне похуй.
Путана ничуть не обиделась, спросив как ни в чем не бывало:
  
– У тебя странный акцент.
– Я долгое время жил за границей, – снизошел до ответа Грос.
Наконец, лифт остановился, избавляя Савву от этого нелепого разговора. Его номер был вторым по коридору – идти далеко не пришлось.